Марина Безуглова – Ненадёжные источники. Летние поиски (страница 2)
От обилия начинки Севин бутерброд разваливался. Он пытался скрепить его, пока ломтик помидора не упал на землю.
— А правда, что через дольмены можно попасть в другое измерение?
— Не пробовал.
Спас Севу ещё далёкий, но весьма отчётливый гром. Набежали тучи, и под деревьями потемнело. Экскурсанты поспешили запечатлеть себя и привлекли Севу в качестве фотографа. Последние кадры делались под уверенный, раскатистый гром и первые тяжёлые капли. Сева проследил, чтобы забрали весь мусор. И жёлтая буханка двинулась в обратный путь в город.
И когда снова появилась сотовая связь, Сева опубликовал обещанные фотографии и такой пост:
Часть дороги проходила по изогнутым улицам села. И перед некоторыми дворами, рядом с лебедями и кроликами из автомобильных шин, Севе мерещились кусочки дольменных плит. Проехали они и мимо снесённого дома.
Трактор грузил в самосвал обломки стен и мусор. Из-за невыносимого оркестра техники у Кларисы началась мигрень. Она закрыла глаза. Её новый курс «Гармония в деревне» разваливался.
На прошлых выходных почти сорвался её очередной семинар в городе. Она арендовала зал для йоги, принесла свечи и благовония. Но вместо тридцати девушек пришли лишь четверо, самые преданные.
— А где Света, Наташа, Ангелина?
— Света поехала на ретрит тишины, Наташа на телесном детоксе у Эльзы под Сочи, а Ангелина на эко-перезагрузке где-то за городом.
О матери-природе снова вспомнили. Ещё один провал грозил Кларисе обернуться финансовым крахом. Она уже просрочила кредитный платёж за машину. Гламурное амплуа обходилось недёшево.
На сайте объявлений Клариса нашла этот дом. Достаточно деревенский, при этом ухоженный, с большой лужайкой. В нескольких часах езды от города, в селе Подгорье. Красивое, но не экстремальное место. Она собрала вещи и арендовала дом на лето.
Небольшая долина по берегам реки в окружении невысоких гор действительно оказалась живописной. На въезде в село даже организовали аттракцион для туристов — подъём на привязанном воздушном шаре. Благодаря дольменам и природе эта местность понемногу обретала популярность и этим нравилась Кларисе всё сильнее.
Не подвёл и дом. Он выглядел даже лучше, чем на фото: свежевыкрашенный лазоревой побелкой, популярной в этих местах, с резными наличниками. Хозяйка, Тамара Степановна — приятная седая женщина. Из живности она держала только нескольких куриц и петуха. Досаждать они не будут, а для антуража — самое то.
Внутри дома время как будто замерло: дощатые полы, витые черные провода на стенах, кружевная тюль и герань. То, что в городе язвительно назвали бы «бабушатником», отлично смотрелось в кадре. Особенно — зеркало в деревянной раме в форме капли. В дом была заведена колодезная вода, что обещало вполне приемлемый уровень комфорта.
Чтобы сдать основной дом, Тамара Степановна на лето перебралась во флигель — домик поменьше с летней кухней: «Копеечка будет не лишняя!» Найти квартирантку на несколько месяцев, а не только на выходные, было большой удачей, и Тамара Степановна сделала хорошую скидку.
Устроившись, Клариса переоделась в вышитое платье и сфотографировалась в зеркале. Семеро участниц клуба оплатили «Гармонию в деревне» с пятницы по воскресенье. От их впечатлений зависело, сколько приедут ещё.
К строительному оркестру присоединились скрипки — дисковые пилы, расправляющиеся с деревьями на соседнем участке. Срочно требовался план Б, так как гостьи здесь до вечера воскресенья. Она пошла к Тамаре Степановне, которая хозяйничала у себя на кухне.
Пахло мятой и валерьянкой. Всюду были развешаны пучки трав и связки грибов.
— Тамара Степановна, нет ли в ваших окрестностях красивой полянки? Мне нужно срочно найти другое место для завтрашнего занятия, пока эта катастрофа не закончится.
— Ой, и не говори, настоящая катастрофа! Вот так жил-жил человек да помер. Дом продали, с землёй сравняли. И ни следа не осталось. Хороший был сосед Фёдор, но чудной немного. Выпивал, но не сильно — как все. И всю жизнь какой-то источник искал вокруг Коровьего седла. Это гора у нас тут такая, на седло похожа. Так вот, ходит легенда, что раз в несколько лет при большой луне открывается источник. Болезни лечит, омолаживает. Видать, не отыскал его Фёдор. А Пашка мой и ещё моложе Федьки был. Два года, как похоронила. Ой, мало живут мужики, не берегут себя.
Краями платка Тамара Степановна промокнула глаза. Слушать сквозь пульсирующую боль было тяжко. Клариса подпёрла голову рукой и сказала вполголоса:
— Мои соболезнования.
— Спасибо. Как вспомню, так и слёзы бегут. А у тебя что же, голова разболелась? Давай чайку тебе намешаю?
