Марина Асеева – Йона ищет дом для души (страница 1)
Марина Асеева
Йона ищет дом для души
Книга первая: Скитания
Глава 1: Потеряшка
В огромном Лесу Мира, где деревья были такими высокими, что их верхушки терялись в облаках, а тропинки то вели к солнечным полянам, то уводили в глубокие темные чащи, жила маленький светлячок по имени Йона.
Йона была не совсем обычным светлячком. Её свет был не желтым, как у других, а мягким, переливчатым, то голубоватым, то серебристым. Она родилась в самой гуще леса, где свет едва пробивался сквозь листву. С самого начала ей казалось, что она попала сюда по ошибке. Другие светлячки, веселые и шумные, летали стайками, их желтые огоньки сливались в дружные гирлянды. Йона же пыталась присоединиться, но её странный свет вызывал насмешки.
«Смотри, фонарик сел!» – жужжали они.
«Ты какая-то холодная! Настоящий свет должен быть теплым!» – говорили другие.
Йона чувствовала себя Потеряшкой. Она думала: «Наверное, я упала с какой-то другой звезды. Может, я инопланетянка?» Эта мысль на мгновение казалась захватывающей, но от этого становилось только хуже. Зачем лететь в гости туда, где тебя не принимают?
Она научилась не показывать свой истинный свет. Она приглушала его, делала похожим на желтый, но это стоило ей огромных сил. Внутри будто что-то сжималось и болело. А иногда, когда обида или страх становились невыносимыми, её свет вспыхивал ярко-белым, ослепительным – и все разлетались в испуге. Потом наступала тьма и стыд.
Йона начала искать спасения вовне. Она летела на самый яркий, шумный свет, который оказывался Поляной Вечного Праздника. Там все смеялись, танцевали, пили сладкую росу с забродивших ягод. Йона думала: «Вот оно! Здесь я забуду о своей странности!». Она старалась быть как все, смеялась громче всех, кружилась в хороводе, пока у неё не начинало темнеть в глазах. Но когда праздник затихал, пустота внутри становилась ещё больше. Её свет тускнел и мигал нервно, как лампочка перед тем, как перегореть. Это было похоже на медленное угасание.
Однажды, после особенно громкой ночи, Йона лежала в одуванчике, чувствуя полное опустошение. К ней подлетела старая, мудрая бабочка Росинка. Её крылья были полупрозрачными, и сквозь них просвечивали лучи рассвета.
– Что ты ищешь, малышка? – мягко спросила она.
– Я ищу… свое место. Где мне быть? Кто я такая? – прошептала Йона.
– А где твой дом? – уточнила Росинка.
– Какой дом? – удивилась Йона.
– Я же светлячок. Мы спим, где придется.
– Не дом для твоих крыльев, – покачала головой бабочка.
– А дом для твоего света. Для твоей души. У каждого живого существа он есть. Без него легко потеряться. – разъяснила она.
Йона замерла. Никто никогда не говорил с ней о «доме для души».
– А где он? Как его найти? – спросила Йона.
– Его не найти вовне, – сказала Росинка.
– Его можно только построить. Внутри себя. Или отстроить заново, если он разрушен. Но для начала нужно перестать раздавать свои кирпичики – свои чувства, свои мысли, свою боль – всем подряд. Представь, что твой свет – это драгоценность. Станешь ли ты оставлять её на виду у каждого прохожего? – продолжила бабочка.
Йона посмотрела на свои лапки. Она раздавала свой свет направо и налево, пытаясь им купить внимание, дружбу, любовь. А в результате оставалась ни с чем.
– Но тогда я буду одна! – воскликнула она.
– Одинокая и открытая всему миру – это как сидеть на сквозняке без стен. – ответила Росинка.
– Холодно и опасно. А можно построить теплый дом с окнами. И решать самому, кого пригласить в гости на чай, а кого оставить за дверью. Ты можешь быть приветливой, не впуская чужих ветров в свою гостиную. – сказала Росинка.
– Подумай об этом. И пока помни: ты не Потеряшка. У тебя просто еще нет дома. А это исправимо. – закончила бабочка.
Бабочка улетела, а Йона осталась сидеть, и впервые за долгое время в её груди, вместо привычной тяжести, возникло легкое, трепетное чувство – похожее на надежду. Она посмотрела на свой серебристый свет, струящийся сквозь пальцы-лапки. Может быть, она не странная? Может быть, она просто… другая? И для этого «другого» нужно особое, безопасное место.
И Йона приняла свое первое взрослое решение: она отправится искать мастерскую, чтобы научиться строить. Строить Дом для своей Души.
Глава 2: Кирпичики и сквозняки
Решение было принято, но как строить дом, если не знаешь, с чего начать? Йона отправилась в путь. Она летела осторожно, уже не стремясь слиться с первым попавшимся светом. Она наблюдала.
Вот на грибной шляпке сидит Улитка Архип. Его раковина – идеальный, закрученный домик. Но сам Архип едва высовывает из него рожки.
– Привет! – робко позвала Йона.
– У тебя такой прекрасный дом! Ты поможешь мне построить такой же?
Архип вздрогнул и чуть не спрятался полностью.
