Марина Федагина – Отшельник (страница 5)
Хотел сделать шаг навстречу, через ту трещину, что возникла в феврале.
Но Майя увидела его улыбку. Увидела, как он идёт к ней.
И внутри всё сжалось. Страх. Паника. Будто он нёс не подарок, а приговор.
Она не дала ему подойти. Остановила взглядом — резким, холодным, чужим. И сказала громко, чтобы слышал весь класс:
— Что вылупился? Хватит на меня смотреть и улыбаться, как дурак. Я слишком хороша для тебя. Отвали.
Тишина.
Класс замер. Кто-то ахнул. Кто-то переглянулся.
Костя остановился. Секунду стоял неподвижно, и лицо его побелело, будто с него стерли всю краску. Потом он медленно развернулся и вышел.
Больше он не подходил. Не смотрел. Не улыбался.
А через неделю она узнала от подруг — Костя встречается с Катей. Девочкой из параллельного класса. Они жили в одном дворе. Знали друг друга с детства. Катя была простая. Понятная. Без тайн. Без пропасти внутри.
Он выбрал её. Потому что с ней было безопасно. Потому что она не ранила. Не отталкивала. Не говорила «отвали» при всём классе.
Тени на потолке двигались медленно. Ветер утих, и ветки перестали биться о стекло.
Майя лежала неподвижно. Руки вдоль тела. Глаза открыты.
Она не знала, сколько прошло времени. Час? Два? Может, уже рассвет близок?
Внутри было тихо. Не та тишина, что приходит после медитации.
А другая. Мёртвая. Тяжёлая. Будто в груди вместо сердца лежал камень.
Она отвергла его.
Не Арсена. Не кого-то ещё. Костю. Настоящего. Своего - единственного, кто видел её насквозь — и всё равно остался.
Он нёс ей черепаху. Серебро. Букву «М». Он думал о ней. Готовился.
Хотел сделать шаг.
А она сказала «отвали».
Голос её в воспоминании звучал чужим. Жестоким. Будто это не она говорила, а кто-то другой, злой, испуганный, который жил внутри неё и не давал дышать.
Почему?
Вопрос повис в темноте. Без ответа.
Она не знала. Не понимала. Знает только, что теперь — поздно. Теперь у него Катя. Теперь он улыбается другой. Теперь он несёт свою тишину и свою глубину кому-то ещё.
А она осталась здесь. В темноте. С тенями на потолке.
С памятью, которая не отпускает.
Слёз не было. Глаза сухие. Горло сжато. Дышать трудно.
Просто лежала. Смотрела, как тени ползут.
Как ночь медленно перетекает в предрассветную серость.
Костя.
Имя прозвучало в последний раз. Тихо. Как прощание.
И она закрыла глаза. Не уснула. Просто закрыла. Чтобы не видеть теней.
Чтобы не видеть потолка. Чтобы не видеть себя — ту, которая сказала «отвали».
Ночь продолжалась. Без конца. Без сна. Без облегчения.
Просто память. Просто боль. Просто он.
Глава 5. Почему?
Декабрь 1995 год. Утро. Комната Майи.
Солнце взошло яркое, морозное.
Лучи били в окно, скользили по полу, поднимались по стене и ложились на потолок — туда, где ещё несколько часов назад ползали тени.
В комнате было холодно.
Батарея едва дышала, стекло заледенело, и воздух звенел от тишины и стужи.
Майя открыла глаза. Спать не хотелось.
Тяжёлая ночь осталась позади, словно кошмар, который забывают сразу после пробуждения. Но внутри — не было кошмара.
Она встала. Босыми ногами коснулась холодного линолеума. Поморщилась.
Холод отрезвлял. Прояснял голову.
Подошла к зеркалу. Лицо бледное. Под глазами — тени.
Но взгляд — другой. Не вчерашний, потерянный. А твёрдый.
Так жить нельзя, — подумала она.
Лежать в темноте. Бояться телефона. Прятаться от мира.
Нужно двигаться. Искать ответы.
В голове возник первый вопрос. «Почему я поступаю не так, как хочу?»
Хотела быть с Костей. Любила его. Но оттолкнула. Почему?
Ответ пришёл сразу. Без раздумий.
«Я его боюсь»
Университет. Лекционный зал.
Преподаватель писал на доске формулы. Высшая математика. Интегралы. Пределы.
Голос его был монотонным. Убаюкивающим.
Майя сидела у окна. Смотрела на снег. Слушала вопрос внутри себя.
«Почему я его боюсь?»
Костя не кричал. Не угрожал. Не требовал. Он просто был рядом. Тихий. Глубокий.
«Потому что я его не понимаю»
Он был как закрытая книга. Как тихая вода, под которой — омут.
Она чувствовала его силу, но не знала, куда она направлена. На неё? От неё?
«Почему я его не понимаю?»