Марина Федагина – Сознание по подписке (страница 9)

Глава 18. Возвращение

Надя стояла у калитки, провожая их взглядом. Озеро осталось позади, скрытое деревьями, но она чувствовала его спиной.

Почему? — думала она, вцепившись в холодные прутья забора. — Почему вода так тянет?

Она вздрогнула от холодного ноябрьского ветра и быстро зашла в дом, захлопнув за собой дверь.

***

Автобус тронулся. Четыре часа обратной дороги.

Матвей и Арина сидели через проход, как в прошлый раз. Но теперь их молчание было другим. Тогда это было молчание незнакомцев. Сейчас — молчание соучастников, которые узнали друг о друге слишком много, но не знали, как это обсудить.

Матвей смотрел в темное окно, видя в отражении только свои очки и размытые огни трассы. В голове крутился образ Игната. Прапрадед. Матвей пытался разложить всё по полочкам, как он делал всегда. Но на этот раз не получалось. Игнат не был просто жестоким. Он был функцией. Он подчинялся Теням.

Матвей сжал челюсти. Он чувствовал это. Где-то глубоко, на уровне инстинктов, он чувствовал этот код. Желание контролировать. Желание, чтобы всё шло по его алгоритму. В университете он не тянулся к власти, но когда кто-то пытался навязать ему чужую волю, внутри поднималась холодная, тяжелая волна сопротивления.

Что ждёт меня? — мелькнула страшная мысль. Если я не сломаю это... Система выдаст мне роль. Начальник. Хозяин. А может... тот, кто стоит во главе Ордена? Тот, кто носит маску?

Он закрыл глаза. Нет. Он не будет играть по этим правилам. Он взломает этот код, даже если придется переписать себя с нуля.

***

Арина сидела, обхватив себя руками. Куртка не спасала от холода. Перед глазами стояла девушка в светлом длинном платье с бордовой каймой.

Арина ненавидела её. Но сегодня, на берегу озера, когда Надя дрожала от страха, эта ненависть изменилась. В неё ещё что-то просочилось.

Арина закрыла глаза, и перед внутренним взором снова возникло это платье. Легкая ткань, тяжелая бордовая кайма, падающая складками до пола.

Где я это видела? Она не видела этого платья в музее. Не видела в кино. Но она знала эту ткань.

Откуда? — думала Арина, и по спине пробежал холодок. — Откуда я знаю это платье?

Она украдкой посмотрела на Матвея. Он сидел неподвижно, уставившись в окно. Потомок Игната. А она... кто она?

Автобус мчался по трассе, увозя их из Торжка.

Но то, что они увозили с собой, было тяжелее любого багажа.

Глава 19. Две сестры

Арина стояла перед шкафом, где хранились все семейные альбомы. Их было много — толстые, потрёпанные временем, с пожелтевшими уголками. Она не знала, что именно ищет.

Пальцы скользнули по корешкам. Один, второй, третий... И вдруг рука сама потянулась к старому зелёному альбому в кожаной обложке. Он был тяжелее других.

Арина села на кровать, открыла. Первые страницы — чёрно-белые фотографии пятидесятых, шестидесятых. Лица, которые она не знала. Подписи, сделанные аккуратным почерком бабушки.

Она перелистывала медленно, пока не замерла.

На фотографии стояли две девушки. Рядом, почти одинакового роста, с похожими чертами лица. Но какие разные...

Одна — в светлом платье с бордовой каймой. Девушка смотрела прямо в камеру. И в её взгляде было что-то такое, от чего по спине пробежал холодок. Высокомерие? Вызов? Или знание чего-то, чего не знали другие?

Вторая девушка — в тёмно-синем платье с белыми кружевами. Она стояла чуть позади, словно боялась заслонить собой первую.

Арина посмотрела на подпись: «Екатерина и Елизавета. Август, 1920 год».

— Мам! — позвала она. Голос прозвучал громче, чем она хотела.

Мама вошла через минуту, вытирая руки о полотенце.

— Что случилось?

— Кто эти девушки?

Мама взяла альбом, посмотрела. И вдруг лицо её стало серьёзным и задумчивым.

— Это твои прапрабабушки, — сказала она тихо. — Родные сёстры. Погодки.

— Расскажи мне про них.

Мама села рядом, провела пальцем по фотографии.

— Они были очень похожи. Тихие, спокойные. Но... — она замолчала, подбирая слова.

— Что «но»?

— Когда Кате исполнилось шестнадцать, она изменилась. Стала пропадать по вечерам. Говорила, что гуляет около озера. Лизу с собой не брала, та оставалась дома.

Арина почувствовала, как по спине снова пробежал холодок. Озеро. То самое озеро, куда тянет Надю.

— А потом? — спросила она.

— Потом она стала дерзкой, высокомерной. Поменяла причёску — до этого носила косы, а тут вдруг распустила волосы, завивала их. Стала носить яркие платья, красить губы. Что-то изменилось в её поведении, в том, как она смотрела на людей.

Мама покачала головой.

— У неё появилось много поклонников. К ней сватались несколько раз. Но она всем отказывала и над всеми смеялась. Так продолжалось до двадцати лет.

— До двадцати? — переспросила Арина.

— Да. Потому что в город вернулся Александр.

— Кто?

— Парень, который жил по соседству. Катя с детства была влюблена в него. Но когда ей было шестнадцать, Александр внезапно уехал. Ему тогда было двадцать.

Мама перевернула страницу, нашла другую фотографию. Молодой человек в костюме, с серьёзным взглядом.

— Говорили, что он сбежал от невесты. У него была невеста Мария, они готовились к свадьбе. Но за несколько дней до неё Александра как подменили. Он никому ничего не объяснил, просто собрал вещи и уехал.

— Куда?

— В другой город. Никто не знал точно, куда именно. Вернулся он только через четыре года. И женился на Екатерине.

Мама закрыла альбом.

— Вот такая история.

Арина сидела молча. В голове роились вопросы. Шестнадцать лет. Озеро. Резкое изменение. Александр, сбежавший от невесты именно тогда, когда Кате было шестнадцать.

Она посмотрела на свои руки. Те же пальцы, что держали дневник Веры. Та же кровь, что текла в жилах Екатерины.

— Спасибо, мам, — сказала она, наконец.

Мама вышла. Арина открыла альбом снова, посмотрела на фотографию. Две сестры. Такие похожие и такие разные.

Что случилось с Екатериной у озера в шестнадцать лет? Почему она изменилась? И при чём здесь Александр, сбежавший от невесты?

Арина закрыла глаза. В голове начали складываться кусочки. Но картинка ещё не была полной.

Завтра она начнёт сопоставлять факты. Завтра она попробует понять, почему всё произошло именно так.

А сегодня она просто смотрела на фотографию и чувствовала, как что-то внутри неё отзывается. Что-то древнее. Знакомое. Будто она уже знала эту историю. Будто она уже жила ею.

Глава 20. Цена протокола

Арина сидела за столом. Перед ней лежал чистый лист бумаги, ручка и фотография двух сестер. 1920 год. Екатерине шестнадцать.