Марина Даркевич – Осенняя молния (страница 53)

И Ольга вынула из сумки распечатанную копию постановления о заключении под стражу Кнехта Сергея Вениаминовича.

(О господи… Так неужели все это правда, что ребятишки говорили?)

— Но за что его?..

Ольга настойчиво забрала из рук Ирины бумагу и спрятала ее в сумку.

— Он оказался очень удобным кандидатом на роль серийного убийцы. Страдает амнезией — раз. Путается в показаниях — два. Может быть легко объявлен психопатом и даже недееспособным — три. Сейчас он находится в коме, из которой его не очень хотят выводить — четыре. И у него нет близких людей, кто бы мог вступиться — пять. Кроме нас с вами, конечно.

— Но а вы кем же ему приходитесь? — опустив углы губ, решила уточнить Ирина.

(Спишь ты с ним, что уж тут спрашивать…)

— Думаю, вы сами понимаете, — произнесла Точилова. — Знаете, я начала подозревать, что он, когда поехал к вам, напрочь забыл обо мне. Теперь я в этом уверена.

(Бедный Сережа, как же ему приходится жить с этим, когда понимаешь, что выпал на несколько дней из жизни, и не помнишь, что делал и с кем был…)

— Я не знаю, зачем он ко мне то и дело приезжает, — сказала Ирина. — Он даже не помнит, что я вышла замуж. Или вспоминает, когда я ему об этом начинаю рассказывать. А однажды приехал с бригадой, они тут какой-то объект после урагана восстанавливали, пришел на территорию старого рынка, где уже лет шесть ничего нет, и никак не мог понять, что происходит.

(О боже, когда он первый раз на Алусар приехал с букетом цветов, я просто обалдела… Мы с ним часов пять трахались как сумасшедшие… А ведь я уже год замужем была…)

— Сын в первый класс в этом году пошел? — спросила Ольга.

Ирина молча покачала головой, лицо у нее задрожало.

— Не надо плакать, — быстро сказала Точилова и сделала полшага вперед.

— Постараюсь…

(Он заявил, что должен уйти от меня… не хочет, чтобы я с ним мучилась, когда его окончательно потеряет память или получит инсульт…)

— А мне он сказал самой уходить от него. Не хочет, чтобы я свяывала жизнь с инвалидом…

Ирина все-таки не смогла удержаться от слез. Поскольку другой жилетки поблизости не было, она подошла к Ольге, обняла ее, словно близкую подругу и спрятала лицо у нее на плече. Точилова тоже обняла женщину, ласково провела по спине ладонью, чувствуя, что и у самой начинает подкатывать к горлу.

— Ира, давайте поможем ему. Мы не знаем, что с ним будет дальше, но он не должен ни в коем случае быть обвиненным в том, чего никогда не совершал.

— Конечно, — всхлипнула Ирина. — Сережа, он же добрый… Он сильный, он даже грубый… Как настоящий мужчина… Но он не злой. И, конечно же, это чушь, что про него там кто-то подумал…

Ирина отпрянула, достала пачку салфеток, вытерла лицо.

— Что мы можем сделать?

— Мы должны кое-что сделать, — сказала Ольга.

— Они уже все организовали! — произнес Женя, когда Ольга объяснила ему вкратце сложившуюся ситуацию. — Макс заказал микроавтобус на всех. Отправка домой в два часа ночи.

— Но почему? — удивилась Ольга. — Можно же выехать еще до полуночи. А так мы опоздаем, причем все.

— Ольга Викторовна, у вас в понедельник только с четвертого урока занятия…

— Ты у всех учителей знаешь собственное расписание?

— Не могу ответить утвердительно.

— Перестань паясничать… А вы тоже только к четвертому уроку тогда приползете?

— Ко второму точно успеем. Прямо с автобуса — и в школу.

— Без вещей, да? А первым уроком у вас в понедельник математика… Так, мне все ясно. Хотите от меня индульгенцию получить? Мы так не договаривались.

— Ольга Викторовна…

— Не зли меня.

— Мы аванс за заказ уже перевели…

— Я сейчас узнаю у Максима, можно ли перенести выезд хотя бы на одиннадцать вечера…

— Давайте договоримся на час. Машина — не поезд, вы же долетели за шесть часов. Тут при самом худшем раскладе — семь. Дорога хорошая, сами видели. В восемь утра будем дома, даже на математику успеем, если вы так хотите.

— Да, я так хочу.

— Значит, мы решили?

— Хорошо. Не могу сказать, что я в восторге, но если вы успеваете на уроки, то решили.

— Ольга Викторовна, вы — самая замечательная учительница в мире…

— Хватит, Женя, хватит. Хорошего понемножку.

— Ладно. Вы сейчас снова к Ирине?

— Конечно. Потом разберемся, каким образом ее с собой забирать… И я должна еще подумать, где и как убить вечер в чужом городе… Который вы мне таким длинным устроили.

— О'кей. Я тогда в хостел. Потом созвонимся, решим, что и как.

Женя умчался. Ольга некоторое время глядела ему вслед.

