Марина Кистяева – Сын маминой подруги (страница 57)
Ох уж эта спина.
С одной стороны, Дарине было приятно, что Адам беспокоится о ее самочувствии.
С другой… С ее спины все и началось. Первый оргазм, первая ссора.
— Лучше.
— О том, чтобы все-таки закончить курс, мне не надо тебе напоминать?
В его голосе отчетливо проступили жесткие, властные нотки, не терпящие возражений. Вот про то Дарина и говорила. В Адаме сочеталось, по ее мнению, несочетаемое.
— Помню. Закончу обязательно.
А что она ему еще скажет?
На скулах мужчины дернулись желваки.
А Дарину… Дарину затопило иррациональной нежностью. Вот как так можно, скажите ей, пожалуйста? Он же ревнует! Ему по-прежнему не нравится, что массаж ей будет делать кто-то другой, но ее здоровье он ставит на первое место.
— И нет, Адам…
Ее фраза прозвучала странновато в паузе.
Адам слегка нахмурился.
— Продолжение, надеюсь, будет.
— Я не кончила с Михаилом.
Наверное, стоило промолчать.
Да нет, сто процентов стоило промолчать!
Но она ляпнула именно то, что ляпнула.
Мужчина откинулся назад. И долго смотрел на нее.
Дарина занервничала.
— Чего ты…
Она сильнее сжала десертную ложку, которая как нельзя кстати подвернулась под руку.
— Прогуляемся немного?
— Давай.
Адам привез ее в парк. День был ясным и солнечным. Хороший день был.
— Когда у тебя обратный поезд?
— Сегодня.
Впервые Дарина пожалела, что поспешила с обратным билетом. Можно было и задержаться на пару дней.
Хотя…
Адам медленно кивнул.
— Во сколько?
— В восемнадцать пятьдесят.
— Я провожу тебя.
Дарина открыла рот, чтобы возразить.
И тотчас поспешно его закрыла.
Пусть проводит. Да-а…
Их периодически заносило друг на друга. То она качнется в сторону его высокой фигуры. То он ступит настолько близко, что их бедра соприкасались.
— К черту. Поехали.
Она едва не спросила — куда.
— С тобой никакой выдержки не хватит, Дарин, — проворчал он, открывая дверь тачки и пропуская ее на переднее сиденье.
Дарина послушно села. Ага, с ней. А он тут ни при чем, да?
Адам занял водительское место. И даже запустил движок.
А потом повернулся к ней всем корпусом.
В его глазах читался голод. Дарина нервно облизнула губы.
И все… Их понесло.
В очередной раз.
Адам протянул руку, накрыл ладонью ее затылок и потянул на себя. К себе. Дарина и не думала сопротивляться! Она была не менее голодной!
Легкая искра пробежала по телу. Каждая мышца зазвенела внутри от ожидания. Предчувствия.
Ничего не говоря, Адам едва ощутимо надавил рукой, притягивая Дарину к себе.
Едва различимый вздох сорвался с ее губ. Если она признается, что думала все утро об их поцелуе, это будет треш, да?
Дарина позволила себе быть ведомой, прикрыла веки. Его губы до сих пор пахли кофе.
Сначала поцелуй был нежным. Всего лишь теплое, бархатистое прикосновение его губ к ее. Дарина принимала его. Ей нравилось! Ей все нравилось, что с ней делал Адам.
Про то, что ей нравился он сам, она молчала. Сердце заходилось от восторга. Да и не только оно. Душа тоже.
Дарина прогнулась в пояснице, чтобы оказаться ближе к Адаму. Верхняя одежда катастрофически мешала. Снять бы ее… И тело к телу. Они вчера кое-что не завершили.
Шепот их дыхания переплелся, биение сердца стало тоже одним на двоих.
Оказывается, так бывает.
Адам оторвался от нее. Выдохнул, что-то пробормотал и снова к ней. Чтобы снова поцеловать. Смять ее губы. Пленить, подчинить своей страсти. С каждым разом усиливая жар и напор между ними, сводя с ума Дарину. В его присутствии она не контролировала себя. Разум, логика уступали месту нарастающему наслаждению. В эти мгновения не существовало ни вчера, ни завтра. Было только здесь и сейчас.
Он и она.
И головокружительное, пьянящее чувство полного растворения в другом человеке.
Щеки ее пылали, в груди трепетали те самые пресловутые бабочки. Низ живота тянуло.
— Докатились… Целуемся, как подростки, посреди дня прямо в машине, — выдохнул Адам.
— И не говори.
Глава 25
Она стояла у кухонного окна, сжимая в ладонях уже остывающую чашку кофе.
Приехал…