Марина Ефиминюк – Моя милая ужасная невеста (страница 26)

— Понятно, но это никак не отменяет личных границ, Торстен. — Я дунула на его горящие пальцы, как на свечу. Пламя дрогнуло и постепенно, дразнясь, затухло. — Давай договоримся: никаких близких контактов на людях.

— Что, по-твоему, близость, суровый февраль? Это близкий контакт?

Внезапно он сжал мою руку, словно доказывая, что для него выражение «личные границы» совершенно бессмысленная тарабарщина, просто пустой набор звуков, но замерзшие в осеннем холоде пальцы оказались окутаны горячим теплом.

Я высвободилась.

— Весьма.

— А взять за локоть? — Закари действительно мягко сжал мой локоть, и тепло от его ладони проникло даже через плотный кожаный рукав. — Близкий контакт?

— Торстен, не нарывайся на светлую благодать, — от души посоветовала я. — Иначе позавидуешь умертвию.

— За плечи, конечно, обнимать нельзя, если я не хочу завидовать умертвиям, — резюмировал он. — Насколько близко я могу подойди? Так?

Закари сделал шаг, фактически прижавшись ко мне грудью.

— Слишком близко, — резковато ответила я, вдруг осознав, что ощущаю запах его ледяного, как морозный зимний воздух, одеколона.

Не сопротивляясь, Торстен немедленно отступил, оставив мне тающий тонкий аромат.

— Личные границы соблюдены? — уточнил с иронией в голосе он.

— Да, — согласилась я. — Без прикосновений! И не смей меня целовать. Больше — никогда!

— Только если попросишь, — улыбнулся он сквозь темноту.

— Торстен… — предупреждающе процедила я.

Надеюсь, он услышал намек, что не стоит сейчас пробуждать в себе отменного недоумка, иначе поход за еловыми ветвями закончится тем, что кто-то окажется похоронен рядом с четвертым ректором, а поверху этими сами ветвями прикрыт. И это буду не я.

— Обещаю, что соглашусь только с третьего раза, — хмыкнул Закари. — Что-то еще, мрачный февраль?

— У меня все, — призналась я и спросила исключительно из чувства справедливости, а не из большого желания: — Ты хочешь что-нибудь добавить?

— Ага, — согласился он. — Улыбайся, когда мы встречаемся на людях.

— Тогда все решат, что мы друзья.

— Разве не в этом смысл? — хмыкнул Закари.

Внезапно из темноты донесся испуганный голос:

— Дорогие товарищи, вы там? Я слышу, как кто-то разговаривает! Мне очень неловко к вам обращаться, но, пожалуйста, спасите меня…

Мы примолкли и переглянулись сквозь темноту. Тихий ветер тревожно шептался в опавшей сухой листве.

— Ты слышал? — спросила я. — Откуда сейчас сказали?

— Из могилы! — жалобно провыли в ответ. — Пожалуйста, добрые люди, вытащите меня!

Похоже, некроманты сегодня не просто выкапывали давным-давно почившего дедушку, а устроили праздник землероя и вспахали полпогоста. Может, у них вообще случились соревнования по копанию ям на скорость. Остальные факультеты они не предупреждают о своих кладбищенских развлечениях.

— Посветить? — спросил Закари.

— Давай, — мысленно махнув рукой на прикрытие темнотой, отозвалась я.

Размениваться на свечку из указательного пальца и превращать себя в живой канделябр он не стал. Посветил от всей души: над лысеющими кронами деревьев повисла миниатюрная луна. Мир окрасился неживым светом и наполнился резкими тенями, как на иллюстрации в страшной сказке. Рядышком обнаружилась свеженькая могилка четвертого ректора, а чуть подальше старая ель с растопыренными, печально облезшими ветвями.

— Спасибо вам, добрые люди, что не оставили меня в страшную минуту! — патетично поблагодарила жертва.

— По-моему, он излишне позитивен, — заметила я.

— Особенно для парня из могилы, — добавил Закари.

Яма пряталась за той самой елью, до которой мы не успели добраться. Я двинулась к краю.

