Марина и – Петля дорог (страница 70)

Шесть всадников со сворой собак — описывая эту ситуацию в своей книге, Ирена, разумеется, предпочла бы жестокую правду. Рыцаря заарканили и приволокли к подножию трона, дабы подвергнуть серии позорных наказаний…

Хотя читатель был бы недоволен.

Она рассуждала, а тем временем уже можно было различить лица всадников, и первым, в бинтах, скакал тот, кто не так давно явился в «приют для убогих», вооруженный тугим ордером-свитком…

— Рек… вниз.

Он не слышал ее. Душой он был уже в схватке — боец и… мертвец.

— Рек!! Вниз, быстро…

Он оглянулся. Кажется, понял. Подтолкнул ее ко входу в пещеру — идите, мол, а я умру на пороге…

— ВМЕСТЕ вниз, Рек!

Земля явственно дрожала под ударами копыт.

— Дурак! — рявкнула она, как никогда не кричала даже на самого тупого студента. — Я же одна боюсь… там! Со мной, скорее…

В его глазах чуть-чуть рассвело. Из-за горизонта отваги острым краешком проглянула мысль.

…Преимущество нападавших в темноте подземелья сходило на нет. То есть, конечно, ничто не мешает им послать на хутор за фонарями и устроить облаву по всем правилам — но Ирене почему-то казалось, что собаки будут по крайней мере деморализованы…

Она всю жизнь хорошо относилась к собакам. И вот пожалуйста — искренне желает всей своре поскорее лопнуть. Ишь разлаялись, бестии…

Она шла за Реком. След в след. Продержаться в пещере некоторое время можно — другое дело, что всю жизнь потом не захочешь есть грибы…

Хотя… сколько ее осталось, жизни?..

Рыцарь остановился. Ирена налетела на него, и со стороны это, вероятно, выглядело комично…

— Рек…

— Тихо.

Она замолчала.

Собачий лай отдалился и доносился теперь явно сверху. Так и есть — собаки во тьму идти не пожелали, здесь таксы нужны, а не эти здоровенные людоеды… Если только в этом мире есть таксы…

Но Река остановили не собаки.

Коридор впереди двоился. Рыцарь водил фонарем, перебрасывая взгляд с одного хода на другой. Подавался вперед, желая заглянуть поглубже — но не делал и шага.

— Что там, Рек?

Тишина. Отдаленный собачий лай.

И — взгляд из темноты. То ли справа, то ли слева…

Ирена проглотила противный комок. Механически погладила живот; бедный малыш. Это же каким нервным ты родишься. Темноты будешь бояться с пеленок…

— Ян…

Тишина.

— Ян, это я…

— Вижу…

Рек дернулся.

Голос шел справа. Очень тихий, усталый, бесцветный голос.

— Ирена, вы живы… слава Создателю.

ГЛАВА 12

— …Как вы меня нашли?!

— Мы вас не искали, — она нервно усмехнулась. — То есть сейчас не искали… за нами… погоня.

— Черт… Вы прямо-таки притягиваете неприятности, Ирена.

— Никогда за мной такого не водилось, — сообщила она мрачно. — Это… МОДЕЛИ. Они выживают меня…

— Ирена, вы нашли выход?

Она помолчала.

— Нет… Ян, я думала, ВЫ нашли…

На этот раз пауза получилась многозначительной.

— Вы решили, — медленно произнес вампир, — что я смылся, бросив вас?

— Нет… то есть в какую-то минуту… нет, я так не думала.

— Ирена, — в голосе вампира послышалось почти презрение.

— Я так не думала, Ян, честное слово… Я решила, что с вами что-то случилось…

— Со мной действительно… случилось, — вампир усмехнулся в темноте.

Они сидели на подстилке из сухого мха. Фонарь пришлось затушить. Из всех троих зрением обладал сейчас один только Семироль.

Ирена предполагала, какое лицо сейчас может быть у рыцаря. И Семироль отлично видит это лицо, и внутренне, наверное, потешается…

Ей на минуту стало обидно. За Река, который на самом деле насмешки не заслужил.

Собачий лай на поверхности давно уже угомонился. Сейчас, вероятно, люди в черном готовят экспедицию в преисподнюю, а испуганные хуторяне отговаривают их, потому как кровосос, надо полагать, уже и рыцаря, и злонамеренную беглянку употребил в пищу, вернее, в питье…

Ирена в изнеможении прикрыла глаза. Смотри — не смотри, разницы все равно не было никакой, с закрытыми глазами даже удобнее…

В темноте ее взяли за руку. Пожатие было знакомым, но непривычно слабым; потом рука осторожно легла ей на живот.

— Все в порядке, Ян…

Пожалуй, она сказала это даже слишком бодро. Прикосновение Семироля было одновременно нежным и хозяйственным; зачем, зачем она в свое время, лежа в дрянной гостинице на соломе, молча обещала отдать этого ребенка… его заказчику?

Пусть даже родится трижды вампиреныш…

— Ян, я…

Она запнулась. Упырь-адвокат снова пожал ее руку — доброжелательно, но очень слабо:

— Ничего, Ирена… Той ночью мне потребовалось… вы знаете что. Нервная встряска, все такое, короче, физиологическая потребность… Я скоро нашел, за счет кого ее утолить. Не пугайтесь — тот мужичонка остался жив… Зато Провидение… нам следовало догадаться сразу. Провидение сочло мои действия достойными кары… Я упал и сломал ногу! На ровном месте, Ирена! Я так удивился… Мимо проезжал возчик, и тут, Ирена, начинается самое интересное… Вместо того, чтобы отвезти меня в гостиницу, как я просил… этот идиот счел, что настало время заработать немножко счастья ему и его дочке… И увез калеку, то есть меня, к себе в пригород, в опеку… Ирена, я ведь ничего не понимал! То есть начинал понимать… Идиоты. Они взяли мне ногу в лубок — неправильно! Обращаться к врачу не сочли нужным — зачем раздавать заслуги перед Провидением чужим людям… Ох, я не раз и не два вспомнил Ника — вот был профессионал… вернее, не был, а есть… Короче говоря, мое терпение исчерпалось. Я немножко пополнил свои запасы гемоглобина — травма, Ирена, травма! — и на костылях поплелся на поиски лекаря… Но Провидению опять что-то не понравилось — и меня выследили, затравили как упыря! Бегать на одной ноге неудобно… И больно. Я забился в какую-то дыру… На сегодняшний день нога моя срастаться не желает, налицо все возможные осложнения… Не за горами сепсис. Вернее, у меня уже десять раз развился бы сепсис, если бы в пещеру время от времени не забредали…

— Вы упырь? — глухо спросил рыцарь.

Ирена вздрогнула от звука его голоса.

— Да, — равнодушно отозвался Семироль.

— Это вы сосали кровь из…

— Да, да, да. Но той девочке, кажется, даже понравилось.

Ирена высвободила руку, остававшуюся в ладони Семироля. Тот не сделал ни движения, чтобы ее удержать.