Марина Бобко – Как приручить случайности (страница 1)
Марина Бобко
Как приручить случайности
Часть первая
Тудух-тудух… тудух-тудух… Вика прилипла взглядом к стеклу: за окном деревья и кусты превращались на скорости в зеленое месиво. Первый в жизни поезд, первое «взрослое» путешествие, пусть даже и всего лишь в Москву. Через несколько часов она вернется в Петербург, посмотрит на свой коллаж желаний, обклеенный вырезками из журналов, и мысленно поставит галочку на банкете в Москве – готово, сбылось.
Соседи по плацкарту раскладывали на бумаге кусочки колбасы и заваривали чай в кружках с резными подстаканниками. Раннее утро, всюду движение и шелест: клацанье посуды, болтовня, смех, запахи бутербродов и свежезаваренного доширака, чьих-то носков, духов, пыли и самого поезда. Несколько плацкартов подряд были заняты ребятами в возрасте восемнадцати-двадцати пяти лет, которые, как и Вика вчера, «потрогали мечту» или уже были внутри неё. Шум, сумбур, веселье. Кто-то по-тихому допивал что осталось, кто-то время от времени ходил с зубной щеткой в сторону туалета – посмотреть, не подошла ли очередь, кто-то играл в картишки, кто-то пытался уснуть во всей этой суматохе, чтобы скомпенсировать последствия вчерашней пьянки.
Вика отвлеклась от гипнотизирующего её окна, услышав разговор за стенкой плацкарта.
– Ну так себе, конечно, вчерашний банкет. – голос Олега – их «главного».
Вика была на московском банкете впервые и понятия не имела, каким он должен быть. Да, ожидала большего, но до этого подслушанного разговора не придавала этому значения.
– Да… – подхватил Валера. – Ребятам в Питере и рассказать-то особо нечего.
«На нем даже не было нормальной еды! Пюре, горошек, скудные кусочки отварного мяса – как в садике!» – вспомнила Вика и заглянула за стенку. Ребята не обратили на неё внимание и продолжили разговор.
Двухметровый Олег занимал собой, казалось, весь плацкарт. Высокий лоб, «улыбка Джокера» на полголовы, маленькие щуристые глаза и сдвинутые брови. Он был всегда собранный, сменял одну «позу уверенного человека» на другую и будто никогда не расслаблялся.
Валера – его собеседник – мог бы играть в кино главных героев, в которых влюбляются все девочки, а не работать «продажником». Хотя девочки влюблялись и так.
– В общем, говорим всем в Питере, что банкет был супер, подробности… – Олег махнул рукой. – Рассказываем менеджерам как было классно, хлопушки, шампанское, девочки-мальчики красивые, с чеками. А они чтоб это всё по своим группам пустили.
Олег сложил пальцы вместе пирамидой, опустил голову так, чтобы спрятать за них лицо. «Всегда, небось, прикрывался этой позой загадочного мыслителя, когда говорил не то, что думал». – мелькнуло в голове у Вики. – «Знает, что бегающие глаза и руки у лица выдают врунов, поэтому заранее фиксирует их».
Валера подхватил эту идею, и вместе они сочинили отполированное описание банкета для «нижестоящих» менеджеров и консультантов – таких, как она. Четко, уверенно, с паузами в нужных местах – они будто всё еще стояли на сцене или вели тренинг, и торчащая из соседнего плацкарта любопытная викина голова их ни капли не смущала.
А у девушки в голове повернулся тумблер: они делают это не впервой, и не только с банкетом, и делают это легко, словно пишут школьное сочинение. В её памяти пронеслись десятки мероприятий и тренингов, на которых она была за последние три года, и нотки неправды начали словно выскакивать из уже прошедших разговоров и пробегать у Вики перед глазами – как глупо было этого не замечать.
Красивая картинка, с которой она уже срослась, исчезла. И девушка и решила: пора отсюда уходить.
СЕКТА ТВОЕЙ МЕЧТЫ
Вика попала в сетевой маркетинг в пятнадцать лет. Тогда она была такой худой, что с неё спадали джинсы самого маленького размера, и их приходилось затягивать ремнем так туго, что на талии собиралась гармошка. Физик в школе шутил, что скоро уже и кусок мела будет для неё слишком тяжел, что когда-нибудь она порвет своими костями его классные стулья.
Темноволосая, невысокая, разговаривала тихо и быстро, глаза большие напуганные, прыщи, брекеты. Возможно, из-за них слова из её рта договаривались не до конца – словно путались по дороге в этих железяках и вылезали на свет божий, теряя часть букв. Со всем этим набором ей непременно нужна была хоть какая-то работа, и лучше, чтобы на ней меньше надо было говорить и «светить лицом».
