Марина Бойко – Развод. Вернуть надежду (страница 17)

- Расслабься… Давай пойдем, потанцуем.

Сложнее всего это сделать. Я до сих пор не могла прийти в себя.

Теперь пока играла живая музыка и мелодично плакал саксофон я думала, что можно незаметно зайти в приложение, вызвать такси и сбежать отсюда по очень неотложным делам. А потом до меня наконец-то дошло. Когда высокий официант в белой рубашке принес фирменное блюдо от шеф повара и когда наши с Усмановым бокалы наполнились игристым я поняла их разговор. Борис сказал: «А ты мою…». Значит, он женат или я чего-то не понимала. Я снова бросила беглый взгляд на его длинные пальцы. Да там и никогда и не было обручального кольца, а если и было, то очень давно. Потому что нет тоненькой полоски, которая остается еще долго, когда снимаешь обручальное кольцо. Это я знала по собственному опыту.

- Скажи, ты женат?

- Нет, но планирую.

Усманов встал из-за стола и подошел ближе ко мне. Он протянул свою ладонь и предложил:

- Пойдем, потанцуем? Хорошая музыка играет.

Я медленно-медленно повернулась назад. За дальним столиком сидел Марат и он смотрел на нас. Своими огромными глазищами, в которых был весь мой мир. Необъятный, безумный, страстный мир.

- Хорошо. Только потом уедем.

- Как скажешь. Ведь я обещал еще ресторан. А я привык держать свое слово.

Глава 24

Марат

Оглушило. Просто парализовало. Эффектное появление моей бывшей женушки спустя шесть лет. Да еще с кем. С Усмановым, которого я бы придушил и рука не дрогнула. Прикончил, проклял, разорвал на части. А она рядом с ним, держала его за руку.

Усманов стрелял своими злобными глазами. Наверное, тоже уже отметил, как хороша моя бывшая женушка в постели. Да, у нее есть свои фишки, она может увлечи и удивить. И мы похоже оба это знали.

Хотя такого я от нее не ожидал. На самом деле, я думал она драила где-нибудь полы или пахала кассиром в каком-нибудь дешевом супермаркете. После родов растолстела, потускнела без дорогой косметики, но я ошибся. Надя по-прежнему сверкала, как бриллиант в дорогой оправе.

Она смотрела на меня своими робкими глазами, как смотрела раньше много лет назад. Москва. Сокольники. Влажная брусщатка на мостовой. Только что прошел косой дождь, она в своем легком ситцевом платье, еще студенка. Еще наивная, глупая девочка. И увидел я Надю, и всем телом ущутил, невозможность бытия.

Она прошла мимо меня своей элегантной походкой и села за столик. Я удивленно посмотрел на нее. Значит сделала вид, что не знала меня или не хочет знать.

- Кстати, видел твою бывшую с Усмановым, ничего так… Тем более они так неплохо смотрятся, - я услышал за спиной голос Саратова. Но лучше был он этого не говорил.

- А ты кстати чего один? Где твоя половинка? Ах, да говорят ее видели в клубе «Акватория», после чего она пьяной села за руль. Смотри, так доездится твоя ненаглядная. И как она все успевает? – его седые брови поползли вверх.

Я сжал ладони в кулаки.

- Не нужно совать свой нос в мою жизнь. Я сам разберусь!

Саратов сразу притих, но похоже эта тема его слишком волновала.

- А ты кстати дочку Нади видел? Такая же темненькая, кареглазая. Копия твоя мать в юности. Я-то знаю. Мы с твоей мамой в одном университете учились. Жаль, что она выбрала твоего отца.

- Это ты мне из-за любви к ней все это говоришь?

- И из-за этого тоже. Так что ты приглядись, подумай. Хотя ты и сам уже все понимаешь, - он похлопал меня по плечу и поправив галстук-бабочку направился к другим гостям.

Я снова посмотрел в их сторону. Кажется Надя смеялась. Когда-то ее улыбка была мне всех на свете дороже. Только все померкло, даже не понял когда.

Я вспомнил, как я любил приходить домой, она в уютной пижаме встречала меня и целовала в губы. Я вспомнил, как радовался ее звонкам, когда на дисплее телефона высвечивалось имя: «жена» и только тогда я понимал, что это самое главное слово в моей жизни. Теплое, надежное, в котором заложен мой код счастья.

Мы ругались с Альбиной. В последний раз она перебила весь мейсенский фарфор и вазу, которую я с большим трудом урвал на аукционе. Пока сервиз дозванивал осколками по полу, она грозилась, что все в этом доме перебьет и весь мой старый хлам выкинет на помойку. Она не понимала, она требовала свежести в интерьере, используя модный стиль хай-тек. А Надя понимала… Всегда.

