Марина Ефиминюк – Моя милая ужасная невеста (страница 51)

— Ты можешь по своему желанию ослабить заклятье, — между тем получше декана объяснял Зак, и мне действительно удалось приподнять ладонь, но за запястьем протянулась тонкая черная нить к руке Торстена. — Они растягиваются бесконечно. Потом нить стягивают, и человек начинает испытывать непреодолимое желание к тебе вернуться.

Связующие чары по-простому называли «проклятьем неразлучников», и накидывать поводки на всех подряд без разбору было не особенно законно. Вторая сторона должна быть в курсе, что на нее наложено связующее заклятье. В учебнике законоведческим тонкостям посвятили целый параграф, но я до него еще не добралась.

— Пробуй теперь ты, — предложил Зак.

Погасить заклятье по-человечески он не успел — я не сдержала светлую магию, и поводок лопнул. От отдачи мы звонко хлопнули в ладоши.

— Извини, — пробормотала я.

Пришлось выудить из сумки и нацепить медальон из драконовой кости.

— Все, я готова, — объявила я, плюхнувшись обратно на диван. — Не сопротивляйся!

— Даже не шевелюсь, госпожа темная чародейка, — с самой серьезной миной согласился Закари.

Колдовство заняло некоторое время. Приходилось брать паузы, чтобы въедливо уточнить ту или иную вещь. Торстен терпеливо отвечал на все дурацкие вопросы. В конечном итоге на его предплечье появилась нить, которую он не мог видеть. Демонстрировать поводок я не планировала, ведь ленточка тянулась через комнату к разобранной кровати в спальне. Пока не упадет на нее спиной в позе морской звезды, не сможет отойти.

Нитку следовало проложить между мебелью, но с маршрутом у меня сразу не заладилось. Поводок протянулся прямейшим путем: через спинку дивана, кофейный столик и на кровать — этакая линия препятствий в духе боевой подготовки в домашних условиях ведьмаков, сидящих на карантине. Так даже лучше! Закари явно следует сбросить излишек энергии.

Едва не потирая ладошки от предвкушения, я объявила:

— Стягиваю поводок.

— Действуй, — щедро согласился Закари.

Я тихонечко щелкнула пальцами. Торстен начал перемещаться по дивану вкрадчивым и гибким движением, но почему-то в мою сторону.

— Ты куда ползешь? — следя за этим безобразием, тихо спросила я.

— А куда надо? — спросил он.

— То есть поводок совсем не сработал?

— Вообще не чувствую, — перестав придуряться, признался он.

— Недоумок, — буркнула я в сердцах и, вызвав в подопытном приступ смеха, швырнула ему в лицо клок темной магии.

Закари перехватил его еще на подступах. В воздухе заклубились два дымных язычка: мой графитового цвета, благодаря драконьему медальону, и его чернильно-черный. Внезапно из дыма вылепились две фигуры: мужская и женская. Пара закружилась в смутно знакомом танце.

От неожиданности я выпрямилась на диване и даже опустила на пол расслабленно согнутую в колене ногу.

— Что ты видел в театре теней? — резковато спросила у Закари.

— А ты? — Он бросил на меня взгляд из-под ресниц.

— Секрет! — Я помолчала, следя за магическими танцорами, и сдержанно уточнила: — Но мы хоть были одетыми?

— А это имеет значение?

— Да.

— Не всегда. — Он с трудом сдерживал улыбку. — Однажды ты появилась и была абсолютно шикарна в своей роли. Моей… подруге, правда, не понравилось, но я решил, что это только ее проблема, и больше не приглашал к теням.

— Ту подругу? — вкрадчиво уточнила я, перебарывая неприятное чувство внутри.

— Никого.

— И как часто ты сам приходил на представления с нашим участием?

Танцующая пара развеялась, как от порыва ветра, хотя в воздух в комнате даже не дрогнул.

— Так много вопросов, — протянул Закари, явно не планируя посвящать меня в тему его близких отношений с театром теней.

— И так мало ответов. — Я скрестила руки на груди и многозначительно подняла брови.

Торстен решил применить тактику достопочтенной Беаты Варлок и удалиться. Видимо, тоже к раковине с грязной посудой. Но побег не удался: он выпрямился и застыл, не отступив от дивана даже на шаг.

— Марта, почему меня тянет в спальню?

