Марина Гришина – Проблемы некроманта ведьму не волнуют! (страница 3)

Дверь подалась, признав хозяйку и с тихим скрипом приоткрылась. Девушка перекинула корзину в другую руку и ступила на порог. В нос ударил запах паленого, но ведьма даже не подала виду.

– Придешь, когда научишься разговаривать. Капля уважения не помешает даже некроманту.

Парень хотел проскочить вслед за хозяйкой дома, но предусмотрительная дверь с неожиданной для нее скоростью, захлопнулась. Жаль, с той стороны не раздалось крика боли – придется провести с домом воспитательную беседу, чтоб не жалел непрошенных гостей. Совсем распоясался.

Девушка замерла, прислонившись спиной к тёплой деревянной стене и прислушиваясь. Сначала было слышно, как мужчина топтался на пороге, не решаясь постучать. И лишь через пару минут послышались удаляющиеся шаги.

О том, что непрошенный гость – некромант, ведьма догадалась почти сразу. Трудно было не заметить расползавшееся вокруг него темное пятно магии. Стало даже интересно, что же привело его в такую глушь и, уж тем более, заставило добровольно прийти к ней.– Растешь, Эль! – ведьма, наконец, поставила корзину на стол, для чего пришлось переложить на подоконник огромную книгу. Заодно, взгляд скользнул на улицу – мужчина действительно уходил в сторону города. – Магов проклинать еще не приходилось.

Ведьмы и некроманты друг друга недолюбливали. Одни любили жизнь, чувствовали природу и могли использовать дары этого мира на свое усмотрение. А вот вторые предпочитали смерть и всех, кто был хоть как-то с ней связан. Призраки, неупокоенные, прорвавшиеся сквозь границы миров твари – общение со всеми этими существами ничуть не добавляло и без того заносчивым магам очарования. Да и кто бы отличался приятным характером, если бы приходилось работать только ночами и с такими клиентами, что воняли тухлятиной, теряли конечности или душераздирающе выли?

Эль, она же – Элис, она же – Элианис ди Рокко, уселась на стул, подогнув одну ногу и не обращая внимания на задравшееся платье, задумчиво смотрела в окно. Силуэт мужчины уже пропал из виду, а вот мысли о нем не шли из головы. В этом городишке отродясь не было некромантов. Ну нечего им тут делать! Кладбище было спокойным, дурными заклинаниями никто не баловался, а чужаки не задерживались. И все же вот он, маг, стараниями одной голодной ведьмы – со свежим синяком и проклятьем, но от этого ничуть не менее опасный.

Кажется, зря она списала это на приближавшуюся непогоду и достававшего ее уже несколько месяцев крота.Нехорошее предчувствие прокатилось по телу холодной волной. Некстати вспомнилось, что несколько ночей назад она почувствовала волнение магии. Деревья шептались, ветер завывал особенно пронзительно, а с утра она заметила несколько засохших цветков солнечника, хотя никаких морозов в помине не было.

…

– Эй, Кас! – стук в дверь заставил мужчину отвлечься, и кувшин, из которого он умывался, чуть не выскользнул из рук. Он заранее стиснул зубы, чтобы не выругаться, когда тот упадёт и заляпает все его брюки брызгами воды, но… ручка кувшина была с небольшим сколом, и он удержался в руке. – Хорош красоту наводить! Тебя заждались уже.

Вот теперь некромант, он же Кассиан Ромбрейн, он же Кас – но только для друзей, а потому это обращение из уст малознакомых людей вызывало только волну раздражения, вот теперь он выругался.

Но у того, что он испортил то заклинание, был еще один существенный недостаток. О входе в мир мёртвых некроманты не распространялись, никто в этом городе и не догадывался, в каком опасном месте они живут, и что маги регулярно защищают их спокойствие. А его промах не должен был повлиять на порядок вещей.

– Уже иду!

Мужчина взглянул на себя в зеркало и поправил костюм. В общем-то, одежда не так сильно отличалась от привычной – та же черная рубашка, только рукава непринуждённо закатаны до локтя, а цепочка с амулетом не спрятана за наглухо застегнутыми пуговицами, а тускло поблескивала в расстёгнутом вороте.

Чтобы скрыть от местных истинную причину появления мага в городе, невезучему некроманту выдали легенду. Повод, чтобы он мог задержаться на пару недель и не вызвать подозрений.Все портил стоявший за спиной и ожидавший своего часа тару – музыкальный инструмент с пятью струнами и вырезанными вручную рунами. Кассиан вздохнул. Он ничуть не гордился своим умением, которое начальство решило обратить против него, но, до этого момента, оно еще никогда не вызывало в нем такого отторжения.

Если бы все это приключилось не по его вине, он бы ни за что не согласился! Но… пусть не намеренно, но он выпустил стража границы. И теперь должен его вернуть, даже если придется поступиться собственной гордостью.

