Марина Голубева – История гаданий и предсказаний (страница 3)
Отчасти это верно, и постановочные «спектакли» были не редкостью. Однако есть и третья точка зрения, сторонником которой был известный исследователь первобытной культуры Мирча Элиаде. Он считал, что шаман сознательно и целенаправленно вызывал у себя экстатическое состояние, при котором переживал различные видения, путешествовал в мир духов, слышал их голоса и т. д. То есть чаще он действительно все это переживал, а не играл на публику. Но в то же время шаман мог этим состоянием управлять, чем и отличался от бесоодержимых, эпилептиков, невротиков и просто сумасшедших[13].
Не исключено, что среди шаманов встречались и невротики, и шизофреники, но в большинстве своем они были вполне адекватными, здравомыслящими и весьма умными людьми, способными запрограммировать свои видения в соответствии с социальным запросом племени. Пророческие образы сознательно или неосознанно могли быть спровоцированы самими шаманами, которые отличались и наблюдательностью, и хитростью, и знанием психологии.
Например, если соседнее племя давно косо поглядывало в сторону угодий родичей шамана, то он в трансе мог видеть эти злобные взгляды и угрожающие танцы с оружием, которые объяснял как стремление соседей напасть, и призывал своих соплеменников напасть первыми.
Заметив признаки недомогания у вождя племени, шаман мог в состоянии транса увидеть его смерть, о чем и сообщал соплеменникам. И конечно, принимал меры по излечению вождя. Если тот выздоравливал, то это приписывалось магической силе шамана, а если все же умирал, то в этом оказывались повинны всесильные и мстительные духи и сам вождь, который их прогневил.
То есть большинство прорицаний, сделанных шаманом, так или иначе сбывалось, именно в этом заключался дар пророков — в умении видеть, анализировать и делать правильные выводы. Прорицатель никогда не сообщал соплеменникам какое-то совсем уж нереалистичное пророчество. Ведь если оно не сбудется, то и его власти пророка, а нередко и жизни придет конец.
Шаман чаще всего не просто устраивал театрализованное представление, а действительно впадал в транс и переживал разные формы галлюцинаций и видений. Но содержание этих видений было обусловлено образом жизни и текущей ситуацией, хоть и дополнялось фантазией, создающей образы сверхъестественных существ, во множестве встречавшихся на «тропе шамана».
Эффективность и зрелищность ритуалов шаманской дивинации способствовали их сохранению и в более поздние эпохи, у племен, давно покинувших первобытно-общинный мир. Среди народов, населявших Западную Европу накануне распространения христианства, особенно славились искусством предсказаний кельты, норманнские племена и финны. О них и разнообразных ритуалах их магов и прорицателей писали древнеримские авторы: Диодор Сицилийский, Плиний и особенно Гай Юлий Цезарь в своем труде «Записки о Галльской войне», где он довольно подробно описал быт и нравы народов, с которыми ему пришлось воевать в Европе. В частности, о кельтах мы узнали именно из его «Записок».
Цезарь, можно сказать, заложил традицию именовать кельтами целую группу народов, образ жизни и культура которых имели схожие черты. Причем сам он часто называл их галлами, а люди этих племен именовали себя по-разному: гельветами, белгами, скоттами, венетами, валлийцами и иначе. Сейчас многие историки вообще отказывают кельтам в праве считаться народом и даже союзом племен, так как никакого союза между этими племенами не было. Очень условно можно говорить о кельтах как о языковой общности и о некоторых сходствах в культуре и верованиях этих племен. Но, впрочем, как справедливо замечает автор книги о кельтских мифах Миранда Олдхаус-Грин по поводу наименований этносов, «названия, по сути, являются ярлыками»[14]. Поэтому для удобства и мы будем пользоваться привычным термином «кельты».
