Марина Бобко – Как приручить случайности (страница 13)
Усталый вздох, ностальгическая улыбка.
– Ленин Андрей… Как там тебя по отчеству?
– Александрович я. Ильин блин!
– Так вот, поздравляю вас с сорокалетием. Живешь так, будто все хорошее давно прошло, и дальше будет только хуже.
– Да так и будет!
– Да как ты раздавал каталоги и набирал группу в АSG? – в шутку наехала на него она. – Меня там дрючили все три года искать хорошее, думать о возможностях, а не об оправданиях, а ты был словно в каком-то другом ASG. Хорошо. – Вика вернулась к «списку лекарств» от тоски. – Диво-остров! Берёшь безлимитку на весь день и катаешься на чем хочешь! Неужели не сработает!?
Вообще, это было то, о чем мечтала она, – как и все вышеперечисленное.
– Кстати! Вот на карусели можно сходить. – ответил Андрей с еле заметным энтузиазмом.
Он начал работать также рано, как и Вика. Правда еще раньше, чем работать, – по его словам – начал спать. А еще пить и курить. Его взросление, видимо, проходило в каком-то особенно быстром темпе по всем параметрам. Может, поэтому сейчас он зарабатывал больше всех взрослых людей, с которыми Вика была знакома? И, может быть, этим объяснялась эта смертная тоска на его лице?
– И как давно ты перестал её любить?
– Через год-полтора. – ответил Ильин и выпустил очередной клуб дыма.
По словам Андрея, Снежана иногда просила пятьдесят-сто тысяч в месяц на одежду. А еще постоянно какие-то курсы. А еще он обеспечивал своих уже пожилых родителей и помогал родителям Снежаны. Он работал, работал, работал, курил, работал, работал, работал, пил. А, когда совсем невмоготу, шёл в бордель.
«Может, и я бы пошла, если б была им» – подумалось Вике.
Тогда же она начала желать для Ильина их расставания – вздохнул бы хоть свободно, и эта вселенская печаль ушла бы с его лица. Ей показалось, что он не живет также, как и она не жила толком до пятнадцати лет. Просто у неё папа, а у него эта Снежана. Люди, которым зачем-то нужно есть других людей.
«Хочу напиться».
Вика стучала пальцами по столу и смотрела в стену. Что сейчас будет «самым настоящим»? Позвонить и сказать, что есть вопросы по работе? Да нет у неё никаких вопросов. Есть нежелание делать холодные звонки, люди, которые говорят «я подумаю», и страх, что ничего она тут не заработает.
«Мне гораздо проще соврать или подождать, пока он позвонит сам, но я же решила, что надо делать правду, как бы стремно это ни было» – рассуждала она и смотрела на экран телефона.
С их последней встречи прошло меньше недели, а она уже начала скучать по их разговорам. Вика впервые в жизни позвонила человеку мужского пола без веских на то причин и предложила встретиться фразой «хочу напиться». Странная была идея, учитывая то, что Вика ни разу в жизни не была пьяной, да и не любила алкоголь, а Андрей хлестал виски с колой словно майский чай. Но он поддержал.
Её руки сами нашли в шкафу розовую блузку с таким декольте, что пуговицы грозились слететь с петель, и короткую белую юбку – Вика была абсолютно уверена, что это и красиво, и уместно. Зато это было то, что она выбрала и купила сама, не отданное знакомыми, не с чужого плеча.
– Что у тебя случилось?
Вика не знала что. Обзвон организаций не клеился, и она переставала верить в приличный заработок на этой работе. А значит завоевание Антона откладывалось на неопределенный срок. Да и не была она уже столь уверена в том, что всё это завоевание ей вообще нужно.
– Тренируюсь следовать своему новому принципу – делать что хочется и не включать мозг. И вот захотела написать тебе.
– Хороший принцип – мне нравится. – улыбнулся Андрей.
– У тебя работал кто-нибудь также, как я сейчас? Через сколько времени у них появлялись заказы?
– Вова. Он и сейчас так работает, но у него уже есть старая база.
Вика помнила, что Вова зарабатывает больше ста в месяц, и уговорила себя еще постараться, еще подождать.
– А известно, когда начнется вторая часть «выборов»?
– Пока нет. Сообщу, как скажут. – ответил Андрей.
– Но точно с сентября, да?