«Они, конечно, по-своему, славные ребята, — подумала учительница, — но сейчас они просто любуются собой. Воображают о себе — вот какие мы хорошие, как мы все искренне искупили свою вину, да как классно помогли нашей Точиловой, и вообще, кто бы еще кроме нас такое мог сделать? Ладно. Что бы там ни было, все это действительно так».

— Артем, — представился молодой сержант полиции, аккуратно стриженный, голубоглазый, чем-то неуловимо похожий на Толика. Сейчас он был не в форме, а в обычной черной куртке и джинсах — не скажешь, что полицейский.

— Ольга, — отрекомендовалась Точилова, по-мужски протягивая руку. Тот осторожно взял ее, сжимать постеснялся, но чуть задержал в своей ладони, внимательно ощупывая голубыми глазами Ольгино лицо. Диля, кажется, забеспокоилась — не вздумал бы приятель, чего доброго, сравнивать… Слегка подергала парня за левую руку. Ольга все поняла, тут же сделала шаг в сторону.

— Давайте, сходим в клуб, у нас же полно времени, — предложил Женя.

— Почему бы нет? — спросил Артем.

Ольга увидела, что все смотрят на нее и чего-то ждут. Какой-то реплики, скорее всего. Но какой именно? Вариантов ответов было немного. Если Ольга скажет «нет», ребята пойдут в клуб и без нее. А куда отправится Ольга? Сидеть и скучать где-нибудь на вокзале? В кино? А что ребята? Не будет ли их глодать червячок? Если и будет, то очень недолго. Но вдруг потом навсегда потеряется этот странный, почти на ментальном уровне возникший контакт между ней и этими пятью молодыми людьми? А если Ольга скажет «да», не прозвучит ли это таким образом: «вы, конечно, идите, а я посижу одна где-нибудь»? Что в лоб, что по лбу. Да, конечно, ребятишки про клуб подумали еще раньше, поэтому и заказали автобус на час ночи…

— Давайте, сходим, — произнесла Ольга. — Это где-то рядом?

— Рядом, — чуть растерянно сказала Инна. Ей изначально не очень нравилась идея с клубом, выдвинутая Женькой и Максимом еще днем. Но Диля встала на их сторону, заявив, что умрет, если не побывает в клубе, поскольку старший брат не позволяет ей развлекаться подобным образом. Как решить вопрос с Точиловой, было не очень понятно, но и он разрешился. Ладно — посидит, музыку послушает. Может быть, выдержит минут пятнадцать…

Ольга выдержала не пятнадцать минут. И даже не двадцать. Почти час прошел с того момента, как компания из семи человек переступила порог клуба «Аэродром», и ощущения накрыли Ольгу ничуть не меньше, чем ее спутников. А может быть, и больше. Полузабытая клубная атмосфера, пронизанная грохотом музыки, вспышками света, чувственностью и экстазом, вмиг окутала ее, заставив сразу же скинуть, словно оставленный в гардеробе плащ, несколько лет жизни, проведенных на преподавательской работе.

Народу в клуб пришло не слишком много, свободных столиков оказалось прилично. Ребята оккупировали один из них, удобно расположенный между барной стойкой и танцполом, подтащили недостающие стулья. Женя и Максим устремились к бару, воровато оглянувшись на Ольгу, которая неотступно следовала за ними.

— Надеюсь, вы понимаете, что делаете? — спросила она мальчишек.

Те замялись. Ольга первой заказала себе коктейль.

— Мохито, — сказала она бармену. И добавила со значением: — Безалкогольный.

После чего внимательно посмотрела на парней. Получив требуемое, отошла от стойки. По крайней мере, накидаться при ней они не посмеют…

Но сидеть за столом и переглядываться с учениками было глупо. Коктейль Ольге не очень понравился. Отпив примерно треть, она отставила стакан и поднялась.

— Вы как хотите, — сказала она. — А я буду веселиться.

…Ольга танцевала легко и естественно, полностью отпустив свое тело, разрешив ему самостоятельно двигаться в ритме электронных ударных и громком шелесте синтезаторов. Мелькающий свет прожекторов и паутина лазерных лучей окрашивали в причудливые цвета пляшущих на танцполе. В какой-то момент Ольга обратила внимание, что все ученики тоже танцуют в толпе рядом, то и дело поглядывают на нее и ободряюще улыбаются. Заметила, что к ней начала приближаться Лариса, делая странные движения руками за своей головой. Что-то крикнула, но за грохотом музыки Точилова ничего не услышала. Ларисе пришлось подойти вплотную и сделать призывающий к вниманию жест. Ольга повернулась ухом к девушке, слегка встревожившись — неужели с ней что-то не так?

«Волосы распустите!» — крикнула Лариса.

Улыбнувшись, Ольга сдернула резинку с волос, собранных в хвост, и они свободно рассыпались по плечам. Действительно, стало намного лучше.

…Музыка ударила кодой, танцующие недружно зааплодировали диджею, некоторые (в основном девушки) издали протяжный вопль восторга и благодарности. Точилова не удержалась от удовольствия присоединиться к ним.