Марина Безрукова – Опасный флирт (страница 37)
Он лишился многого, но не жалел об этом ни минуты. Жалел только об одном – он больше не с ней.
Перед тем, как войти в кабинет, посмотрел в окно. За затянутой сеткой было видно поле, вокруг которого дисциплинированно бежали его девчонки. Влад вытянул шею: может быть, блеснет тусклым золотом голова Маргариты? Но видел только гуляющего по кромке присланного недавно на практику стажера. А еще показалось, что там маячит Пашка Завадский.
Влад усмехнулся: что ж, закономерно. Пашка небось рад-радешенек, что справедливость восторжествовала. И если бы всё это происходило только потому, что Катерине стало известно о его романе – это было бы полбеды. Если бы у него осталась Марго. Его бы согревала мысль, что всё не зря. Он с Маргаритой, и они идут вперед.
В кабинете Яковлевич оказался один. Бегая у стола, он нервно перекладывал бумаги. Влад равнодушно привалился плечом к стене. Дадут ему две недели еще отработать? Или сразу коленом под зад? Никакого волнения эти мысли не вызывали – по большому счету, всё равно.
Пока директор набирал в грудь воздуха, чтобы разразиться гневной тирадой, Влад раздумывал над тем, как помочь Маргарите. Какими аргументами запастись, чтобы это прозвучало убедительно?
– Что у вас там происходит? – почти взвизгнул Яковлевич и закашлялся. – Ты можешь мне объяснить?
Он подскочил к Владу и, бешено выпучив глаза, потряс у него перед носом какой-то бумажкой. Влад никак не отреагировал.
– Что ты молчишь? А? Я тебя спрашиваю! Что за детский сад там у вас творится?!
Влад пожал плечами, что директора совершенно не удовлетворило. Резким движением он отодвинул стул и ткнул в него пальцем:
– Садись! Сядь и немедленно объясни мне, почему утром я получил это?!
Влад покорно сел, Яковлевич схватил его руку и почти насильно вложил лист бумаги.
– Читай! – повелевающий перст чуть не ткнул его в нос.
Вздохнув, Влад пробежался глазами по строчкам. Удивился, что написано всё от руки. Разве так выглядят приказы об увольнении? Или высочайшие рекомендации сверху, кого убрать, кого назначить?
Яковлевич нетерпеливо пыхтел рядом. Влад дочитал до конца, вгляделся в простенькую подпись Маргариты и растерянно посмотрел на директора.
– Что это?- задал он глупый вопрос.
И в то же время ощутил глухую ярость: ничего себе оперативность! Не успели еще распять его, а Марго уже заставили написать по собственному. Он скрипнул зубами: ишь, не терпелось объявить вендетту с утра пораньше!
– Ты меня спрашиваешь?! – Яковлевич возопил так, что наверняка тетки из бухгалтерии на втором этаже подскочили с места. – Это я тебя спрашиваю! Почему твоя ассистентка ни свет, ни заря оставляет мне в двери вот это, - он опять потряс бумагой,- и куда-то исчезает?!
Он заметался по кабинету, как попавший в сачок мотылек.
– Телефон недоступен. Никто ничего объяснить мне не может! Ты тоже, как баран на новые ворота смотришь! Что? Что у вас пошло не так? Почему она ни с того, ни с сего сбежала?! Я где людей брать буду, а? Я их, что, вашу мать, тут клонирую что ли?
Яковлевич бахнул кулаком по столу и трясущимися пальцами принялся расстегивать пуговицы у ворота рубашки. Второй рукой он пытался открыть створку окна.
Обалдевший от происходящего Влад, потер лоб. Получается, никто ничего не знает.
– Это всё ты! – снова зашипел Яковлевич. – С тобой никто не может сработаться! Все бегут, как от чумы…
Влад молча смотрел под ноги, объяснять, что происходит на самом деле, он не собирался. Но, по всей видимости, никто его увольнять пока не станет. Да и Маргарита решила попросту уйти из спортшколы, чтобы не быть здесь с ним.
Это плохо. Нужно попытаться ее найти и серьезно поговорить. Их отношения и прошлое, которое поневоле их объединило, пока неважны. А вот карьерой раскидываться точно не стоит. Куда она пойдет? Да и зачем, если здесь она на своем месте?
– Я поговорю с ней,- сказал Влад.
Он уже решил, что прямо сейчас поедет к Маргарите и попробует ее убедить не пороть горячку.
– Да уж… сделай милость, - язвительно пропел Яковлевич. – Что хочешь делай, но привези ее сюда, и пускай хотя бы объяснит – почему увольняется? И если я узнаю, что дело в тебе…
Он махнул устало рукой.
«Во мне дело, во мне, - усмехнулся Влад,- если бы я вчера не устроил драму, всё было бы нормально».
Он побежал на парковку, отчаянно надеясь, что Маргарита дома и согласится его выслушать.
