Марина Ефиминюк – Квест Академия. Обреченные стать победителями (СИ) (страница 38)
Мысленно я представляла, как он самодовольно ухмылялся, выводя это свое короткое «нет».
– Даже не спросил зачем, – удивилась Тильда, с любопытством заглядывающая мне через плечо. – Страшно представить, что он мог подумать.
– Полагаешь, он ждет Ведьму в учебной мантии на голое тело? – подхватил Ботаник.
– Скорее в полной амуниции и с метлой наизготовку, – фыркнула Матильда.
– Мужик, – с уважением покачал головой Бади.
– Друзья! Выставила бы вас пинками, но мы уже уходим, – только и смогла прокомментировать подколки.
Через некоторое время, прижимая к груди стопку книг, я стучалась в комнату Форстада. Он открыл немедленно, словно поджидал под дверью. Одет был в одни домашние штаны в замечательную синюю полоску, торс наголо – любуйтесь сколько влезет. С ухмылкой он сложил руки на груди, точно специально демонстрируя крепкие мускулы, и привалился плечом к косяку. Я решила, что испытываю неловкость перед друзьями, и отказалась думать, как мне нравятся его ключицы.
– Пришла Эден с учебниками, – промурлыкал он.
– На самом деле еще с нами. – Флемм шустро вынырнул из-за двери и, пока хозяин жилища не оценил размер стихийного бедствия, с мощью неуправляемой вагонетки прорвался в комнату.
– И с бутылкой облепиховой настойки! – Тильда помахала перед лицом обескураженного Илая бутылью с ядовито-желтым напитком и заскочила следом за приятелем. – Мажор, ты без рубашки, потому что отдал все вещи в стирку? Или гардероб разворовали?
– И с Бади, – кисло добавил Форстад, здороваясь со здоровяком за руку, но мне перекрыл дорогу и с неподдельной тревогой в голосе спросил:
– Вы ведь не хотите заняться групповым чтением?
– Чтением – нет, но, может, позже хором споем, – жизнерадостно пообещала я. – Ты же не выставишь свою команду в коридор? За тобой должок.
– И?
– Напомнить о чем долг?
– О том, по какому поводу вы завалились полным составом.
Видимо, он хотел знать наверняка, что после нашего нашествия – в смысле, пришествия – не придется платить штраф за разломанную мебель, испорченные стены и вообще делать за свой счет ремонт. Честное слово, я бы не рискнула дать гарантию, что преступление века обойдется без жертв.
– Сегодня мы взламываем методичку Хилдиса.
– Всей бандой?
– Вообще, мы с Флеммом, остальные просто поддерживают.
Он покосился на гостей, с любопытством изучавших обстановку: кровать шире наших, добротный стол, нормальный шкаф, ночник, стоящий на высокой тонкой ноге, портьеры на окнах, самое настоящее кресло с высокой спинкой, обитое полосатым, как штаны хозяина, гобеленом и, что особенно возмущало, пуфик для ног. В мой чулан, знаете ли, стул не поместился, а тут пуфик! Мажор же в конце концов не старик, страдающий подагрой.
– Знаешь, как себя чувствует человек, который решил подвезти девушку, а в карету вместе с ней запрыгнули еще десять бородатых мужиков? – тихонечко высказался он.
– Мужики – грабители? – Я честно старалась сотрудничать, чтобы нас не вытолкали за дверь. Впрочем, Бади ни за какие коврижки не выгонишь, разве что любезно попросишь покинуть помещение, но не факт, что он захочет встать с кресла.
– Что еще за грабители? – сморщился Илай.
– Ну, понимаешь, человек в одной карете с десятью бородатыми грабителями и человек с десятью бородатыми храмовниками точно чувствует себя по-разному.
– Эден… – Он глубоко вздохнул, видимо, стараясь задушить потоком воздуха ругательства. – Просто надену рубашку.
– Это будет к месту, – согласилась я.
– И зажгу ручку на двери, – буркнул он.
– Тогда все решат, что у нас групповые чтения или групповые пляски…
– Я понял, – перебил он. – Ты считаешь, все захотят заглянуть на огонек.
– Вообще, надеюсь, что обойдется без огонька, – призналась я и проскочила наконец в комнату. Дверь была надежно заперта на ключ, из шкафа выужена рубашка и голые телеса Форстада прикрыты.
