Марин Монтгомери – Тайное становится явным (страница 34)

Ага, вот только он хотел прямо противоположного – не таких серьезных отношений.

Да чтоб его… Это и его ответственность тоже.

Всю дорогу я грызу и так уже скверно выглядящие ногти. В конце концов решаю перехватить Джастина до его смены, которая начинается в пять вечера.

К сожалению, это означает, что мне приходится трижды пересаживаться с маршрута на маршрут, чтобы добраться до окраины города, где и находится свалка металлолома. Но даже сейчас я все еще в нескольких километрах от нужного мне места, топчусь на конечной автобусной остановке. Мне остается только надеяться, что кто-нибудь даст мне мобильник, чтобы я могла позвонить.

Иногда другие пассажиры добродушны и готовы помочь. Иногда – готовы убить за косой взгляд. Настроение толпы зависит от многих факторов – принял ты вовремя таблетки или нет, удалось ли пообедать, возвращаешься ли ты домой из поездки – и из какой поездки. В конце концов, какая за окном погода.

Мужчина, которого я прошу одолжить мне телефон, сначала крепко сжимает его в кулаке, готовый дать мне отпор. Очевидно, он решил, что я собираюсь его украсть. Потом, правда, он видит слезы в моих глазах и немного смягчается.

Я скрещиваю на удачу пальцы и под жалостливым взглядом хозяина телефона набираю номер Джастина. Надеюсь, что он не занят сейчас со скейтбордом – иначе велик шанс, что его телефон валяется где-то в сумке и он ни за что его не услышит.

Но нет, Джастин берет трубку почти сразу же, словно ждет звонка. Говорит он низко и очень чувственно.

– Привет, красотка, – соблазнительно шепчет он.

– Привет, я на заправке около свалки металлолома.

– А, Элизабет? Ты откуда звонишь?

Я понимаю, что он это не меня ожидал услышать, и мое сердце болезненно сжимается. Как быстро, оказывается, пропадают чувства.

– Это важно? – с трудом шепчу я. – Мне нужно с тобой поговорить.

– Элизабет, если это по поводу вчерашнего… – начинает он уже своим обычным, нормальным голосом. – Я сказал то, что сказал. Я люблю тебя, но мы сейчас не можем быть вместе.

Чувство такое, как будто я вату жую. Горло пересохло. Его слова – словно удар под дых, особенно потому, что в моем чреве сейчас растет ребенок.

– Да, я поняла. Но это важно. Пожалуйста.

Он еще возражает. В этот момент у меня только одно желание – отпинать его.

– Пожалуйста, Джастин. Ты не опоздаешь на работу, обещаю.

– Ладно, сейчас подъеду.

Я отдаю телефон обратно своему попутчику, и он кивает, как будто прекрасно все понимает.

Я жду снаружи павильона, пиная камешки. Старую тарахтелку Джастина я слышу даже раньше, чем могу ее увидеть. Джастин паркуется и открывает для меня сломанную дверь. Я проскальзываю внутрь.

– Как делишки, Элизабет? – начинает он. Это его приветствие такое банальное, такое детское, что мне хочется заорать. Я, конечно, удерживаюсь, просто сжимаю руки. Кутикулы у ногтей обкусаны и кровоточат. – Просто скажи, что стряслось. Малыш, уверен, не все так плохо.

– Я сделала тест, потому что…

– По какому предмету? – прерывает меня Джастин, абсолютно равнодушный к тому, что я пытаюсь сказать. Я делаю глубокий вдох.

– У меня не было месячных несколько месяцев, и сегодня я сделала тест…

– И ты мне говоришь только сейчас? – крайне удивляется он, и его глаза в неверии расширяются. – Ты беременна?

– Да, я беременна.

– И ты говоришь мне только сейчас?

– А тебе никогда не было интересно, почему у меня с Рождества месячных нет?

– Да я и внимания не обращал, – признает Джастин и трясет головой. – Быть того не может…

– Еще как может.

– Ты просто пытаешься мной манипулировать.

– Что? – я откидываю голову на спинку сиденья. – Серьезно? Да у меня нет ни одной причины тобой манипулировать.

– Я понимаю, тебе просто нужно, чтобы у тебя кто-то был, – вздыхает Джастин. – Я хотел расстаться… Думал, мы оба хотим расстаться – и ты вдруг выдаешь мне вот это.

– Я пыталась… – с тяжелым вздохом говорю я. – Прошлой ночью я пыталась тебе рассказать.

– Ты знала и ничего мне не сказала?

– Тогда я еще не сделала тест, – объясняю я. – Хотя вообще-то то, что ты не заметил никаких признаков, немного настораживает.

– То есть ты сегодня сходила к врачу, и тебе сказали, что ты стопроцентно беременна?

– Я еще не была у врача. Это был тест на беременность из магазина.

– Так что это не точно? – с облегчением спрашивает Джастин.

– Джастин… – теперь вздыхаю уже я. – Это электронный тест. Они настолько же точные, как и врачебные тесты.

– И сколько ты сделала?

– Один.

– Может, он сломался, – упрямо говорит Джастин.

– В смысле, дефектный? Ну, может… – Я кладу ладонь на его плечо. – Но, честно говоря, я в этом сомневаюсь. Ты что, не заметил, что меня постоянно тошнит? Что я устаю? Что я набираю вес?

– Я думал, это просто стресс, – отвечает Джастин и прикусывает губу. – Как давно ты уже беременна, как ты думаешь?

– Думаю, около четырнадцати или шестнадцати недель. Но чтобы знать точно, нужно сходить к врачу.

– Сколько? Что, настолько давно? – ужасается Джастин и после того, как я жму плечами, переходит на шепот: – Ты хочешь его оставить?

– Я не знаю… Все это слишком неожиданно.

– Да, но у тебя-то было время подумать, – хмыкает он. – Теперь понятно, почему ты мне задавала все эти дурацкие вопросы. Блин, я даже ничего и не заподозрил. Как ты вообще собираешься обеспечивать ребенка?

– Ты имеешь в виду, как мы с тобой будем обеспечивать ребенка? – саркастически уточняю я.

– Элизабет, я ничего этого не хочу.

– Ты себя так ведешь, как будто я это сделала без твоего участия. Насколько я помню, ты присутствовал при зачатии.

– Я использовал презерватив.

– Когда как, – возражаю я и устало тру лоб. – Джастин, сейчас это не главное. Я не хочу с тобой ругаться. Все уже случилось. Я уже залетела.

– Ты не можешь попросить Диану дать денег на…

Я быстро его обрываю.

– Почему это я должна ее просить? Это не ее проблема.

Джастин с силой опускает кулак на приборную панель.

– Потому что у меня прямо сейчас нет денег, чтобы об этом позаботиться.

– Я даже не знаю, хочу ли я вообще делать аборт.

– Этот вариант у нас должен быть в списке приори…

– Почему бы нам не обсудить все варианты? – перебиваю его я.

– Я уже сказал – нам не стоит заводить ребенка.

– А я не считаю это достаточной причиной, – заявляю я и выскакиваю из машины. – Знаешь что, вообще забудь обо мне. Мне от тебя ничего не надо.