Марина Индиви – Драконова Академия. Книга 4 (страница 41)

— Я поесть хочу, — вместо стеклянной крыши я уткнулась взглядом в тарелку. Обжечься тут можно было разве что ранхом, но я решила пока его не пить, пусть остывает.

— Хорошо. Когда ты поешь.

— Лучше не сегодня.

Ярд перевел изумленный взгляд с меня на нее и обратно, но ничего не спросил. Я же вплотную занялась тем, зачем все на самом деле приходят в столовую утром.

Завтраком.

Глава 22

Лена не хотела с ней разговаривать, и это было очевидно. Когда они так отдалились? Когда стали настолько чужими, что она сама ничего не заметила — никаких перемен в самой лучшей подруге, почти сестре. Настолько, что Лена теперь ни видеть, ни слышать ее не хотела, не хотела не то что простить, даже просто поговорить. Ведь там, на Земле, все было иначе. Ближе их никого не было, Соня могла прийти к ней с чем угодно, как и Лена к ней.

Возможно, все дело было в том, что они почти год провели, ничего не зная друг о друге, в Софии Драконовой и Ленор Ларо. Или в том, что Соня не хотела говорить правду о замужестве с Сезаром — заранее зная, какой будет реакция Лены. Или в том, что она в самом деле ее не узнала. Не увидела, не разглядела в ней совершенно другую девчонку, захватившую ее тело. Хотя тут вообще непонятно, кто чье тело захватил, но эту Ленор Соня уже заочно ненавидела.

За то, что та выкинула!

За то, что все так получилось. За свою ошибку. За то, что теперь между ней и Леной снова стена, которая выросла еще больше, чем из-за недомолвок по поводу Сезара. А между тем как замуж она за него вышла только ради Лены! Только ради ее счастья! Соня смотрела на нее и думала, что она счастлива, счастлива со своим Валентайном, и это грело сердце, даже когда становилось совсем одиноко.

Но нет.

Мало того, что это оказалась Ленор, так еще теперь и Лена вела себя как чужая. Отличное довершение того, что приходится жить с Сезаром и видеть его каждый день! Помня обо всем, что случилось. Помня обо всем, как будто это случилось вчера. Да, он пытался с ней говорить, пытался держать дистанцию, но в его глазах все равно горело это пламя — то самое, которое вспыхнуло в тот злополучный вечер. Сезар смотрел на нее так, словно не мог ею надышаться, а Соня чувствовала, что задыхается от этих взглядов.

Когда-то она бы все отдала за то, чтобы он на нее так смотрел!

Сейчас же дергалась от малейшего жеста в ее сторону, и, когда Сезар это понял, хотя бы перестал к ней тянуться на людях. Слуги считали, что все нормально: все-таки Сезар был принцем, а у венценосных особ редко бывают браки по любви. Фрейлины, которые жили в их доме и сопровождали Соню повсюду (прилипучие, как подружки Клавы, право-слово, но отказаться было нельзя) — и того подавно ничего не замечали. Они вообще были недовольны, что оказались в загородном доме тэрн-ара. Соня случайно подслушала их разговор, появившись у дверей женской гостиной раньше, чем положено.

— Вообще-то я думала, что мы будем жить в Главном дворце, — сообщила Юли, невысокая хрупкая блондинка, которая была среди фрейлин негласным лидером. — Думала, что нас будут приглашать на все балы и приемы…

— Я тоже, — уныло согласилась Кари. Миловидная девушка, самая высокая, даже выше Софии на целую голову. Самая, как ей казалось, адекватная. — А здесь даже не сходишь никуда! Никуда не выедешь. Эта София целыми днями сидит дома или гуляет по парку, даже в город не выбирается. Хоть драконом ори.

— Да я не представляю, как такой можно быть! — подтвердила Ирена, самая старшая, брюнетка с пронзительно-синими глазами. — И это София Драконова! Без нее же ни один бал не обходился, а сейчас сидит сиднем, никого не зовет. Даже родные к ней приезжали всего раз, и то, потому что того требовал этикет!

— Не знаю, девочки, — подвела итог Юли, — но мне кажется, что у них с тэрн-аром не все гладко. Вы видели, как они держатся?

— Пф, что такого. Это же обычный династический брак.

— Да какой он династический? Вы что, правда думаете, что Драгон на ней женился из политических соображений? Она же человек! Дети-полукровки у тэрн-ара! Нет, тут явно что-то еще…

— Мне лично совершенно это неинтересно, — хмыкнула Ирена. — По крайней мере, почему он на ней женился, а вот то, что у них ничего нет — вполне. Возможно, тэрн-ара заинтересует нормальная, живая девушка с огоньком, а не эта полудохлая рыбина.

— Да ты что такое говоришь, Ирена!

— А что? Думаешь, быть фавориткой тэрн-ара не почетно? Уж всяко лучше, чем выйти за какого-то аристократишку средней руки…

Девушки захихикали, а Соня чуть ли не пнула дверь, проходя внутрь. По крайней мере, от потоков магии створки разлетелись в разные стороны, с треском ударившись о стены и перепугав фрейлин. Они одновременно вскочили, Юли даже покраснела, как перезревшая помидорина, а Соня с милой улыбкой сообщила:

— Рада вам сообщить, девушки, что унизительные обязанности фрейлин полудохлой рыбины не в Главном дворце вам исполнять больше не придется. Вы свободны.

