Марина Холохолова – Сила приключений (страница 3)
Сваха Акулина Красавина:
– А я никогда не закусываю. Я не имею такой дурной привычки.
И в общем-то зря, нужно отметить. В Торговых рядах, где разместился пекарский буфет «Гнездо Пекаря» (владелец Дмитрий Новокрещенов), делаем «пит-стоп», чтобы отведать четырёхслойную кулебяку с черносливом и паштетом. Такая вкуснота да с яблоневым напоем. Не хочется спешить, хочется снова выпить травяного чаю из авторских кружек, а аромат хлеба и булочек буквально пропитывает с ног до головы. Найти уютное место в пёстро-платочных и шалевых Торговых рядах Суздаля возможно, это «Гнездо пекаря».
К слову, бродить по городу в формате гастрономической истории – одно удовольствие. Открываются совершенно неизведанные и сокровенные уголки Суздаля, скрытые от глаз рядового туриста. Например, сердце. Этот символ часто используют в формате «Я люблю (здесь должно быть сердце) Суздаль» (к примеру). Это так скучно, это так обыденно и даже не совсем красиво, а скорее и вовсе без вкуса, исключительно на мой взгляд. Суздаль – другая история. Рядом со входом в Александровский монастырь, на фоне деревянного коричневого дома с резными наличниками, стоит сердце – не то сердце, не то дорожный знак. И он не «выбивается» из контекста старинного города, но аккурат вписан в его уникальную историю. Бредём далее окольными путями к огурцам.
Михайло Бальзаминов и Капочка Ничкина:
– Какая у Вас любимая ягода?
– Крыжовник-с!
А у нас – огурец! Огурец – ягода? Да в своем ли вы уме, ей Богу? А как тут не представить огурец ягодой, если из него даже варенье делают да коктейли формата «Мохито» в одноимённом ресторане. И это лишь малая толика того, что можно сделать из огурца. «Хрустящий» приём в ресторане «Огурец» от шеф-повара Юрия Ковальчука включил в карту меню: огурцовку, бочковые огурцы с мёдом, утиную калью. А коль в 21 веке живем, то и латте с огурцовым сиропом. Последний напоминает кофе с мятным арбузом. Вкусно, не передать словами, тут только пробовать.
Наливка из жимолости и брусники, яблоневый напой, огурцовка – наш ответ заморским виски, тоникам и текилам, как, собственно, и заедки, кулебяки, супы с уткой – это не бургеры, а нам, как говорится, и не нужно. Знать и помнить нужно своё, ибо это своё формирует культуру, которая и отличает одну народность от другой. Только так, а не иначе.
Айда бродить по самому русскому городу России – Суздалю Сокровенному!
Веб-новелла «Севастополь. Наши дни»
Пролог.
Иногда нам кажется, что мы знаем о каком-либо месте всё: каждые закуток и поворот, каждые узор и неприглядное место, но это не так, потому что один и тот же город в разное время года, в компании или в одиночку – это всегда новая история, которую можно сравнить с прочтением книги в разные годы жизни: свежо, с другими осмысленными чувствами, а ведь страницы те же. Эта веб-новелла основана на реальных событиях, в ней нет выдумок, но есть настоящие герои, чьи судьбы так или иначе сплелись в городе Севастополь. Таки разные в своём внешнем проявлении, но такие похожие в одном – в своём достоинстве. Вот и вас приглашаю «вернуться» к себе, «познакомившись» с удивительными и простыми одновременно судьбами людей Севастополя.
Под крылом самолёта…
Нет, речь не о тайге, а так хочется продолжить знаменитую песню, собственно, её и пели, когда группой из 10 смельчаков кружили на Ан-2 над Севастополем. Где тайга, а где Севастополь? Дело было так.
Мой первый полёт на Ан-2. «Кукурузник», как из фильма «В бой идут одни старики». На посадку шли под робкий и не очень стройный голосовой ряд «Как-то летом на рассвете». Кстати, капитан воздушного судна с кнопками родом из Советского Союза при взлёте так и сказал: «От винта!» (помните, как «Маэстро»). Вдавилась в сиденье, страх сковал, но виду не подала – улыбнулась на ремарку седовласого пилота Владимира: «Со мной не бойся, Марина! Надо всё попробовать!». И ведь пробуешь! Пробуешь сделать фотокарточку из самолёта с открытой дверью. На весь салон доносится: «Это БА-ЛА-КЛА-ВАААА!». Дикий восторг – парить над знакомыми местами города-героя на высоте 700 метров. ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Входим в воздушный вираж и чуть было не задеваем крылом кроны на горах, плавно наклоняемся на второе крыло – чуть было не «задеваем» мыс Фиолент. Женщины пищат, мужчины – сдержаны. Хорошо быть, к слову, дамой: есть возможность без стеснения заявить о страхе. Но я сторонница борьбы с собственными фобиями. Ими нужно управлять. А судном управляет ас. Ему доверяешь. Наше дело – вдохновляться красотой Крыма в миниатюре, так называют Большой Севастополь.
