Марина Кажарская – Ыжлость. Этот мир придуман без нас (страница 3)

Следующий кадр… Когда между сыном и машиной остаётся метра два, видно, что я поднимаю голову и начинаю кричать.

Следующий кадр… Я уже стою перед самым капотом машины и хватаю сына за руку.

Следующий кадр…  Сын падает на землю в 5 метрах от машины и её капот наезжает на меня…

Следующий кадр… Удар…

Следующий кадр… Я скатываюсь на лобовое стекло, оно бьется и мелкими осколками осыпается на землю… Машина внезапно останавливается и я падаю с капота на землю…

Как? Как я оказалась перед машиной? Как сын оказался в стороне от неё и остался целым?

Потом эту запись просматривали покадрово несколько раз многие специалисты и никто не мог сказать, как произошло то, что они видели на экране. Дело закрыли за недоказанностью вины водителя, да я и не настаивала. Я была даже благодарна ему! Ведь благодаря этому случаю я наконец-то научилась слышать и разговаривать с моим сыном. А в общении с сыном после аварии начали происходить маленькие чудеса…

Мы слышим мысли друг друга, разговариваем без слов. Несколько раз у меня получалось сдвинуть спичечный коробок, только подумав об этом… Но о других чудесах я умолчу, ведь расскажи я об этом и мы оба оказались бы в соседних палатах психиатрической больницы. Это наш маленький семейный секрет.

А водитель этой машины через полгода сделал мне предложение и мы поженились. Авария вот таким невероятным образом связала нас всех. Хотя что-то подсказывает, что это совсем не случайность.

И всё самое интересное еще впереди.

Непохожий

Они переезжали в конце июля. Мало кто менял удобную и благоустроенную квартиру в городе на полуразрушенный дом на окраине деревни, но и такое, редко, но  случалось. Сначала приехала женщина, поговорила с деревенскими, с директором колхоза и начала оформлять все необходимые бумаги. В назначенный день к пустующему дому на окраине деревни подъехал небольшой грузовик и трое дюжих грузчиков начали выгружать из машины нехитрый скарб. Деревенские с интересом начали собираться поглазеть на такое зрелище.

Из машины вылезла женщина, которая тут же начала показывать и объяснять мужикам, что и куда надо ставить, но не это привлекало внимание деревенских. Из машины вслед за женщиной вылез мальчик лет 10-12, молча прошел к дому, где они будут жить, постоял у крыльца, словно прислушиваясь к самому себе, и громко выкрикнул: «Священник… Звать».

Надо сказать, что дом, куда переезжали новенькие, особо хорошей славы не имел, говорили про него много разного и нехорошего. То пропадают в нём вещи, то кто-то с ума сойдет, то по ночам в пустом доме все ходуном ходит…

Женщина, бросив таскать вещи, тут же кинулась к деревенским, мол, помогите, батюшку надо звать, так сын сказал, иначе нельзя. Несколько мальчишек тут же вызвались проводить к нему и женщина, что-то крикнув сыну, ушла. Деревенские бабы тут же начали шушукаться между собой – дескать, отродясь так никто не делал. Сын же так и стоял перед крыльцом дома, словно прислушиваясь, какие жуткие истории ему рассказывает старый дом.

Когда священник пришёл и удивленно посмотрел на мальчика, тот, не глядя на батюшку, так же громко и отрывисто сказал: «Святить… Надо!» Он так и продолжал стоять перед крыльцом, пока батюшка и его помощницы выполняли ритуал освящения дома и лишь, когда вся церемония переместилась в ближайшую к выходу комнату, вошел и, указав на самый тёмный угол, куда не падал луч заходящего уже солнца, громко выкрикнул: «Здесь!»

Батюшка от неожиданности чуть не опрокинул кадило и замолчал, бабки за его спиной словно окаменели… «Здесь! Надо успеть…» – громко выкрикнул мальчик.

Батюшка, словно очнувшись от глубокого сна, продолжил кропить всё святой водой, читая молитвы, но дойдя до этого самого угла, начало происходить что-то непонятное… Вода, попадая на стену, не стекала  по ней на пол, а словно с перекалённой сковородки клубилась дымом и, стелясь по полу туманом, ручейком выбегала за порог дома…

Так продолжалось еще минут двадцать. И когда последний дымок исчез за порогом дома и растворился в ближайшем овражке, комната вдруг озарилась светом закатного солнца, все услышали громкий возглас мальчика: «Все… Хорошо!» и он начал падать, теряя сознание.  Мать еле успела подхватить его и вынести на крыльцо.

Батюшка, выйдя из дома и ещё постояв немного во дворе, задумчиво что-то бормоча, пошел в сторону церкви, а бабки, которые ему помогали, тут же наперебой рассказывали всем присутствующим, что же случилось в доме. Равнодушных не осталось и все принялись дружно помогать перетаскивать вещи в дом. По ходу дела все и перезнакомились.