Нас интересует часть духовной культуры многочисленных западноевропейских племен, имеющая отношение к вере в духов, экстатическим практикам и пророчествам. У народов, обычно причисляемым к «кельтам», так же как у коренного населения Сибири и Северной и Южной Америк, был распространен анимизм. Хотя можно выделить несколько наиболее почитаемых божеств, таких как Кернунн, все же б
Срезание омелы друидами
Многочисленные духи и боги не столько помогали людям в повседневной жизни, сколько постоянно требовали от них подношений и жертв. И конечно, без жертв не обходились гадания и прорицания. Античные авторы особенно часто упоминали о человеческих жертвоприношениях, которые совершались и в том случае, когда от богов и духов ждали ответа на важные вопросы. Особенно славились кровавыми жертвами кельты Галлии, их же древнеримские авторы называли самыми искусными в деле прорицания и предсказаний. И чем серьезнее был вопрос, который задавали богам, тем значительнее должна быть жертва. Как пишет древнеримский историк Тацит, имея в виду друидов, «ведь у них считалось благочестивым орошать кровью пленных жертвенники богов и испрашивать их указаний, обращаясь к человеческим внутренностям»[15]. У Страбона есть описание ритуального убийства и предсказаний грядущих событий по предсмертным конвульсиям жертвы[16].
Но если бытовыми гаданиями и предсказаниями занимались все, в том числе простолюдины, то настоящими прорицателями, общающимися с духами и передающими людям их волю, были друиды.
Однозначно ответить на вопрос, кто такие друиды, довольно сложно, так как сведения о них и их обрядах дошли до нас в интерпретации античных авторов, которые, во-первых, считали кельтов варварами, а их веру и обычаи представляли в неприглядном свете; во-вторых, древнеримские историки и общественные деятели в своих трудах использовали привычные для них термины. Так, они называли друидов жрецами, а вслед за авторитетными римскими историками этот термин используют и авторы современной популярной литературы.
Даже само слово «друид» дошло до нас из древнеримских источников. Слово druid, предположительно, происходит от существующих в кельтских языках druí и dryw, что, вероятно, в буквальном переводе означает «знание о дубе», или «истинные знания». Но как на самом деле кельты называли этих своих магов, неизвестно. В настоящее время много говорят и об учении друидов, и о целостном мировоззрении. Однако если что-то подобное и было, то до нашего времени не сохранилось даже в устных преданиях и мифах, а это само по себе странно. Считается, что учение друидов полностью забыто, так как эти служители духов запрещали записывать свои стихи и заклинания, чтобы тайные знания не попали к непосвященным. По крайней мере, так говорят античные авторы, в том числе Цезарь, всегда интересовавшийся культурой народов, которых собирался завоевать[17].
Так или иначе, считать друидов жрецами не совсем правильно хотя бы потому, что первобытный анимизм кельтов еще не сформировался в религиозную систему, соответственно, не было и общепринятого религиозного культа с иерархией богов, храмами и структурой священнослужителей. Правда, существовали святилища, но чаще это были просто священные рощи и места силы на холмах или у ручьев. Эти места называли неметами, или неметонами, а вот были ли при них постоянные жрецы, неизвестно.
Сами друиды в социальной структуре кельтского общества занимали, скорее всего, место, аналогичное славянским волхвам и шаманам архаичных племен. Да, по сути, они и были шаманами: немного колдунами, немного врачевателями, немного заклинателями духов. И ряд исследователей их прямо называет шаманами, что связано и со сходством ритуалов общения с духами посредством экстатического транса[18].
Друиды поклонялись духам деревьев и жили в священных рощах, где и совершали обряды. У каждого друида было свое дерево-покровитель, от которого маг получал силу, тайные магические знания, в том числе знания о событиях будущего. Предсказатель садился рядом со своим деревом, читал заклинания и погружался в транс или своеобразный гипнотический сон. Такое состояние называлось
Главным элементом в прорицательской магии друидов были заклинания, которые читались нараспев, как стихи. Не только слова, но и особый ритм завораживал, погружал прорицателя в транс и задавал содержание видений, которые посещали мага во сне. Поэтому так же, как и для шаманов Северной и Центральной Азии, для друидов были важны знание реальности, психологии, умение анализировать ситуацию и делать правильные выводы. Неудивительно, что их предсказания зачастую сбывались.