***
Солнечные лучи пробежались по доскам веранды и задрожали пятнами на стенах. Влад торопливо допил кофе. Нельзя опаздывать. Сегодня насыщенный день – приедут новые спортсменки, пробная тренировка на нем. После обеда с основной командой отработка, нужно еще раз по тактике пройтись, завтра играют с московским «Динамо». Потом встреча с главным тренером сборной, кажется, он присмотрел себе двух воспитанниц из его команды. Вечером еще тренировка с малышней в маленьком поселке, где он подвизался на общественных началах.
Как он и думал, когда уговаривал Маргариту уехать с ним в Сочи, затея с продвижением женского футбола быстро заглохла. Уже через год финансирование уменьшилось и всё вернулось на круги своя. Но только не для Влада. Его команда стала для него его жизнью. И спасением от мыслей.
Он задумчиво посмотрел на деревья. В густо-зеленых ветках ели мелькнул длинный хвост белки. Интересно, это та самая, что носилась вчера по веранде и сшибла цветочный горшок?
За спиной послышался легкий шум. С недовольным лицом на террасе появилась девушка. Ее рыжеватые волосы блестели на солнце. Шлепая босыми ногами, она подошла к столику и налила себе кофе. Потом демонстративно повернулась к Владу спиной и села в кресло, закинув ноги на перила. Короткий халатик не скрывал их длины и стройности.
Влад усмехнулся: всё еще злится.
Вчера Ксюша опять с ним ссорилась, а сегодня дует губы. Ей, видите ли, не нравится, что они уже год вместе, а он так и не сделал предложения. И ведь говорено уже переговорено, а она время от времени снова поднимает эту тему.
Подходить к ней не стал. Поставил кружку и спустился с веранды. Ничего, перебесится. Если нет, и всё-таки соберет вещи и уйдет, как уже грозилась, что ж, значит, уйдет. Откровенно говоря, Владу был бы этому рад. Потому что с ним Ксюша теряет время. Он никогда на ней не женится. И вообще ни на ком не женится. Потому что до сих пор думает о Марго.
Не было ни дня, чтобы он не вспоминал карие, с желтыми искорками глаза, высокомерно изогнутую правую бровь, аккуратный, усыпанный мелкими веснушками нос. Ни дня, чтобы не слышать ее запах, не помнить ее тело.
Он прожил без нее уже двадцать три месяца четыре дня и шестнадцать часов. Не прожил, скорее, просуществовал. И из шарфика, который он стащил в последний день, давно выветрился ее запах.
Не обнаружив Марго в коммуналке, ждал, потом приезжал еще несколько дней, пока усатая старуха не пригрозила полицией. Долго не мог поверить, что она исчезла. Испарилась. Растворилась в воздухе, оставив после себя лишь припаркованный у арки «рено».
Телефон был недоступен. Где ее искать никто не знал. Через месяц доползли слухи, что она объявилась в Красноярске. Поскандалил с Яковлевичем, но сорвался туда. Мир футбола тесен. Как клубок распутывал ниточку за ниточкой и однажды, уже почти ее нашел, но Марго оказалась неуловима.
Он вернулся, с головой занырнул в работу, каждую неделю заканчивал в постели с какой-нибудь женщиной, лишь бы надолго не оставаться одному. Из поездки на сборы привез с собой Ксюшу. Она его немножко заземлила. Купился на ее рыжеватые волосы и манеру капризно приподнимать правую бровь.
Подтянутый, спортивный, с немного нервными движениями, он появился в спортшколе минута в минуту. На поле уже выстроились новенькие. Рекрутер выкрикивал фамилии и город, откуда приехали.
– Попова Елена. Красноярск.
Влад вздрогнул, вскинул голову. Перед ним стояла коренастая девушка с некрасивым, будто наспех вылепленным лицом.
Усмехнулся сам себе: так и будет, как дрессированный пес реагировать на знакомые слова.
И снова защемило сердце.
– Так! – зычно сказал он, обращаясь к новеньким. – Сегодня сильно мучать вас не стану. Посмотрим на технику и контроль мяча.
Свисток. Вдох-выдох. Мысли прочь.
Потому что футбол. Потому что это всё, что у него осталось.
***
– Синьора Варгас! Синьора Варгас!
Бойкий журналист подскочил к Катерине с микрофоном.
– Издание «Гадзетта дэлло Спорт». Скажите, пожалуйста, это правда, что вы решили оставить профессиональную карьеру? Ходят слухи, что вы уходите из спорта.
Катерина улыбнулась и повернулась к мужу:
– Что мне ответить, дорогой?
Высокий темноволосый мужчина приобнял ее за талию.
– Скажи им правду, любовь моя. Что же еще, кроме правды?
Действительно, что может предложить человек, почти ежедневно выступающий в суде?
Там они и познакомились, когда она оступилась на лестнице, и Марк сначала подхватил ее под локоть, а потом, поняв, что Катерина не может сделать ни шагу, взял на руки. Она попробовала возмутиться, но Марк не обратил на ее протесты никакого внимания. Когда боль не унялась, он отвез ее на МРТ в ближайшую платную клинику. При этом они всё еще даже не удосужились друг другу представиться. Это случилось, уже после того, как он, к удивлению, Катерины дождался ее в фойе с оплаченным чеком.