Марина Голубева – История гаданий и предсказаний (страница 22)
Гадалка предсказывает судьбу
В Западной Европе до начала XV века хиромантия не упоминается ни религиозными философами, ни представителями оккультизма и магии. Принесли хиромантию в европейские города, видимо, цыгане. Альфред Леманн пишет: «Один французский писатель рассказывает, что в августе 1427 года появилась в окрестностях Парижа толпа в сто двадцать человек — мужчин, женщин и детей. Отечество их нельзя было определить с точностью; их назвали богемцами, потому что они пришли из Богемии; сами себя они называли египтянами, утверждая, что происходят из Нижнего Египта. Волосы их были черны и жестки, наподобие конского хвоста; сами они были страшно грязны и ходили почти голые. Несмотря на нищету, между ними были колдуны, “которые смотрели на руку человека и каждому говорили, что с ним было и что его ожидает в будущем”. Граждане Парижа толпами устремились в их лагерь и заставляли их гадать, причем они заработали много денег»[147].
Европейские поклонники оккультных наук обратили внимание на хиромантию только в XVI веке, когда появились первые обобщающие сочинения по этому виду мантики, но тексты, посвященные хиромантии, были редки и противоречивы, трактовки в них — самые разные. Видимо, каждый хиромант гадал в соответствии со своими представлениями о связи линий и холмов на руке человека с его судьбой.
Поговаривали, что хиромантией увлекался сам Парацельс (1493–1541), однако никаких письменных свидетельств об этом известный врач и алхимик не оставил. Серьезные оккультисты, например Агриппа Неттесгеймский (1486–1535), пытались связать хиромантию с астрологией, но не очень удачно. Можно было назвать холмы на ладони именами планет или знаков зодиака, но как их связать с движением небесных сфер, так и осталось непонятным.
Одним из первых авторов серьезных сочинений по хиромантии был доминиканец Трикассо де Черазари (?–1550). Но увлечение этим видом предсказаний началось после его популяризации немецким монахом-картезианцем и астрологом Иоганном из Индагине (1457–1537). Он написал книгу, посвященную разным видам гадательных искусств, в которой отвел отдельную главу хиромантии. Сочинение Иоганна вышло в Страсбурге в 1531 году и сразу привлекло внимание просвещенных людей, увлекавшихся разными необычными науками. Дело в том, что Иоганн из Индагине слыл специалистом в области физиогномики, как раз входившей в то время в моду[148]. Получается, заодно он прорекламировал и хиромантию.
Однако этот вид гадания долгое время не имел ни стройной системы, ни какого-либо научного обоснования. Первоначально внимание уделялось только четырем линиям: линии жизни, линии судьбы, линии сердца, линии головы, или линии интуиции. Считалось, что короткая линия, спускающаяся от основания безымянного пальца, определяет художественные таланты; несколько параллельных линий на запястье дают дополнительную информацию о продолжительности жизни. Кроме линий на ладони, в хиромантии учитываются так называемые холмы. Например, выпуклость у основания большого пальца называется холмом Венеры и связана с успехами и неудачами в любви; холм Юпитера (под указательным пальцем) говорит о честолюбивых планах; холм Сатурна (под средним пальцем) — о том, насколько человек независим, и т. д.
В XVII веке число главных линий в хиромантии возросло. Парижанин Ронфиль добавил к старым схемам линию Сатурна, которую произвольно именовал «линией печени», и линию Аполлона — показатель художественных талантов[149]. Хотя не все хироманты-теоретики с этим были согласны, практики, как уже было сказано, гадали исходя из собственного видения судьбы клиента. Тем более что практикой часто занимались люди, вообще не умевшие читать.
Да и в теоретических пособиях менялись не только количество и названия линий и холмов, но и их трактовки. Причем изменения эти происходили в соответствии с требованиями эпохи. Так, на иллюстрации пособия по хиромантии XVII века на одном из участков ладони, отведенном Марсу, указано: «Ранение на дуэли». А ниже, в треугольнике, образованном средней линией, линией Сатурна и линией печени, содержится знак еще большего несчастья: «Смерть на дуэли»[150]. Представляете, насколько будет удивлен клиент современного хироманта, решившего воспользоваться этим старинным, а значит, и самым правильным пособием?