Адреналин разбавляется шутками-прибаутками, сквозь гул мотора говорю пассажирам: «Во время полёта вам будут предложены прохладительные напитки». Но здесь, в авиапутешествии, не до кофе с молоком. Держались за поручни крепко. Ан-2 «скакал» по полю при посадке, которая, по меркам этой машины, была мягкой.
Из самолёта выходили героями, «Гагариными», не меньше. И это знакомое чувство удовлетворения собой, оно возрастает в последовательности Фибоначчи, особенно, когда видишь тех, кто стал «заложником» собственных страхов и не смог оценить всю красоту Балаклавской марины да Херсонеса Таврического, что с высоты выглядят, как лучшие образцы творений рук человека.
II. Путешествие в Дорос.
В средневековье на этих землях княжили готы. Залитые светом сочные поля с золотистой лозой не могли быть названы иначе. Столица княжества Феодоро, Дорос, как образ женщины, где ланиты – розовая дымка, глаза – пепельно-голубое море, молочные плечи – покатые склоны у Байдарской долины, что пропитана ароматами можжевельника виргинского. Здесь автохтонные сорта винограда созревают в природном уюте, обласканные сухими субтропическими ветрами. И спустя столетия местность эта не потеряла своего очарования. Тот, кто хоть раз бывал в Мангупе, поймёт, о чём я пишу.
Восторженные возгласы посыпались со всех сторон, когда отполированные авто из прошлого – «Победы» – подъехали за туристами.
И вот уже изнутри, вдыхая запах идеального кожаного салона, победно едем сквозь живописные виноградники усадьбы «Мангуп». Тогда ещё не знала, что самые сильные откровения случатся выше, вверх по грунтовой дороге. ⠀⠀⠀⠀
Моим проводником в мир созерцания экс-княжества Феодоро становится один из сыновей российского промышленника. Александр похож на героя аниме: тонкие черты лица, идеальная осанка, чёрные смоляные волосы заплетены в хвост (словно самурай). В свои 22 года он точно знает, как успокоить разум: мудр не по годам.
С вдохновением рассказывает о банных комплексах, которые будут наполнены ароматами пихтовых, так хотелось отцу, показывает новый объект – панорамный дегустационный зал, такой, как хотел отец… А ещё здесь открывается потрясный вид! Парень, родившийся в «золотой пелёнке», говорит: «Вот! Это место безумно меня вдохновляет! Какая там Москва! Тут понимаешь, что есть истинные ценности: созидание, любовь, смирение. Только представить: встаёшь утром, завариваешь чай и смотришь на красоты Крыма в первых лучах солнца…». Слушаю Сашу и назревают два вопроса, как заправский журналист спешу их задать.
М: Александр, ты такой молодой, а уже столько знаешь. Думаю, твой отец рано приучил тебя к труду. С какого возраста ты в бизнесе? ⠀⠀⠀⠀⠀⠀
А: Мне было 12, когда отец начал брать с собой в командировки.
Резюмирую: логично, что в 22 года молодой крымский миллионер не просто много знает, он владеет усадьбой и понимает бизнес-процессы.
М: В одном из залов увидела портрет человека с чёрной лентой. У вас траур?
А.: Это наш отец, его не стало неделю назад… ⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
М: Прими мои соболезнования.
Александр с абсолютным спокойствием отвечает:
«Мы с братьями решили, что не время для грусти, время – исполнять мечты отца. Одна из них: сделать такую усадьбу, в которой было бы хорошо всем…».
Проходим мимо стройки бань. Суббота. В большом ведре на самопальном костре кипятится можжевеловая чача. Скоро дегустация. Всё это тонкое восприятие действительности наводит на мысль о российском меценатстве через призму восточной мудрости: если человек – добродетель, то деньги только увеличивают его лучшие качества, а если человек жадный, то деньги тоже её увеличивают, возводя в алчность. ⠀⠀
И российский миллионер, основатель усадьбы Мангуп, бывший владелец ретро авто, являл собой яркий пример меценатства, но что самое главное – воспитал сыновей с такой же позицией.
Смеркалось. Мангуп нежился в лучах заката на фоне марева кипятящейся можжевеловой чачи.
III. Руна любви, или В гости к таврам.
Светило в зените. Путь от селения греков Ласпи к святилищу тавров идём Большой Севастопольской тропой. Гид Виталий на очередном крутом подъёме подбадривает, а любой шорох рассматриваем как «нашествие» кабанов. У нас на 4-х пачка овсяного печенья и 0,5 воды – «позаботились» о себе, «МА-ЛА-Д-ЦЫ!».
С каждым новым витком горы вдохновляемся видами Байдарской долины. В такие моменты хочется взлететь, правнуки Дедала и Икара, не иначе. Виталий то и дело дарит пучки местной флоры: татар-чай, горный чабрец – ароматы обволакивают и дурманят.
На вершину Ильяс-Кая топаем с зажатыми кулаками: в одном – монета с представлением плохого, в другом – камень как олицетворение мечты. Верите ли, но я совершенно не помнила о зле, а вот на добро медитировала так, что голыш нагрелся.