– Неточно, мне самому не говорят ничего конкретного. Знаю, что точно будет. Когда – как им припрёт. – и он кинул взгляд наверх. – Сам жду. А то они любят звонить за пару дней до и говорить, что надо срочно собрать пятьдесят человек.
Они подошли к зелёной «Ауди», Вика чуть притормозила:
– А «Вектра»? – с восторгом добавила, – Зелёный?
У кого она ещё видела зелёные машины?
– Снежану этот цвет бесит.
– Ты поэтому и купил? Чтобы наоборот? – улыбнулась Вика, садясь в авто.
Они болтали, как и прежде. Только сейчас ей показалось, что её внешний вид – явный перебор. В машине юбка поднималась, оголяя ноги почти целиком, а выше еще и грудь, и волосы-то у неё не такие длинные, чтобы всё это прикрыть.
Они поехали в ту же квартиру возле Сосновки.
– Будешь? – Андрей вытащил из бара бутылку с неизвестной для неё жидкостью.
– Я не особо люблю. – девушка чуть поморщилась – а сама ж предложила пить.
– Это же «White Horse»!
Вика равнодушно пожала плечами:
– Крепко?
– Ты что, не пробовала? Почти сорок.
– Нет, не буду. – она понюхала горлышко и подтвердила. – Отвратительно!
– Подожди, я сейчас намешаю, чтоб было вкусненько.
Он открыл бутылку с колой, наполнил ей большую часть бокала, потом влил пару капель вискаря – на вкус и запах стало значительно лучше. Себе он сделал коктейль с обратными пропорциями.
– Ты такая довольная сидишь на этом кресле-качалке – аж завидую. – Андрей подошел к ней. Секунда, и Вика уже сидела у него на коленях с полным непониманием, как называть происходящее. Его руки оказались у неё на талии – это он её что, обнимает? «Снежана, Снежана, Снежана», – застучало в викиной голове. – «Хотя, если у неё нет совести, то почему она должна быть у меня?». Она почувствовала на себе его перемещающиеся руки. В таких местах, что и упрекнуть не за что – то на предплечьях, то чуть выше талии.
Что делать, когда пристает тот, кто противен, – понятно. Когда тот, с кем встречаешься, тоже ясно, а Ильин – ни то, ни сё. Вика и подумать не успела, что ему в отношении её можно, а что нельзя. Он ведь знает, что она только что была влюблена в другого, да и Снежана. Нет, это все ей точно мерещится. Но потом руки скользнули к плечам и шее – это точно было похоже на то, что нельзя, но останавливаться казалось уже будто «неправдой».
– Снежана… – выдавила из себя Вика в качестве аргумента.
– Да и плевать на неё.
– Ильин, так нельзя.
– Почему?
– Ты – мое начальство и… Снежана.
– Ну и что, что Снежана? Ты же сама говорила, что надо делать то, что хочется. – сказал он, ухмыльнувшись, будто ей больше нечем крыть. – Или тебе не хочется?
А Вике и правда было нечем крыть. Он целовал её шею, почти добираясь до губ, сопротивляться невозможно. Викина философия «невключения головы» очень классно работала пока не наткнулась то ли на предрассудки, то ли на совесть.
Был бы он малознакомым парнем, она бы просто влепила ему. А с Ильиным казалось, что так нельзя, что нужно объяснить. А вот как объяснять, она понять не могла. Да и, чёрт возьми, к ней приставали всего пару раз в жизни и то как-то совершенно не так. Во всяком случае, воли, чтобы с большим усилием убрать его руки с шеи, ей понадобилось много.
– Да, прости, больше не буду. – сказал Андрей так легко, что девушке все это показалось минутным миражом.
Он проводил её до остановки, они говорили так, будто ничего не произошло. Андрей помялся, потом тихо и неразборчиво, путая слова и глядя на свои ноги, извинился.
– Я что-то выпил и…
– Все в порядке. – Вика приобняла его, чтобы он понял, что они дружат также, как дружили, и села в подъехавшую маршрутку.
Только ощущение его рук и губ на шее осталось. И если Вика хотела, чтобы все было как прежде, это ощущение надо было непременно забыть.
– И что будет входить в обязанности? – Вике теперь половина объявлений казались подозрительными.
– Я вам при встрече подробнее расскажу. Это как хостес.
– Если окажется, что это эскорт, я всё равно уйду, так что…