Битый час мы спорили из-за допущенной в переводе ошибки. Флемм доказывал, что в старомагическом языке исторический клуб разбирается получше других, а мы с Илаем тыкали пальцами в словарь и пытались доказать, что лучше словаря они точно сложный язык не знают. Тильда с Бади с азартом следили за грызней и хрустели солеными орешками, найденными в закромах у богатенького избалованного вкусняшками хозяина.
В конце концов согласившись, что прочесть заклятье и так, и этак нам никто не запрещает, мы разложили методичку на столе. Я прикоснулась руками к раскрытыми страницам, сосредоточилась и начала мысленно произносить слова, ощущая, как силой магии ладони прилипают к бумаге.
– Испарись! – громко, вслух, как того требовали правила, произнесла я последнее слово. Притяжение исчезло.
– Ну, давай, Эден, – тихо проговорил Илай, не сводивший напряженного взгляда с методички.
Я послушно приподняла один палец и от страницы, заставляя всех вздрогнуть, со злобным шипением просочилась тонкая струйка черного дыма. В прошлый раз колдовство не сопровождалось никакими звуковыми эффектами…
– А я говорил, что там не «испарись», а «исчезни»! – победоносно изрек Ботаник. – Нашлись великие гении высшей магии!
Неведомой силой мои руки отталкивались от методички. Дым стремился вытечь наружу и заполонить комнату.
– Эй, парни! – позвала я, но они не слышали и продолжали переругиваться.
– Друзья! – рявкнул Бади поставленным командным голосом.
– Что?! – рыкнули спорщики в два голоса, обернувшись к здоровяку, и тот кивнул на меня, мол, дама просит слова.
– Окно откройте, – тихо попросила я, – иначе случится страшное.
Окно открыть не успели, а страшное все равно случилось. Неведомая сила отпихнула меня от страха. Бессмысленно всплеснув руками, я чуть было не навернулась, но Илай подхватил меня под локоть и не позволил встретиться с жестким полом. А в потолок, с силой пара, рвущегося из носика кипящего чайника, вылетел столб черного дыма, стремительно заполнявшего комнату.
В наших стройных рядах случилась короткая паника. Все одновременно бросились к единственному окну. Тильда наступила на задернутую портьеру, та сорвалась с петель, повисла неровным полотнищем. Бади с корнем выдрал шпингалет и с такой силой толкнул оконные створки, что задрожали стекла.
– Несу! – выкрикнула я, вытягивая перед собой книженцию, и высунулась из окна. В звездное небо, как из демонического портала, потекли черные густые клубы. К счастью, окна выходили не на внутренний двор, а на живописные окрестности и появление смотрителя общежития нам не грозило. Если, конечно, он не имел привычки в потемках прогуливаться по полю за замковой стеной.
Дым излился. В сизой от завесы комнате повисло странное молчание.
– Мажор, извини, что содрала занавеску, – шмыгнула носом Тильда.
– Ничего… – Он задрал голову, проверяя покосившийся карниз. – Эден повесит.
– Почему я?
– Ты идейный вдохновитель, – указал он пальцем. – Бери ответственность!
Спорить было глупо, я пробормотала под нос, за какой именно гранью видела чужие портьеры, но громко высказать недовольство посчитала за хамство.
– Второй заход? – предложил Ботаник, потирая в предвкушении руки.
От раскрытого окна решили далеко не отходить, разложились на подоконнике. С самым серьезным видом Флемм возложил ладони на методичку, прикрыл дрожащие веки и замер. Кудри стояли дыбом то ли от волнения, то ли от вящего страха. Тихим голосом, на одной заунывной ноте он начал читать заклятье.
– Исчезни! – резко произнес он и убрал ладони.
И ничего не случилось!
– Вот видите, – самодовольно ухмыльнулся Ботаник. – А я что говорил! Историки прекрасно разбираются в старомагическом.
Я бросила взгляд на методичку. Сероватую страницу с нечитабельными символами ласкал маленький язычок синего пламени.
– Горит, – произнесла я, не веря собственный глазам.
В следующую секунду бумага вспыхнула и на подоконнике образовался настоящий костер!
– Горим! – взвизгнул Ботаник.
– Выбрасывай в окно! – гаркнул Илай.
– А если к кому-нибудь залетит? – не позволила я.