– Ох, нет-нет, – зашептал он.
И продолжил: «Дом – это, конечно, хорошо. Но снаружи так опасно! Могут наступить, сказать грубое слово, может, дождь пойдет кислотный… Лучше сидеть внутри. Тихо. И никого не пускать.»
– Но разве не скучно? – спросила Йона.
– Страшно, – поправил её Архип.
– Но зато безопасно. – сказал он и скрылся в глубине раковины, оставив лишь темный завиток.
Йона полетела дальше. «Это не тот дом», – подумала она. Дом не должен быть тюрьмой.
На опушке она увидела идеально ровный, большой муравейник. Возле входа, на троне из хвоинок, восседал Важный Муравей в мундире из березовой коры. Он что-то командовал, и сотни других муравьев бросались выполнять его приказы.
– Простите, – обратилась к нему Йона. – Я ищу знания о доме для души.
Муравей снисходительно посмотрел на неё.
– Дом? Все просто! Дом – это власть! – провозгласил он, размахивая лапкой.
– Видишь эту высоченную сосну? Я владею видом на неё! Видишь эти запасы? Они мои! Мои подданные трудятся для укрепления моего дома-крепости. Чем выше твой статус, чем больше от тебя зависят, тем прочнее стены. Хочешь, я сделаю тебя главной по освещению нашего дома? Будешь под моей защитой. – вопросительно сказал Важный Муравей.
Йона посмотрела на суетящихся, озабоченных муравьёв. Ни на одном лице не было улыбки, только напряжение. «Это тоже не то, – мелькнуло у неё.
– Этот дом построен на страхе и чужом труде. Он холодный». – подумала Йона
Разочарованная, Йона присела на лепесток ромашки. И тут она заметила, что с ней разговаривают не только существа, но и само пространство. Вернее, то, как она его чувствует. Когда она вспоминала насмешки других светлячков, вокруг неё будто набегали колючие, холодные сквозняки. Когда она думала о Поляне Вечного Праздника, в воздухе появлялся липкий, сладковатый запах, от которого слегка кружилась голова. А когда она вспомнила слова Бабочки Росинки о доме, грудь согрело мягкое, едва уловимое тепло, будто от первого утреннего луча.
«Мои чувства… они как кирпичики или как погода вокруг моего внутреннего дома, которого пока нет. Я позволяю чужим словам и поступкам устраивать внутри ураганы и метели. Или сама заливаю всё липким сиропом праздника, чтобы не чувствовать пустоты». – вдруг осенило Йону.
Она поняла первый урок: стены дома начинаются с решения не пускать внутрь разрушительную погоду. Не нужно впускать колючий сквозняк насмешек, ледяной ветер гнева или удушливый туман чужих обид. Можно заметить их за окном – да, вот он, ветер, он есть – но не открывать ему дверь. Можно наблюдать, но не впускать в свою гостиную.
«Но как же построить стены? Из чего?» – задумалась Йона.
Йона закрыла глаза и попыталась заглянуть внутрь себя. Туда, где жил её свет. Сначала она увидела лишь хаос: обрывки обид, страх одиночества, яркие, но пустые вспышки праздника. Она смотрела сквозь этот хаос, как сквозь грязное стекло. И вдруг… в самой глубине, под всеми этими наносами, она уловила слабое, но устойчивое мерцание. Оно было того самого, чистого серебристо-голубого цвета. Оно не мигало тревожно, не рвалось наружу. Оно просто было. Спокойное. Вечное.
Это и был её самый первый, самый главный кирпичик. Факт её существования. «Я есть. Я Йона. И мой свет – это я».
В этот миг случилось чудо. Внешний, привычный свет Йоны, который она всегда старалась приглушить или окрасить в желтый, вдруг вспыхнул именно этим внутренним, серебристым сиянием. Оно озарило её мягким, лунным светом. И это не было ослепительной вспышкой боли или гнева. Это был ровный, добрый, уверенный свет.
С этого кирпичика – с признания и принятия самой себя – и начинается строительство. Йона это почувствовала. В ней появилась тихая точка опоры.
Она открыла глаза. Лес вокруг не изменился. Где-то жужжали те самые светлячки, на Муравейнике кипела работа, Улитка Архип боязливо дремал в своём домике. Но для Йоны всё было иным. Она больше не была Потеряшкой, бесцельно носящейся по чужим углам. У неё появилась миссия.
Она мягко оттолкнулась от ромашки и полетела дальше вглубь Леса. Ей нужно было найти Мастера, который научит её смешивать раствор для крепких стен, ставить окна, чтобы видеть мир, но не пускать сквозняк, и разжигать в камине неугасимый огонь. Она верила, что такой Мастер должен быть.
А её собственный свет, пусть пока ещё неяркий, но уже настоящий, освещал ей путь.
Глава 3: Прописка для Души
Путь Йоны лежал к самым старым деревьям Леса. Говорили, что там живут мудрецы, которые помнят, как проклевывались первые семена. Её серебристый свет, теперь уже не скрываемый, мягко освещал корявые корни и узорчатые лишайники. В воздухе витал запах мха, сырой земли и свежести.