Девицы покраснели уже сильнее, начали рассыпаться в извинениях, но Соня даже не стала слушать. Просто вышла и отдала приказ экономке помочь фрейлинам собрать их вещи и покинуть поместье. Они пытались пробиться к ней в покои, чтобы извиниться, но она строго-настрого запретила пускать их к себе, поставила магическую защиту и легла спать. Все чаще ей теперь хотелось спать посреди дня. Если раньше она могла весь день что-то делать, а потом еще и всю ночь, то сейчас все чаще запиралась у себя, чтобы никого не видеть и не слышать. Ее то знобило, то тошнило, то болела голова, то вообще ничего не хотелось.

Когда буквально через несколько часов тем же днем к ней пришел Сезар, она с трудом оторвала голову от подушки.

— Фрейлины просили о возможности переговорить с тобой и попросить прощения, — произнес он.

— Я не…

— Я им отказал. Когда узнал, что случилось. Они сказали, что это были глупые женские разговоры, но это ничего не меняет. Ты больше их не увидишь.

Соня кивнула и снова завернулась в покрывало. За окном дышало жарой невероятно красивое лето, а все, чего ей хотелось — снова провалиться в небытие сна.

— София. Ты же знаешь, что мне никто не нужен, кроме тебя?

— Знаю. Но мне все равно.

Сезар ничего не ответил, только на подушку рядом с ней лег букет пестроцветов. Соня узнала их безошибочно, по аромату. Они больше всего напоминали земные ирисы, но были разных, порой самых несочетаемых цветов и оттенков, зачастую даже на одном стебле. Отсюда и пошло их название, а еще они пахли летом, солнцем и карамелью. Для нее теперь это был и запах Сезара, потому что он постоянно приносил их.

Эти пестроцветы росли в неограниченном количестве на полях неподалеку от поместья. Яркими островками полыхали в насыщенно-зеленой траве, как костры. София как-то пошла туда гулять, когда Сезар отлучился к отцу или в город, нарвала, аккуратно разложила на платке, чтобы принести домой и поставить в воду, а он явился внезапно и все испортил.

Во-первых, нарушил ее уединение и этот бесконечно прекрасный в ее одиночестве день, а во-вторых, узнал, что ей понравились цветы и теперь постоянно таскал их в ее спальню. Один букет увядал, как тут же появлялся второй. Принимать их от него не хотелось, а выкидывать рука не поднималась. Это были единственные подарки мужа, которые София не выбрасывала в окно сразу же, как они появлялись, и Сезар быстро это понял.

Вот и сейчас, стоило ему выйти, как она повернулась, поднялась и пошла ставить букет в вазу. Рассеянно гладя кончиками пальцев лепестки — алые, сиреневые, белые. Такие нежные и такие прекрасные. Случилось это за неделю до Открывающего бала, а сейчас…

— Адептка Драгон. Адептка Драгон!

Соня подскочила, даже не сразу проассоциировав себя с тем, кого назвала магистр по магической зоологии. Строгая, седая, с тугим пучком на затылке.

— Может быть, вы будете так любезны повторить то, что я только что сказала?

Соня понятия не имела, что она сказала. Но еще она терпеть не могла, когда ее спрашивают, а она не знает, поэтому сейчас сжала губы и зло посмотрела на магистра.

— Не можете? Очень жаль. Было бы замечательно, если бы вы, вместо того, чтобы витать в облаках, следили за новым материалом. Предмет зоомагия не настолько важен, если вы в Хэвенсграде, но если вы окажетесь одна в лесу или в поле, уверяю, он очень вам пригодится. Итак, о чем я только что говорила, адепт Лорхорн?

Ярд ответил мгновенно:

— Вы рассказывали о хвиинстах, это сумчатые животные, покрытые чешуей, как обернувшиеся драконы. Чисто теоретически, они могли бы быть маленькими драконами магического животного мира, если бы у них не атрофировались крылья. Атрофировались они, потому что хвиинсты преимущественно передвигались в зарослях и по земле, спасаясь от более крупных хищников, и сейчас у них на спине такие маленькие отростки, которые не имеют никакой функции. Самки откладывают яйца, которые греют и высиживают вместе с самцом, а когда вылупляются детеныши, самка перекладывает их в сумку и уходит.

— Замечательно, — магистр повернулась к другим рядам. — Адептка Лузанская, с чем это связано?

— С тем, что когда самка хвиинста носит в сумке детеныша, в ее теле создаются мощные защитные магические импульсы, защита самца ей больше не нужна. Если попытаться дотронуться до самки с детенышем, можно получить магический разряд, способный привести к остановке сердца. Так же они — и самцы, и самки, являются единственными естественными врагами бьяниглов. Не считая обернувшихся драконов, хвиинсты единственные невосприимчивые к их яду обитатели нашего мира, поэтому они вполне успешно ими питаются. Еще они спокойно перемещаются между Дарранией и Темными землями, но выбирают преимущественно нашу территорию, поскольку в Темных землях очень много опасных тварей и менее плодородные места…