Пару дней Вика раздавала листовки у метро, ей даже нравилось. За день она заработала столько же, сколько раньше давали родители на неделю. К тому же она стояла на улице (все равно, что гуляла), улыбалась людям, выходящим из вестибюля, протягивала тощую ладошку с листовкой и говорила «возьмите пожалуйста!». Чудилось ей в этом процессе что-то доброе – да и любая среда вне дома и школы была для неё приятной, доброжелательной, и ни сквозняк, ни люди с хмурыми лицами не смущали её.
Когда акция закончилась, Вика загорелась идеей устроиться в Макдональдс или Теремок – экономия на еде, да и делать блинчики, мыть посуду, раскладывать заказы по тарелкам ей казалось все равно что развлечением. Но вот незадача: Вике было пятнадцать, а брали строго с шестнадцати. Заполняя анкеты, она поначалу добавляла себе год, но при первом же собеседовании раскалывалась.
– Давайте я поработаю хотя бы летом, неофициально? А осенью у меня будет день рождения – это всего несколько месяцев…
– Вот в шестнадцать и приходите. А сейчас по закону мы не можем вас взять.
Тогда Вика позвонила по объявлению в газете, в котором искали курьеров. Сразу призналась – шестнадцати нет. Но на собеседование её всё же позвали.
Был конец июня. Она планировала заработать до конца лета тысяч шесть – этих денег хватило бы на карманные расходы до конца учебного года, а потом она бы придумала, что делать. По телефону сказали: «да, примерно эта сумма и зарабатывается у нас в компании за месяц, если вы можете работать двадцать часов в неделю».
Просторное помещение с высокими потолками и белыми стенами, здесь было так много воздуха, что каждый шорох отдавал эхом, и Вика стала еще меньше и тише обычного. Не первое её собеседование, но она всё еще дрожит. Она уселась во второй ряд, чтобы слышать и видеть всё, но не быть при этом слишком заметной. В офисе кроме неё сидело еще человек двадцать: девушки, парни, все старше её. «Скольких из нас возьмут? Они все здесь старше… Надо, чтобы меня непременно выбрали. Пока лето, я могу работать больше, я могу без выходных, могу в две смены».
Бодрый темноволосый парень в очках рассказывал про график работы, совместимый с чем угодно, про раздачу каких-то каталогов, про радужные перспективы, большой веселый коллектив, тренинги и мероприятия – всё это звучало завлекательно, словно реклама какой-то новой интересной жизни полной событий, и называлось ASG.
Описывая отношения с одноклассниками, Вика говорила:
– Помните фильм «Чучело»? Вот это про меня.
Её избегали, называли чумной, заразной. С ней вставали в пару или садились за одну парту только по «приказу» учителя и под насмешки остальных. И даже если списывали, то вставали с места также – будто им приходилось её терпеть. А постоянные школьные деления на пары и команды были словно официальным подтверждением её недостойности, недостаточности.
Вика жадно хотела, чтобы у неё были люди, которые будут относиться к ней как к человеку, а не существу низшего ранга. И, может быть, они появятся сейчас здесь, в этом самом ASG.
Она прилипла к кожаному стулу, боялась шелохнуться, не понимала, куда девать руки и ноги, как сделать свою позу поувереннее, как усмирить легкое головокружение – хоть бы сегодня не надо было говорить, хоть бы только анкета.
Через полчаса после начала собеседования Вика услышала мельком про сетевой маркетинг и стартовый взнос триста рублей – за эти деньги покупались каталоги, которые она будет раздавать по организациям. К пятнадцати годам с карманных денег она накопила месячную «взрослую» зарплату, но каждую сотню тратила, испытывая страх. Но эти триста рублей всё же заплатила.
Так Вика очутилась в ASG.
О ДИВНЫЙ НОВЫЙ МИР
На второй день молодой человек с интеллигентным лицом по имени Павел (тот самый, который вел собеседование) уговаривал Вику купить больше каталогов и набор пробников в придачу – тогда у неё будет больше продаж. Она отказалась наотрез: платить деньги за устройство на работу – итак сомнительная идея. А так хоть триста рублей… Также она узнала, что её наставника зовут Михаил, но обучать её пока будет Паша. Как выяснилось позже, Вика пришла работать накануне дня рождения компании, в котором Миша принимал максимально активное участие.
На следующий день высокий взрослый Паша в очках и костюме пошел раздавать с щупленький перепуганной Викой её первые каталоги. Он смело заходил в магазины и парой фраз пресекал попытки продавцов избежать просмотра каталога. Когда он продал девушке в овощном ларьке духи без тестера «аж за пятьсот рублей», Вика возвела его в ранг небожителей активных продаж. Потом они заглянули в «Галантерею», где в тот всех покупателей угощали игристым в честь какого-то события. Продавщицы «Галантереи» устояли перед пашиным напором и каталог не взяли, тогда он взял с подноса два стакана с шампанским и вышел вместе с Викой на улицу.