— Аккуратно. — Закари сжал мой локоть, чтобы поддержать, но тут же выпустил и с бесящим ехидством прокомментировал: — Забыл о личных границах, милая. Не трогаю.

— Сейчас можно! — огрызнулась я.

— Сейчас поздно, — хмыкнул он. — Мы уже договорились.

Между тем, задрав голову и прикрываясь от сыплющих сверху комьев земли, на нас с надеждой и испугом взирал вымазанный до макушки Майкл Стоун.

— Другими словами, староста тебя не нашел, — вздохнула я, рассматривая жертву кармы. Сколько темных щедрот отвесил, столько светлой благодати в ответ получил. Закон магической гармонии по Марте Варлок.

— Варлок? — воскликнул он.

— Вы знакомы? — полюбопытствовал Закари и, опершись о колено, с интересом посмотрел на того, кто топтался на дне глубокой ямы. Некроманты определенно вошли во вкус, когда ее рыли. — Не свезло тебе, парень.

— И Торстен?! — охнул Майкл, не веря глазам, и наивно спросил: — Вы вдвоем в поисковой команде? Там что, вся академия на ушах стоит из-за моего исчезновения?

— Ты точно не хочешь знать правду, — не стала я разочаровывать человека, что академия, мягко говоря, забыла о пропавшем студенте, и нашелся он чистым случаем из-за большого желания моей соседки скрутить еловый бублик. — Как ты очутился в могиле?

— Некроманты посадили. — Он шмыгнул носом. — Сказали, что надо проверить глубину, а вытащить обратно забыли.

— Парень, ты всегда делаешь то, что тебе скажут некроманты? — хмыкнул Закари.

— Они что, спрашивают разрешения? Подлецы! Уронили и ушли, — пожаловался он и доверчиво протянул грязную руку. — Достаньте меня, пожалуйста.

— Сейчас позовем дежурный отряд, — пообещал Закари, отходя.

— Посиди еще, Стоун. Обещаю, что они скоро придут, — согласилась я.

— Вы чего, правда свалите? — возопил он из могилы, когда мы отодвинулись от края и, должно быть, исчезли из видимости. — Оставите меня одного? Варлок, ты же на половину светлая! Всегда считал, что чародеи — люди благородные.

— Не той половине в тебе он пытается польстить, — хмыкнул Торстен, и я не могла не согласиться.

— Варлок, это ты меня перенесла на кладбище! — провыл Стоун, кажется, забыв, с кем пытается договориться. — Возьми на себя ответственность!

— Эй, Стоун! — От возмущения я даже вернулась и посмотрела на него сверху вниз. — Ты с утра протащил меня по всем кругам Деймрана. Заметь, я не предъявила претензий.

— Нет, ты просто отправила его в могилку, — вставил Торстен, но тут же добавил: — И поверь, парень, тебе повезло отделаться малой кровью. Я знаю, о чем говорю.

— Ребят, пожалуйста! — видимо, совсем потеряв надежду оказаться на поверхности, заныл тот. — Дежурные, может, до ночи не появятся, а я уже ног не чувствую. Век буду благодарен!

— Не рыдай, Стоун, — сдалась я. — Сейчас Торстен тебя вытащит.

— В каком смысле? — несколько обалдел предположительный спасатель.

— Ты предлагаешь мне его вытягивать? — сухо уточнила я.

— Хорошо, но ты разблокируешь меня в почтовике, — внезапно принялся торговаться Закари.

— Ты спасаешь его, — я указала подбородком в сторону могилы, — а расплачиваться мне? Ощущается в этом некоторая нелогичность.

— Как хочешь, — развел он руками.

— Вы серьезно не можете решить, кто меня спасет? — взвыл Майкл.

— Да что тебя зациклило на этом почтовике, Торстен? — цыкнула я. — Демон с тобой. Разблокирую. Помоги ему.

Ухмыльнувшись, Закари склонился над могилой.

— Хватайся, парень.

Майкл отчаянно вцепился в протянутую руку и попытался выбраться на свободу, энергично елозя ногами по земляной стене. Внезапно под ботинком Торстена осыпалась глинистая почва. Выругавшись емким бранным словом, он дернулся вперед и начал заваливаться в могилу…