Марина Ангелова – Между нами, девочками (страница 4)
Я смотрела в окно и ревела. А небо было таким красивым! Леша, ты не представляешь, каким было небо в этот вечер! На него словно кто-то разлил розовую краску и оно рисовало причудливые узоры из облаков. Впервые в жизни я смотрела на небо и видела небо. Не свои проблемы, заботы, мысли что купить на ужин, а именно небо! Проникалась его красотой, восхищалась его величием и непредсказуемостью!
И тогда я решила, что оставшиеся пять дней должны стать самыми счастливыми в моей жизни. Если я все это время ждала счастья, значит, оно должно прийти! Я радовалась каждой прожитой минуте, каждому новому облачку на моем небе, улыбалась каждому человеку, даже нахальной санитарке Зойке, которую ненавидела вся больница за ее постоянное выражение: «Ну че там опять?!».
Я отказалась от уколов и лекарств и часами сидела в парке, наблюдая как играют дети, как разговаривают прохожие, как нежно целуются влюбленные парочки. А еще брала хлеб и кормила птиц. Они облепляли меня со всех сторон – такие хрупкие, доверчивые, садились на меня и ели прямо с руки, протягивая свои маленькие головки на тонких шейках. И мне было так хорошо, как не было за всю жизнь!
На третий день я смогла ходить без тросточки. Врач, увидев это, попросил повторно сдать анализы. Как он был удивлен! Смертный приговор он отменял за свою практику впервые!
Я вернулась из больницы домой и решила пересмотреть свою жизнь. Продала машину и трехкомнатную квартиру и переехала в маленькую, уютную квартирку. Деньги, которые мы откладывали непонятно на что, во всем себе отказывая, я теперь трачу на путешествия и развитие. Нас учили копить просто так и деньги лежат на сберкнижках бесцельным грузом. А ведь деньги – это возможности. И лучшей возможности, чем приносить нам радость, у них нет. Мы должны видеть радость в каждом нашем дне.
– Да, но не у всех это получается.
– А что мешает?
Старик замялся, Светлана продолжила:
– Не отвечай. Сейчас ты найдешь тысячу причин не делать ничего, но причина одна – нежелание над собой работать. И я тебя понимаю. Это тяжелейший труд – обвинять в своих бедах не окружающих, как мы привыкли, а только себя.
– А все вокруг ангелы во плоти по-твоему, да?! – Начал заводиться старик. Ему не давали покоя мысли о Ванечке.
– Ты конкретно о ком-то?
– Да, о ком-то! Вот мой сын, например. Бросил меня одного и уехал со своей… – Старик запнулся, желая покрепче выразиться, но постыдился Светланы, – …женой, будь она не ладна. Внука мне еще ни разу не привезли! Все работа у них там какая-то! Да просто старый больной идиот на хрен никому не нужен! Это ты понимаешь!
– А ты сам-то себе нужен? – Тихо, но уверенно спросила женщина.
Старик махнул рукой и отвернулся. После некоторой паузы, не оборачиваясь, он вполголоса сказал:
– Сам себе я уже давно не нужен.
– Так чего же ты ждешь тогда от других? Человек, который не любит сам себя не вызывает любви у окружающих. И бесполезно их в этом обвинять.
– Но ведь я его отец! Плоть от плоти!
– Это прекрасно, но закон притяжения сильнее. Представляешь, на людей он тоже действует! И пока ты сам не излучаешь любовь, тебе никогда ее не получить извне. Никогда, запомни!
Полуденное солнце залило весь парк – деревья, дорожки, скамейки. Стало жарко. Гулявшие по парку люди устремлялись в тень и к киоскам с мороженым. Двое пожилых людей, сидевших на лавочке, услышали звуки музыки и обернулись – на сцену вышел оркестр и ведущий объявил медленный танец.
– Да ну его все к черту, Светка! Пойдем танцевать! – Алексей Анатольевич решительно подскочил с лавочки, отложив трость и подхватил свою спутницу.
Движения были нежные и плавные, а дух захватывало так, что старик только давался диву – такого он не чувствовал даже в свои 22, когда танцевал со Светланой на выпускном института геологии.
– А прыть-то у тебя осталась прежняя! – Восхитилась собеседница.
– А может и добавилась! – Похвастался Кравцов. – Будем танцевать до упаду и наплевать, что скажут люди!
– А ты посмотри на них.
