Марина Дамич – Бывшие. Верни любовь! И кота не забудь (страница 6)

– У тебя ж там подвязок, ментов тонна.

– Ты же знаешь как оно – здесь зевнешь, а на другом районе скажут что ты обосрался. Мне такая слава не нужна, – да Вася и сам понимал это. – Чувак, дело стоящее. Я тебя на свадьбу позову. А то ты не догулял у Воронцовых. Слишком скромно было.

– Да, ни одной телки приличной.

– Симфонический оркестр позову! И акробаток. С факирами!

– Давай данные, найду я твою бывшую, – смеясь, сдается Вася. Да он бы и не отказал мне, просто захотел помучить меня лишний раз.

– Снегирева Анастасия Ивановна.

– Да ты издеваешься? – орет мне в трубку. – Сколько лет-то?

– Двадцать восемь. Но она может быть не Снегиревой.

– Зашибись. Что ты еще знаешь о ней?

– У нее кактус и кот.

– Братан, я сейчас зацеплю хороший вискарь, а ты закажи че-нить пожрать. Я должен это послушать вживую.

Вот чуял, что Красин в беде не бросит.

Глава 7. Шантаж (Миша)

Я просыпаюсь с дичайшей головной болью. А на мне сидит кот. Орет. Пытается покусать за руку, я отмахиваюсь, но он все равно возвращается и продолжает меня будить.

– Да что ж за бесчеловечность такая! – ругаюсь на него, и, так уж и быть, спускаю ноги с кровати и сажусь.

– Мяу! – ругается в ответ кот.

– Ну, перебрал я, с кем не бывает! Но то ж Васян, ты сам его видел. Попробуй что-то возразить ему.

Кот трясёт пренебрежительно хвостом и садится спиной ко мне. Обиделся.

Красин, когда приехал ко мне вчера вечером, взглянул на кактус в ванной и пушистого Кактуса у меня в руках, сразу заявил, что по телефону оценил обстановку верно.

– Найдем мы твою Снегиреву, но судя по оставленной ею компашке, она сама весьма скоро явится.

– Явится, но не факт, что заберет меня вместе с ними, – угрюмо соглашаюсь.

Кот отчаянно шипит на Васю, но тот, невзирая на пушисто-когтисто-зубастое сопротивление, держит его на руках и с умилением тискает:

– А кто тут такой жирненький?

За жирненького Васян получает лапой по лицу, но того это только смешит. Правда, кота он ставит на пол обратно на лапы, потрепав по голове.

– Слушай, Мих, я в ваших амурных делах не силен, ты сам знаешь. И что там у женщин в голове не знаю и знать не хочу, – выдает мне друг, когда мы приговариваем уже нехреновое количество вискаря. Я уже успел рассказать весь трагизм моей ситуации, но Васян, конечно же, ржач свой не сдерживал. – Но я вот из всего знаешь что вычленил?

– А?

– Что бывший муж, уже ведь бывший да?

– Почти, но я этим займусь.

– Хорошо, почти бывший муж. Так вот. Он что-то намутил с имуществом, что Настька вместо того, чтобы выкинуть его с любовницей, ушла сама.

– Может, просто не хотела оставаться с ним в одной квартире?

– Да хрен знает, но если ты говоришь, что вот она жила с мамой и вполне могла вернуться…

– Мама у нее тяжелая, Вась. Вот у тебя мама непростая, да?

– Ну, есть такое.

– А у нее в три раза хуже. Настолько, что я хреновый кандидат ей в мужья был, понимаешь?

– Династия Костровых не чета ее Настеньке? – подозрительно хрюкает Вася. Это явно смешок, но он делает вид, что серьезен, как никогда.

– Наоборот, она не доверяла мне, говорила, что я просто с ней поразвлекаюсь и все на этом. Так, по сути, и случилось. Я даже не представляю, сколько яда Настя проглотила после нашего расставания. И наверняка вот этот питон, за которого она замуж вышла, просто был возможностью сбежать от всего этого.

– Как питона-то зовут?

– Не знаю я, Вась, ничего не знаю! Знаю, что она училась на музыкальном отделении в училище. Адрес ее прежний знаю.

– А что за чемодан лежит в коридоре?

– Ее.

– И ты не залез в него еще? Вдруг там документы? – Вася смотрит на меня как на идиота. Я и сам понимаю, что возможность шикарная. Но вот то, что полезу туда – а вдруг там секреты какие? И увижу ее нижнее белье, а она узнает, и потом как отнесется ко мне?

Я знаю, что это охренеть как глупо и все улики у меня на руках, но не могу переступить через свою сраную этику.

– У меня нет ордера на обыск, – заявляю.

Вася падает со стула от ржача над бедовым мной.

– Братан, – сквозь смех орет на меня Красин. – Набирай “сто два”, будем с тобой дело заводить.

– Даже не понимаю, какой здесь состав преступления.

– Оставление тебя в опасности, – каркает Вася, поднимаясь с пола. – Ладно, ща, дай своим позвоню.

К тому моменту, когда мы допиваем вискарь и съедаем все хинкали, привезенные с любимого Васиного грузинского ресторана, номер телефона Настеньки появляется у меня. И фамилию она не меняла, к моему, непонятно откуда возьмись, счастью.

И вот на следующий день, за самую ценную информацию о моем Снегирьке я расплачиваюсь головной болью и легким тремором желудка.

Слышу, звонит телефон. Настойчиво так. С обиженным котом, которого уже по привычке таскаю в подмышке – я, наконец, нахожу телефон под кроватью. Кому там в голову взбрело беспокоить меня? Тем более, сказал же – не звонить, я в отпуске. И даже отбивку на почту поставил. Статусы все на “оффлайн” поменял. Но это же Москва. Кому какое дело до личных границ?

Смотрю на звонящего – Настенька. Да ну нафиг! Сама нашла мой номер и позвонила? Как?

– Алло, – с хрипотцой отвечаю на звонок. Кот подмяукивает.

– Костров!

– Я, да, – соглашаюсь. Слышу ее голос и радуюсь. Десять лет прошло и мы снова говорим по телефону.

– Только попробуй не вернуть мне кота! Слышишь? Охренел совсем?

– А?!

Такую интонацию не ожидаю от своей радости.

Память настойчиво подкидывает мне события из прошлого вечера. Я не звонил Насте. Я писал. Точно. В мессенджере.

Я сбрасываю вызов, не прощаясь, и смотрю в сообщениях, что же я такого вчера написал. Своей бывшей. Как в плохом анекдоте, честное слово.

«Верну кота, если ты вернешь нашу любовь».

Глава 8. Усыновление кота (Миша)

Вот это я молодец! Ни убавить, ни прибавить. Вышло немного сопливо, но зато честно. И кот с кактусом весьма хорошо у меня прижились.

И тут Настенька моя умудряется меня удивить. Пишет:

«Подам на тебя в суд за кражу кота и шантаж». Ну, разве не прелесть? Угрожает судом мне, адвокату.

«У тебя хоть паспорт на кота есть?», – уточняю. Вижу, как пишет сообщение и стирает. Пишет и стирает. Не пишет. Молчит.