Марина Эльденберт – Стой, курица!, или глэмпинг «в гостях у сказки» (страница 19)
Я переводила взгляд с череды плакатов, пришпиленных к доске магнитами, на Елисея, и обратно. На первом была нарисована сова и подписано: «Глэмпинг «В гостях у сказки»». Елисей мог нанять дизайнеров, которые сделали бы ему улетную презентацию, но он рисовал и писал это все сам, и сердца в очередной раз коснулось невероятное, мягкое и согревающее тепло. Когда только успел? У него ведь рабочая неделя была.
У меня тоже, но я тут на свежем воздухе за курицами бегала и помогала бабушке по хозяйству, а он в душном офисе работал и на совещаниях сидел. Но все равно сделал все лично.
Я перекинула плакат и увидела нарисованный от руки домик на курьих ножках, под которым была подпись «Типовой сказочный дом». На следующих были нарисованы комнаты домика, а дальше шло их расположение, вдоль леса.
— Чтобы не тревожить природу, сделаем деревянные дорожки-настилы, — рассказал Елисей. — Их можно будет сворачивать на зиму, зимой веселее по снегу топать. Кстати, наша сегодняшняя прогулка меня вдохновила: можем сделать внутри домиков специальные уголки для домовых. Те, кто в них верит, сможет положить в подарок шоколадку или налить в блюдце молока. А те, кто не верит… они многое теряют.
— Глэмпинг?! — переспросила я. — Елисей, ты серьезно?
— Совершенно. Я тут подумал, как отвадить Кощеева от ваших мест без лишних потерь. Допустим, я выкуплю землю у леса, деревенских мне тревожить не придется, для глэмпинга хватит. А ему уже не хватит, потому что он хочет все под коттеджный поселок захапать. Кроме того, если вдруг в нем снова проснутся захватнические замашки, ему придется иметь дело уже со мной, как с собственником земли. Ну и с тобой, потому что я предлагаю сделать этот проект на двоих.
Я молча хлопала глазами. Да, мне приходила в голову такая идея: это ведь не ровнять с землей лес и дома наших, это просто такой маленький островок уюта и тишины в окружении невероятной природы. Я только думала об этом, а Елисей вон уже все нарисовал и даже бизнес-план предложил. Вот как это вообще называется? Совпадение?
Или же… волшебство? То самое, которое снова повсюду.
Я покачала головой, не веря в то, что вижу. Помимо рисунков, Елисей притащил еще и настоящий бизнес-план, в папке, которая лежала тут же, на подставке доски.
— А почему «В гостях у сказки»?! — выдохнула я.
— Это единственный вопрос, который у тебя возник? Василиса, Елисей…
Я снова покачала головой.
— Невероятно!
— Обсудим? — предложил он мне, отодвигая стул за полностью накрытым столом.
Я села, потрясенная настолько, что есть мне не хотелось от слова совсем. Хотя на столе, кажется, раскинулась скатерть-самобранка: столько здесь всего было. И тарталетки, и бутерброды, и самые разные закуски, и горячее под ресторанными крышками. Фрукты и сладкое, множество красивенных мини-тортиков и пирожных.
— Думаешь, в меня это все полезет? — спросила я.
— Нет, но мы угостим деревенских. Думаю, они будут рады зажевать бутерброд-другой за твое здоровье. Кстати, о здоровье: будешь сок или компот? На меня смотрели как на сумасшедшего, когда я отказался от алкоголя, поэтому пришлось подсуетиться.
— Давай сок, — прыснула я. — И я, кстати, не пью.
— Я так и подумал. — Елисей налил мне свежевыжатый ананасовый сок, подвинул горячее и снял крышку.
Мы приступили к ужину, и я не могла не спросить:
— Если мы решим все это делать… серьезно, то нам же понадобятся инвесторы?
— Инвестором буду я. Так проще, потом если какие-то вопросы по Кощееву возникнут, решать их буду тоже я.
— Ты все это делаешь, чтобы защитить нас?
— И для этого тоже. Но еще, побывав в Лузянках, я понял, что это место идеальное для того, чтобы переключиться. Перестать скакать между рабочими файлами, как ослик за морковкой, выдохнуть, перезагрузиться и обрести себя.
Да уж, тут не поспоришь.
— Короче, я решил, что грех скрывать такие места от мира. Поэтому предлагаю сделать здесь островок для души. Небольшой, всего десять домиков. Земле не повредим, людям поможем. Во всех смыслах. Что скажешь, Василиса?