Клариса кивнула. А Тамара Степановна принялась выщипывать травинки из развешанных пучков и кидать их в заварник. Кипяток выгнал из заварника ароматный пар. Из красного чайника в белый горох хозяйка разлила напиток по кружкам. Мёд усилил вкус трав.
— У Пашки моего золотые руки были. По дереву любил резать. Смотри, это всё он.
На стенах висели: овальное зеркальце, как в доме, но поменьше, деревянные крючки для полотенец и ухмыляющийся то ли домовой, то ли леший.
Тамара Степановна что-то помешивала в кастрюльке на плите. Боль, как ни странно, начала слабеть.
— Ездили мы с ним и по грибы, и по ягоды, и на охоту. Вон, УАЗик его теперь без дела стоит. Теплицу хотел строить. Сейчас многие участки по фотографиям берут, потом перепродают. Цены на землю вон как взлетели, — не без гордости сообщила Тамара Степановна. — А что? У нас тихо, красиво. Ой, да, есть полянка хорошая для тебя. Дольмены в той стороне. Выедешь за село, съезд будет к реке, там полянку и найдёшь. Оттуда ещё Коровье седло видно.
— Спасибо! Поеду посмотрю!
У Кларисы появился приличный повод завершить беседу.
— Если не трудно, нарви ромашки мне! Заканчивается ромашка.
Поляна не разочаровала. Её не видно с дороги, но был хороший подъезд. А вот и Коровье седло! Река была близко и давала прохладу. Здесь было красивее, чем во дворе. Клариса отправила в чат своего клуба фотографию пейзажа и сообщение: «Завтра будет особенная встреча. Вселенная услышала наш запрос и указала новый путь. Сбор у магазина в 9.00. Не опаздываем!»
Клариса принялась дёргать цветки и складывать в пакет. В голове окончательно прояснилось: «Надо будет обязательно на занятии упомянуть легенду с источником молодости. И дольмены. Очень мистически получается».
Клариса очень спешила выполнить поручение, поэтому кроме белых ромашек нарвала ещё и жёлтых, чем рассмешила Тамару Степановну:
— Ты глянь, вместе с ромашкой жёлтой пупавки нарвала! Пупавка — травка дурная. А если б ещё заварить её додумалась, точно попала бы впросак!
Тем временем работы в соседнем дворе затихли.
— У вас чай такой хороший. Его много? Не пробовали продавать?
— Иногда своих, деревенских, выручаю. А так — нет.
— Давайте попробуем? Девчонки мои точно захотят купить. У вас тут почти напротив магазин, туристы останавливаются.
— А давай. С меня чай, с тебя торговля!
— Договорились!
Клариса взяла белый лист и фломастеры, привезённые для рисования карт желаний, и большими буквами в середине вывела: «ТРАВЯНОЙ ЧАЙ». Подумав, добавила сверху «АВТОРСКИЙ». Закатала табличку в скотч и повесила рядом с калиткой.
Затем взяла небольшой лист и тем же способом сделала табличку «Отдых в деревне! Восстановление гармонии @.. Она пошла с ней к опустевшему двору и наклеила её поверх «Расчистки участков!». В этот раз на обратном пути к калитке она ловко избегала кучек коровяка.
Воздух отсырел, и появился тонкий туман. В нём отражались лучи уходящего за гору солнца, и сумерки стали розовыми.
Подобие прохлады появилось в городе только с темнотой. Михаил приехал в новую полупустую квартиру. Он принял душ, переоделся и накатил виски для атмосферы. До пятничной встречи ещё оставалось время, и он отправился в парк.
Алое солнце терялось за многоэтажками. Но волны жара от асфальта били в голову и вызывали испарину. От пота начинала зудеть свежая татуировка. Михаил набил её в знак новой жизни, когда подал на развод.
Тату-мастер, опытный свидетель кризисов среднего возраста, вывел на плече Михаила медведя. Зверь бежал через высокие ели. И по его взгляду было ясно, кто в лесу хозяин. Работа была филигранной и многочасовой.
Само по себе в долгом разговоре с татуировщиком всплыло, что жена Михаила увлеклась молодым коллегой. Кроме переписки неочевидного содержания, никаких улик обнаружено не было. Но мириться с этим Михаил не стал.
— Со мной всё время про ответственность, обязанности. А с ним — шуточки, картиночки по утрам и вечерам. Конечно, я на работе целый день в пыли и грязи, в сериальчиках и книжках не силён.
Мастер понимающе кивал. Правда, Михаил умолчал, что самую тяжёлую и грязную работу давно выполняли наёмные сотрудники, а в качестве досуга он сам предпочитал вылазки с друзьями и возлияния, неразделимые как инь и ян.
Бывать дома теперь хотелось ещё меньше, чем при домочадцах. Михаил пришёл в этот парк ещё и потому, что здесь могли гулять его дети со своей матерью, этой вероломной предательницей.
Толик и Санёк приедут в бар только через час. Михаил коротал ожидание, потягивая холодный квас. Он расположился на скамейке напротив новенького скейт-парка.