Как обычно я возвращался в пустой дом. Сына забрала бабушка, а Аля если появится около полуночи – это будет счастье. Хотя после встречи с Надеждой я не хотел никого видеть. Похоже она счастлива, я же видел, как сияли ее красивые глаза. Как она влюбленно смотрела на Усманова. Ах, это с ним ты такая смелая, что же ты бы делала без него? А без него ты была нежным, домашним цветочком. Моим цветочком… Я провел ладонью по лицу. А что если все это прекратить? Растоптать их иллюзорное счастье? Пусть Усманов знает свое место и Надя тоже, пусть горько пожалеет.

Мы танцевали с Усмановым второй танец подряд. Он рассказывал очередную шутку, я никак не могла сдержать улыбки. Я сжимала его плечи и заливисто смеялась.

- Усманов, прекрати. На нас все смотрят.

- Пусть смотрят, - он прижался к моей щеке и в этот раз тихо шепнул на ухо:

- Выходи за меня.

- Что? - я резко прекратила смеяться и внимательно посмотрела на него. Нет, мне не послышалось, просто это было так неожиданно, что я решила переспросить.

- Я говорю давай поженимся, - он сказал об этом чуть громче, в тот самый момент, когда утихла музыка.

- Нет, - не стала медлить с ответом. Отстранилась и быстро направилась к нашему столику.

Я не знала услышал ли нас кто-нибудь, зал был полон, окружающие бросали на нас косые взгляды, я продолжала делать вид, что не замечала Марата, но мне было важно чтобы наш разговор не был поводом для очередных сплетен.

- Даже не скажешь, банальное «я подумаю»? - он следовал за мной по пятам.

Я схватила сумочку и повернулась к нему лицом.

- Не скажу.

Затем развернулась в обратную сторону и застучала каблуками. Шла не оборачиваясь, будто мне совсем неважно, что творилось за моей спиной, пусть там полыхал пожар, единственное, чего мне не хотелось это задеть чувств Усманова. Может нужно было с ним помягче? Не так резко…

Я вышла на улицу, морозный воздух ударил в лицо. Я предположила, что Сара с Софией уже вернулись с аквапарка. Хотелось к ним, хотелось закутаться в теплый плед, обнять Софу и склонить голову к Сариному плечу.

Рассказать все. Медленно, не торопясь. О моем насыщенном дне. О неожиданной встрече с Маратом и том, как у меня подгибались коленки при виде него. Я не знала, как его забыть, я пыталась всеми силами не думать о нем, долгих шесть лет не произносить вслух даже его имя. Но это настолько сильно, это прожигает на сквозь. Ах, если бы было лекарство, какое-нибудь противоядие против бывшего мужа. Я хотела его ненавидеть ,а ненавидела себя за то, что до сих пор не смогла вычеркнуть его из сердца.

Сара как обычно наставит на меня указательный палец, сказав, что я полная дура, потому что сказала Усманову нет. Потому что она видела в нас замечательную пару, потому что один любит, а второй позволял любить.

- У нас по плану ещё ресторан.

Я обернулась. Усманов стоял за моей спиной.

Конечно мне уже было не до ресторана. Мне вполне хватило встречи с бывшим.

- Я думала, что ты будешь хоть немного расстроен. А ты по-прежнему в хорошем настроении.

- Это все потому что твой смех до сих пор звенит в моих ушах. Но я бы больше расстроился, если бы не успел проводить тебя домой, ты так быстро бегаешь на своих каблуках. Не угнаться.

- Значит, ты совсем не расстроен из-за моего отказа?

- Нет. А знаешь почему? - он склонился надо мной настолько близко, что я почувствовала его теплое дыхание. На морозном воздухе оно вырывалось клубами пара, поднимаясь вверх и растворялось над нами.

- Почему? - робко спросила я.

- Потому что я все равно тебя добьюсь.

Глава 25

На счёт “добиться” Усманов не солгал. Хотя все произошло не совсем так, как я ожидала.

А еще он растопил маленькое сердце Сони. Теперь она при каждом удобном случае спрашивала, где Боря и когда сможет приехать.

- Мамочка, а ты знаешь, что у Даши есть плюшевый гусь, его тоже зовут Боря? Это очень популярное имя, - рассказывала дочь, когда я забирала ее из садика. Завязала на бантик теплую шапочку и помогла застегнуть сапожки.

- Боря нас сегодня отвезет?

- Нет, моя милая. Я сегодня раньше освободилась с работы, и мы поедем на трамвайчике.

- Почему пораньше? Почему забираешь? – она обиженно надула губки. – А почему Боря не может тоже раньше приехать?

В итоге тысяча и один вопрос. Я не знала, как ему это удалось. Соня общительная девочка, но она о бабушке вспоминала редко, а об Усманове спрашивала почти каждый день.

- Как на счет заказать сегодня пиццу и посмотреть твои любимые мультики? – хоть как-то попыталась взбодрить свою малышку, но она продолжала смотреть на меня печальными глазами.

- Целых две серии? – ее аккуратные бровки поползли вверх.

Я присела перед ней, чтобы потуже завязать теплый шарф и улыбнулась.

- Целых три.