Старик оторвал взгляд от голубых глаз собеседницы и огляделся. Люди, стоявшие вокруг, смотрели на них с восхищением, почти не дыша. У многих на лицах были теплые, добрые улыбки, кто-то перешептывался: «Вот это любовь!», кто-то откровенно завидовал: «Хотел бы и я в его годы так отплясывать», кто-то, растрогавшись, смахивал набежавшую слезу. Старик так удивился, что даже запутался в ногах и чуть не упал.
– Вот это да! Глазам своим не верю!
– А ты что хотел увидеть?
– Санитаров, которые приехали за нами.
Оба засмеялись. Танец наполнился нежностью и понес их ввысь к своей чувственной сути. Туда, где двое держат друг друга в объятиях и ощущают, как сплетаются их души в единое целое. Алексей Анатольевич потянулся губами к губам женщины, которую когда-то любил. Ему казалось, что он любил ее всегда. Только ее одну.
Музыка закончилась. Повисла пауза, которая тут же взорвалась аплодисментами стоявших вокруг людей. Старик не понимал, где он находится. Было такое ощущение, что центр его жизни переместился из головы в самое сердце и наполнило его незнакомым доселе ощущением – будто раньше он жил отдельно, как брошенная запчасть, а сейчас его кто-то собрал в единое целое. Ему казалось, что такие важные вехи жизни человека, как молодость и старость были специально разделены каким-то злым волшебником. На самом же деле они едины и представляют одну суть. Но понять это может только тот, кто любит жизнь и хранит в душе радость.
– Приглашаю прелестную даму прогуляться по парку. – Протянул он руку.
– С удовольствием! – Согласилась Светлана.
Они шли, держась за руки, внезапно на Алексея Анатольевича накатила тревога.
– А есть ли смысл любить эту жизнь, когда тебе остались считаные дни? – Спросил он.
– Если ты ее любил хотя бы минуту, она уже прожита не зря!
Эта мысль была так неожиданна, что старик даже не сразу услышал звонивший ему телефон.
– Алло, папа? Мы приехали, а тебя дома нет. Я тебя с утра ищу, где ты?
– Сын? Сынок, это ты? Это правда ты? Ты мне звонишь? – У старика перехватило дыхание. Подступивший комок болезненно сдавил горло, что стало трудно говорить. – Ты приехал ко мне, сынок?
– Да, папа. Мы с женой решили вернуться домой и заняться бизнесом. И хотим познакомить тебя с Ванечкой, он о тебе очень много спрашивал – какой ты, какого ты роста, какого цвета у тебя глаза, какой у тебя нос. Он уже нам все уши о тебе прожужжал… – Посмеялся сын и продолжил говорить, но Алексей Анатольевич уже не мог слушать – слезы текли, словно водопад, который вымывал из него все обиды и очищал его душу. Он присел на лавочку, которая блестела, купаясь в солнечных лучах и была изрядно накалена. Светлана села рядом, обняла его за плечи и тоже, растрогавшись, заплакала, разделяя его счастье.
Глава 3. Про любовь.
Глава про нас, женщин, про наше отношение к мужчинам, про их отношение к нам, про наши страхи, наши заморочки, убеждения и прочие «радости жизни», над которыми надо работать. Но давайте обо всем по порядку. Для начала их надо увидеть.
Брюни и Блонди
Жили две прекрасные девушки – брюнетка Брюни и блондинка Блонди. Брюни была очень женственная, а Блонди, несмотря на мифы о блондинках, очень умная.
Однажды они встретились, сразу же подружились и стали сотрудничать. Девушки захотели изобрести чудесный элексир, чтобы каждая женщина в мире была счастлива. А Блонди еще хотела поднять репутацию блондинок. Но пока ей приходилось притворяться дурочкой, чтобы их исследования никто не воспринимал до поры до времени всерьез и не захотел бы их похитить и присвоить всю славу себе.
И вот, после долгих лет упорной работы, они, наконец, изобрели эликсир счастья! Девушки очень обрадовались и решили отпраздновать это событие и пойти в театр на оперу.
Ведь как раз в их местный театр приехала знаменитая итальянская опера. Главный солист этой оперы, Сильвио, имел красивейшее
Брюни и Блонди восторженно рассказывали друг другу свои впечатления и поняли, что обе по уши влюблены в него. Они решили с ним познакомиться. Ведь они тоже были девчонки очень даже!!!
Девушки познакомились с ним и тоже очень понравились ему. Итальянец был настолько темпераментным, а девушки – настолько очаровательны, что он влюбился в обеих…