С первого этажа послышался шум, и мужчина, прихватив инструмент, решительно шагнул за дверь. Не стоило заставлять толпу ждать выступления. В конце концов, можно было представить, что он просто играет роль, чтобы спасти мир.

Играет роль барда.

Весь день Элис крутилась, как лопасти ветряной мельницы. Она собрала и рассортировала травы, приготовила несколько пузырьков зелья от ожогов и отдраила закоптившийся котел. Вроде все это было мелочью, но к вечеру ноги гудели, а желание готовить ужин даже случайно не промелькнуло в голове одной рыжей ведьмы.…

Но, отворив заветную дверь, девушка недоуменно остановилась на пороге. Она забыла про какой-то праздник? Или почему тогда в зале все столы были заняты, причем преимущественно девушками. Впрочем, ведьма не зря зарабатывала свою репутацию. Заметив ее, одна из работниц шустро освободила один из столиков, пересадив сидевших там подруг на общую лавку.Можно было съесть и остатки булочек из пресловутой корзинки, но при взгляде на них в мыслях всплывали одна наглая черная морда и один не менее наглый черноволосый мужчина, который забыл проявить уважение. Так успокаивала себя девушка, пока приближалась к таверне и исходила слюной от ароматов. Какое там готовили жаркое!

Когда девушке принесли заказ – горшочек жаркого, свежие хрустящие огурчики и стакан разбавленного домашнего вина -она поймала за рукав не успевшую слинять подавальщицу.Стол был на две персоны и стоял у самой стены, недалеко от сцены. Многие поглядывали на свободное место, но подсесть к ведьме никто не рисковал.

– А что это у вас сегодня за столпотворение?

Лора, высокая худощавая блондинка с длинной косой и в белом накрахмаленном переднике, на котором красовалась вышивка в форме румяного кренделя – отличительного знака лучшей в городе таверны, наклонилась пониже к посетительнице.

– А вы что ж, не слышали? К нам же бард приехал! Из самой столицы! – она заговорщически перешла на шепот, но, поняв, что в шуме толпы ее просто не расслышат, продолжила обычным голосом. – Говорят, он еще и маг. А красавец какой… Катринка-то, которая ему обед в комнату относила, как вышла – вся раскрасневшаяся, а глаза-то в пол опустила, улыбается…

Элис подняла руку, останавливая словоохотливую девушку.

– Спасибо, Лора. Он сегодня выступает? Любопытно взглянуть.

Она увидела, как одна из посетительниц, не дождавшись зрелища, украдкой, оглядываясь, попыталась подняться на второй этаж. Никак для того, чтобы увидеть такое, после чего глаза в пол, и улыбка не сходит с лица.– Да, вот как раз Ромул пошёл звать, народ уже почти с час сидит-то. Ой!

Ведьма усмехнулась. Девушки! Терпение в них природой не заложено. Они с другими ведьмочками, когда учились, тоже бегали в город поглазеть на приезжего барда. Даже поспорили, что кто сумеет его поцеловать – неделю будет освобожден от уборки в школе. Правда, когда увидели длиннющие закрученные усы, покрытую кожными пятнами проплешину на макушке и сморщенное лицо, приуныли. Никогда еще их школа так не сияла чистотой, как в ту неделю, когда пять учениц ежедневно ползали по всем коридорам с тряпкой. Ни одна не решилась выиграть спор.

Поэтому сейчас, пока жаркое в тарелке быстро уменьшалось, Элис с лёгкой усмешкой поглядывала на лестницу. Интересно, когда у этого барда обнаружится огромная бородавка на носу или какой шрам на пол лица – все зрители разбегутся или хоть кто-то останется послушать?

Но, как девушка не следила за выходом, появление музыканта она пропустила. Точнее, сначала в зал ворвалась мелодия. Воздух дрогнул, разрезаемый звоном струн и тихим, но сильным голосом.

Он пленил ее чарами, душу крадя,– Жил на свете колдун, Как и все он мечтал – Стать великим, свой род восхваляя. И творил он добро только ради себя, Остальным одно зло причиняя. Свет в зале поспешно приглушили, оставив в магических светильниках только крохотные огоньки. На верхней ступеньке показался мужской силуэт, и ведьма разочарованно вздохнула – он явно не был толстым и старым, так что понаблюдать бегство поклонниц ей не придётся. – И жила во дворце, та что ярче огня, Краше солнца и воздуха чище.

Или мир наш в безумье потонет?Обманул, уволок, некромантище. По притихшему залу разнесся девичий вздох. Впрочем, Элис даже не обратила на него внимания – голос барда завораживал, обволакивал, проникая в мысли и вытесняя все остальное. Ей не мил белый свет, не хотела она Жить как он – власть в крови добывая. Путь один, смерть одна, И дорога, что края не знала… Но проклятие то – не простое стекло, Острие враз его не разрушит. Сколько жизней и сколько воды утекло, И девичьи загублены души. Есть ли в мире любовь, что отравы сильней, Что преград не боится, не дрогнет? Есть ли верность друзей и душа всех честней?