Хиромантия была не единственным видом гаданий, связанных с поисками знаков судьбы на теле человека. Появившиеся идеи о том, что человек является своеобразной проекцией космоса, пробудили у мистиков интерес… к родинкам. К тому же удалось найти в Древней Греции «основоположника» учения о связи родинок с судьбой, что сразу придало учению вес и авторитет. Звали грека Меламп, был он персоной скорее мифической, чем реальной, и у греков считался первым, кто обрел дар пророчества.
Иоганн из Индагине (1467–1537), автор трудов по физиогномике и хиромантии
Именно в XVI–XVII веках становятся популярными и физиогномика, о которой уже говорилось, и родственная с ней метопоскопия — определение человеческого характера и судьбы по линиям на лбу. К развитию этих гадательных практик приложили руку астрологи, которые утверждали, что на каждую часть человеческого тела влияют определенные небесные тела.
Эпоха Возрождения прославилась не только новшествами в различных областях знания, в том числе оккультного, но и возвратом и развитием древних видов мантики и предсказательных учений. Многие из них связывали с тайными знаниями, и занятие ими представляло немалую опасность в эпоху разгула инквизиции. Тем не менее это только добавляло интереса к мистическим практикам.
Глава 2. Некромантия и спиритизм
Желание узнать свое будущее с помощью гаданий и предсказаний всегда сопровождалось мистическим страхом перед неведомыми силами. Но самым жутким видом прорицания была некромантия[151] — общение с мертвыми для того, чтобы получить от них тайные знания, в том числе и о будущем. Некромантия является, пожалуй, древнейшей формой мантики, но она до сих пор будоражит воображение людей и вызывает у них смесь ужаса и любопытства.
В основе некромантии лежит тот же первобытный анимизм — вера в духовные сверхъестественные сущности, которые могут не только обитать в телах людей и животных, но и существуют вполне самостоятельно. После смерти человека его тело разрушается, а душа продолжает жить, только она уже принадлежит иному миру, поэтому обретает сверхъестественные способности, в том числе и знания о будущем. И если эти души предков суметь призвать и правильно спросить, то они могут поведать много интересного и даже помочь потомкам, защитить их от зла, так как обладают магической силой, недоступной живым. Иногда эту силу приписывали не всем, а только тем, кто и при жизни отличался от простых смертных: колдунам, шаманам, вождям, мудрецам. Такие представления были характерны для всех народов архаичных социумов.
Таким образом, первые обряды некромантии проводились еще в первобытном обществе, когда начал формироваться культ предков. Древнейший анимизм с его верой в разных духов, в том числе и духов предков, не предполагал еще представлений о загробном мире. Все сверхъестественные сущности обитали в общем с людьми пространстве, а естественный и сверхъестественный миры еще не разделились в сознании людей. Поэтому общение с духами требовало сравнительно несложных ритуалов: шаман просто должен был приманить души предков и уговорить их помочь. Для этого хватало танцев с бубном и пения заклинаний.
Часть папируса древнеегипетской «Книги мертвых»
Однако с развитием общества и религиозного сознания появляются идеи о загробном мире, куда уходят души после смерти, причем мир этот во всех древних культурах мрачный и безрадостный. Это и Шеол у ветхозаветных евреев, и Гадес у древних греков эпохи Гомера, и шумерский Кур, вавилонский Арали, мир Оркуса на заре существования древнеримской цивилизации, Аменти у древних египтян и т. д. Там души умерших — бледные тени когда-то живых людей — скитались без радости и надежды снова увидеть солнечный свет. В связи с чем возникает два вопроса. Первый: как эти слабые, стенающие сущности могли быть всеведущими? Второй: как их из того, недоступного для живых, мира можно вызвать?
На первый вопрос представители древних цивилизаций отвечали по-разному. Древние евреи считали, что высшие знания доступны только душам великих людей, таких как правители и сильные маги. Представители других народов (в том числе славяне-язычники) считали, что души умерших могли общаться с богами напрямую и от них получали знания о будущем. А древние греки, как, впрочем, и большинство народов, вообще не задумывались о причинах всезнания душ. Оно как бы входило в комплект способностей любого сверхъестественного существа.
Однако и в древности многие думающие люди отрицали способность мертвых что-либо знать о делах живых. Так, Екклесиаст говорит: «Живые знают, что умрут, а мертвые ничего не знают, и уже нет им воздаяния, потому что и память о них предана забвению, и любовь, и ненависть их, и ревность их исчезли, и нет им более части во веки ни в чем, что делается под солнцем» (Еккл., 9: 5–7).