— Понятия не имею. Твои тараканы передо мной не отчитываются. Сходи в спальню и проверь, что именно им нужно, — отозвалась я, открыла учебник по темным искусствам и, упершись в тему параграфа, как в срамную надпись на заборе, мигом поняла. — Кхм…

— Ты не погасила заклятье.

— Ты сказал, что оно не сработало! — мигом ощетинилась я.

— Покажи, — скомандовал Торстен, призывая продемонстрировать хитрое плетение.

Пришлось отложить учебник, подняться с дивана и все-таки продемонстрировать нахальный поводок, призывающий хозяина дома немедленно поваляться на смятых простынях. Пространство дрогнуло, и в воздухе засветилась алая нить. Она обхватывала кольцом предплечье Закари, проходила сквозь спинку дивана и, пронзив черный дверной проем, пряталась в темной спальне.

— И к чему я привязан?

— К кровати. Обещала же приковать… Вот!

— Смотрю, ты подошла к делу с фантазией.

— Ну ты тоже на фантазию не жалуешься, — проворчала я. — Погаси сам? Я пока не умею использовать темную магию, а от светлой будет отдача, и вечер вообще перестанет быть томным.

— Да он и так уже… мягко говоря, — отозвался Зак с пресной миной, ловко схватился за нить и разорвал ее. Показалось, будто в тишине раздался характерный звук лопнувшей веревки.

Секундой позже силой непреодолимого притяжения меня дернуло вперед, и я буквально влетела в грудь Торстена. Мы задорно повалились на диванные подушки. От Закари пахло свежей стиранной рубашкой, сельдереем и особым мужским ароматом. От этого запаха у меня почему-то свело под ложечкой.

— Какого демона? — Я возмущенно завозилась и предприняла отчаянную, но безуспешную попытку от Торстена отскрестись.

— Ноябрь, замри! — рявкнул тот, когда ему очередной раз прилетело локтем по шикарному прессу, который мне удалось неплохо рассмотреть за время болезни.

Внезапно возвращение к идиотским прозвищам настолько обескуражило, что я действительно замерла. Закари по-хозяйски подхватил меня под ягодицы и ловко умостил себя на диван, а меня — на колени. Я сидела на нем сверху и старательно выгибала поясницу, пытаясь сохранить видимость пристойной дистанции.

— Зажигай! — скомандовал Торстен с серьезным видом.

— В каком смысле?

Можно поджечь занавески или «зажечь» и станцевать у него на коленях. Он что имеет в виду: уничтожение имущества или пошлость в духе театра теней?

—  Я про поводок, а ты о чем? — В темных глазах заплясал смех.

— Проклятье, можешь точнее выражаться? — буркнула я и ткнула ему в плечо кулаком, а только потом заставила поводок вспыхнуть.

Оказалось, что плотная алая нить тянулась от предплечья Торстена к моей голени. В общем, у него наручник, у меня кандалы, и мы крепко друг к другу привязаны.

— Просто скажи, что я должен был сделать, добравшись до кровати, — проговорил Закари.

— Упасть в позе морской звезды, — вздохнула я, осознавая, как по-идиотски прозвучало пожелание к темной магии.

— Ладно, — с ухмылочкой ответил он и внезапно начал вставать с дивана.

— Ты что задумал? Зак, просто объясни, как поменять длину поводка!

Я вцепилась в него, как мартышка в банановую пальму. Ногами обхватила за пояс, руками за шею — нарочно не отдерешь и точно случайно между спальней и диванной спинкой не уронишь. Как ни странно, подъем на ноги дался ему просто, словно я весила, как пушинка, а не девица с нормальным аппетитом, ни разу не упустившая возможность воздать почести ночному богу дожору.

— Пройдем через этот позор вместе. Держись! — скомандовал Торстен и немедленно подчинился собственному приказу: тоже начал держать меня покрепче. По большей части это выражалось тем, что нахальные ладони снова по-хозяйски легли на мой зад.

До спальни мы добрались без случайных жертв в виде выроненных девушек. Оцарапанный о косяк локоть Торстена и одна моя коленка, отбитая о тот же косяк, вообще не в счет. За то, что случайно не вписался в дверной проем, Зак позволил себя обшипеть ругательством.

— Кто сверху? — спросил он с такой непередаваемой интонацией, словно мы действительно собирались расширить привилегии, наплевав на ветряную оспу и коллективный здравый смысл.

— А можно вообще не падать? — проворчала я.

— Я сверху?