Я повернулась к доске, где на последнем плакате был изображен лысый мужик на метле, улетающий над соснами вдаль.
— А это что?
— Это Кощеев, — почти возмутился Елисей. — Улетает из нашего здорового пространства в свое токсичное будущее.
— Кощей не летает на метле.
— Я это рисовал в час ночи, поэтому решил, что метлу он мог спереть у Бабы Яги. И вообще, не придирайся, лучше скажи, что ты по этому поводу думаешь, Василиса Прекрасная.
— Этот скорее ступу бы спер, — фыркнула я. — Он привык к комфорту. Идея отличная, Королевич Елисей.
— Правда? Тебе нравится?
— Очень.
— Значит, берем в реализацию?
— Берем! И, Елисей, — я коснулась его руки, — это мой самый чудесный день рождения. Спасибо тебе большое!
Он улыбнулся и накрыл мою ладонь своей. От этого уверенного и сильного прикосновения по коже побежали мурашки — совсем как тогда, на озере. Вовсе не от холода! Но я старалась не обращать на них внимания, потому что только-только расставшись с одним мужчиной, не стоит с головой бросаться в новые отношения. Даже если очень хочется. Даже если мужчина представляется совершеннейшим идеалом… Валера вон мне тоже идеальным казался, и что из этого получилось? А его я, между прочим, знала! Или считала, что знаю.
Еще я знала, что переносить свое разочарование в одном на другого человека — последнее дело, но ничего не могла с собой поделать. Мне просто нужно было убедиться в том, что все так, как я чувствую. В том числе, что я не пытаюсь искать в Елисее утешения, потому что это будет совершенно несправедливо уже по отношению к нему!
После ужина мы вышли посмотреть на мою «лимонницу», как он ее назвал. Машинка стояла чистенькая, ее не только починили, но и помыли, поэтому сейчас она выглядела так, как будто только-только сошла с конвейера.
— Почему «жучок»? — спросил Елисей, когда я погладила капот кончиками пальцев. Это только кажется, что это «просто машина». Ласка и любовь нужны всем, даже механизмам.
— Не знаю. Я как-то ехала на автобусе мимо салона и увидела ее. Она была выставлена на продажу, и я весь день о ней думала. А потом пошла и взяла кредит… и вот, теперь мы вместе.
— Она?
— Машина. — Я улыбнулась. — И нет, имени у нее нет.
— Можем придумать.
— Ты ее уже назвал. Лимонница. Значит, Бабочка.
— Вот это фантазия у тебя, — восхитился Елисей.
— А как бы я иначе смогла стать дизайнером?
— И то верно. Но она же такая хлипкая…
— И юркая. Я как-то торопилась и на светофоре просочилась между машинами, чтобы повернуть. Ты бы на своем броненосце такое точно не сделал.
Он усмехнулся:
— Ну если с этой стороны посмотреть, то да. — Елисей мне подмигнул: — Хочешь прогуляться или посидим на веранде?
— Да можно и просто на крыльце, — я кивнула, и мы вернулись к дому.
На территории особняка Елисея все было очень ухоженным, по траве было видно, что газонокосилка здесь проходится регулярно. Возможно, поэтому стрекот кузнечиков доносился с той стороны забора. Где-то закричала какая-то птица, а Елисей вдруг смачно шлепнул себя по руке.
— Комар, — пояснил он.
— Да, есть у природы такая прелесть, — засмеялась я.
— Прелесть?!
— Ну-у-у… все в природе для чего-то созданы.
— Понятно для чего: кровь пить. Я про комаров, если что.
— Они не все пьют кровь. Есть те, которые вообще травоядные.
— Хорошо бы все они были травоядные.
— Да, было бы неплохо, — я запрокинула голову, глядя на звездное небо. Интересно, получится ли увидеть падающую звезду? В детстве мне всегда везло: если я видела ее на свой день рождения и успевала загадать желание, оно непременно сбывалось. Вот только сейчас я поняла, что к падению звезды пока не готова, потому что совершенно не представляю, что загадывать.
В прошлом году я задувала свечу и загадала свадьбу с Валерой. Видимо, свечи работают хуже звезд, или дело вообще не в них.
— Как тебе в голову пришла идея про глэмпинг? — спросила я Елисея.
— Не поверишь, письмо на почту упало. «Посетите наши незабываемые места и ваша совесть будет чиста».