Женщину звали Татьяной, ей было немногим больше сорока, моложавое лицо с грустными глазами, учитель истории. Её сына звали Мишей. Ему 12 лет и его поведение очень сильно отличалось от всех принятых норм. Он был странным, потому что не разговаривал, а отрывисто выкрикивал одно или два слова и опять замолкал. Татьяна объяснила бабам, что в школе его все ребята затравили за его непохожесть, с ним никто не общался, но и дурачком его назвать было нельзя, говорил всегда по делу, коротко и ясно. Умолчала тогда она о многом, что касалось её сына, попросила лишь всех быть терпимой к её такому непохожему на всех сыну.

Долго в этот вечер не могла успокоится деревня… Несколько женщин остались помогать новоселам, а потом за чаем до утра и разговаривали о жизни такой простой и  не всегда понятной. Остальные же разбрелись по домам и там обсуждали вечерние происшествия.

Миша, когда очнулся, прошептал тихо: «Спать» и очень быстро заснул. Он спал на кровати в пустой ещё комнате и улыбался во сне. Что ему снится, никто не знал…

А из открытого окна на него мягким светом светили звезды, раздавались перепевы птиц и тянуло запахом полевых цветов…

Провал

Очередное утро начиналось для Киры как обычно. Будильник, кофе, недолгие сборы, автобус, работа. Обед тоже начался, как и всегда. Кира выставила в статус «Не на месте», быстро оделась и вышла в столовую. Столовая недалеко – надо было пройти несколько домов, завернуть за угол, перейти дорогу, пройти еще метров тридцать и зайти в небольшой зал, где вечно пахло борщом, компотом из сухофруктов и чем-то пряным.

Кира не торопясь дошла до угла, завернула, сделала шаг и замерла от дикой боли, стрелой пронзившей всё тело. Постояв немного и отойдя от замешательства и боли, Кира сделала ещё шаг…

Боль очередной волной вновь прошлась по всему телу! Кира вскрикнула… Мысли метались в голове… Что происходит? Почему такая боль? Она сделала ещё несколько шагов и, оказавшись посередине улицы, упала на колени – её накрыла такая боль, что Кира, не сдерживая себя, начала в голос кричать! Она пыталась отползти куда-нибудь, но тело не слушалось. Ноги, как резиновые, подгибались, а все силы забирал крик… Неистовый, звериный крик панического ужаса…

Немногочисленные прохожие начали подтягиваться к Кире. Кто-то пытался помочь встать, кто-то уже вызывал скорую. Но сдвинуть с места Киру никто не смог. То ли от крика, то ли от ветхости в двадцати метрах от Киры на дорогу упала старая толстая ветка дерева. Она тут  же перегородила дорогу и с другой стороны начали собираться машины. В замешательстве водители ещё какое-то время сидели в машинах, потом начинали вылезать и пытаться оттащить упавшую ветвь с дороги. Несмотря на небольшие размеру ветвь оказалась достаточно тяжелой и водители начали применять все методы, чтобы оттащить её в сторону и освободить проезд.

С другой стороны в центре дороги на корточках полулежала Кира и кричала… Сзади тоже начали скапливаться машины и нервные водители кто бибиканьем, кто руганью из окошка высказывали своё отношение к происходящему. Внезапно Кира прекратила кричать, её стошнило прямо на асфальт…

Она с трудом встала, медленно повернулась и начала кричать, чтобы все отъезжали назад. Думая, что имеют дело с больной на всю душу девушкой, водилы начали отъезжать, не зная, чего еще ожидать от неё. Внезапно Кира остановилась и развернулась. Она смотрела вперед – дорога от неё и до поваленной ветви была абсолютно пустая, не было ни машин, ни людей. Кира упала на асфальт в обморок…

То, что случилось потом, заставило замолчать всех. Внезапно стихли все птицы и в наступившей тишине начал нарастать гул. С каждой секундой гул становился всё сильнее и сильнее, затем превратился в грохот – в центре пустой дороги начал проваливаться асфальт!!! Он откалывался и с грохотом падал куда-то вниз! Внезапно весь асфальт на пустом пятачке вздыбился, грохот усилился и поднялся столб пыли. Так же внезапно всё стихло… Когда пыль рассеялась на дороге стал виден провал.

У провала была абсолютно круглая форма, один её край заканчивался у сваленной ветви, а второй – у того места, где Киру стошнило на асфальт. Так же внезапно снова зачирикали воробьи и другие мелкие птахи. Какой-то мужик подошел к краю провала. Края были идеально ровные и уходили куда-то далеко вниз – дно не просматривалось…

Мужик бросил небольшой камень в надежде услышать звук падения, но ответом из провала была тишина…

Тут наконец-то подъехала кем-то ранее вызванная скорая помощь, за ней подтянулись службы МЧС, полиция… Началась сутолока, начали отцеплять провал, понаехали телевизионщики. Кто-то сбивчиво рассказывал, что и как происходило на камеру. Кто-то пытался прорваться и своими глазами увидеть провал. Кто-то достав схемы проверял, какие коммуникации могли быть повреждены провалом.