Марин Монтгомери – Тайное становится явным (страница 33)

Я со стыдом перевожу взгляд вниз, на свой живот, который я все это время пытаюсь скрыть свитерами на размер больше и мешковатыми джинсами.

Видимо, не очень успешно. Если уж Шарлотта заметила, то все остальные давно уже все поняли.

Я трясу головой. Это неважно. Важно то, что если она решила купить для меня эти тесты, то по одной конкретной причине.

Но когда я получше присматриваюсь к содержимому коробочки, то понимаю, что один из тестов отсутствует.

– Нашла воду? – кричит Шарлотта из гостиной, пока я пялюсь на тесты. От неожиданности я даже подпрыгиваю на месте.

– Да, – выдавливаю я.

Так это Шарлотта, возможно, беременна? Ну ничего себе. Прямо в голове не укладывается. Впрочем, мне и не до этого.

Нужно взять тест на беременность, приказываю я сама себе. Тебе необходимо точно узнать, что происходит. Нельзя больше это игнорировать.

Шарлотта вообще заметит, что один из тестов пропал? У нее их целая куча. Вот рядом лежит еще одна не открытая коробочка.

Я не даю себе времени передумать – просто хватаю тест, засовываю его за пояс леггинсов и прикрываю свитером, а потом возвращаюсь в гостиную. Протягиваю Шарлотте бутылку воды и широко улыбаюсь, надеясь, что она ничего не заподозрила.

– Можно мне воспользоваться туалетом?

И я направляюсь в знакомую мне ванную комнату первого этажа, но меня останавливает Шарлотта.

– Подожди! Он, э-э, сломался, – смущенно говорит она. Ее щеки краснеют. – Там смыв, он, в общем, плохо работает.

– А…

– Просто поднимись на второй этаж, там тоже есть ванная комната.

– Хорошо, спасибо.

Неспешно поднимаясь по лестнице, я придерживаюсь за перила – в последнее время я стала легко выдыхаться. Второй этаж в доме Шарлотты открытый – она может поднять голову и в любой момент увидеть, как я иду по коридору. Словно под микроскопом.

Первая дверь широко открыта. Кажется, это гостевая спальня – в ней идеально чисто, но очень пусто. Стоит только двуспальная кровать, а также шкаф и тумбочка.

Телевизор внизу начинает шуметь громче, чем раньше, и я вздрагиваю.

Следующая дверь прикрыта, но сквозь щель я вижу, что это кабинет. Окно в этой комнате большое, на низком широком подоконнике лежат подушки. У одной из стен стоит стол. На нем две маленьких таблички – та, что слева, с надписью «Беспорядок для женщины», на правой надпись «Мужская рабочая обстановка». Выглядит кабинет и впрямь как-то очень по-мужски, что ли. Красное дерево – или это дуб? На стенах фотографии каких-то спортсменов и красивых старинных автомобилей. Через всю соседнюю стену тянется книжная полка, заставленная увесистыми книжными томами. Хемингуэй чередуется с Сильвией Плат. Но мой взгляд цепляет совсем не это, а фотография посередине – и на ней модно разодетые Ной и Шарлотта.

Боясь, что она решит, что я тут шпионю (что, по сути, именно так и есть), крадусь обратно в коридор. К счастью, Шарлотты на втором этаже пока нигде не видно. Пробую третью дверную ручку. Заперто. Хм-м. Я трясу ручку, но ничего не происходит.

С этажа ниже доносится шум текущей воды.

Я отправляюсь назад и наконец нахожу ванную комнату. Я о таких только читала в журналах – в ней две двери, через одну можно войти в ванную комнату из коридора, а другая ведет в гостевую спальню.

Убедившись, что обе двери прочно закрыты, я делаю еще один глоток из бутылки с водой и медленно обхожу помещение. Потом останавливаюсь у зеркала и пытаюсь как-то приободриться. Говорю себе, что это просто тест и завалить его никак нельзя.

Да, но он может быть положительным. Может оказаться, что я беременна, мрачно напоминаю я себе.

Я стараюсь не думать о том, что будет, если тест окажется положительным… Особенно учитывая то, что мой парень только что бросил меня, а еще я вот-вот выйду из программы опеки.

Ты и так уже все знаешь, верно?

Да. Просто я сейчас в стадии отрицания.

Руки у меня трясутся, пока я неуклюже пытаюсь удержать тест над унитазом. Ничего не выходит, и в конце концов мне приходится начать тихонечко напевать, чтобы заставить себя пописать. В процессе я чуть не роняю тест в воду.

У этого теста электронный экранчик, и утверждается, что точность у него такая же высокая, как если сделать тест у гинеколога.

Черт. И что теперь? Сейчас нужно просто успокоиться и подождать. Я смотрю на свое отражение в зеркале, и в конце концов просто закатываю глаза. Сжимаю зубы, не в силах переносить это нервозное чувство ожидания, и кладу пропитанный мочой тест на край раковины.

Работал бы у меня телефон, я могла бы поиграть во что-нибудь или поискать работу собачьей сиделкой.

Или поискать информацию об агентствах по усыновлению.

Меня снова накрывает осознанием, что Джастин меня бросил. Что теперь я беременна – и совершенно одна. Я начинаю психовать все больше и больше. Сцепляю руки, не зная, куда их деть, и в конце концов выхожу из ванной – никакого желания сидеть и ждать у меня нет. По крайней мере, в спальне был балкон, с которого открывается чудесный вид на озеро. Выхожу на него, вдыхая холодный весенний воздух. Солнце приятно греет кожу, как бы говоря, что ничего страшного, скоро лето.

Я судорожно сжимаю витые железные перила и замираю на месте, погруженная в свои невеселые мысли. И даже не слышу шагов Шарлотты – вообще не замечаю ее до тех пор, пока она не начинает стучать в балконную дверь. Ну елки-палки!

– Все хорошо? – спрашивает Шарлотта. Она стоит, положив руку на дверной косяк – к счастью, не подходит ближе, давая мне немного пространства.

– Да, простите, – как можно спокойнее отвечаю я, стараясь скрыть свои чувства. – Даже не представляла, что у вас такой шикарный вид на озеро.

– Впечатляюще, да? – произносит Шарлотта. – Люблю смотреть за людьми. Кто-то кормит птиц, кто-то совершает пробежку… И в озеро каждый год запускают рыбу, так что скоро и рыбачить начнут.

Просто нечестно, что Шарлотта может в любое время выйти на берег озера, а мой отец гниет в тюрьме.

– Сверху все совсем по-другому смотрится, – говорю я вместо этого. – В смысле, мне озеро никогда раньше не казалось большим. А отсюда оно выглядит просто огромным.

– Ну что, пойдем вниз? – спрашивает Шарлотта. Мне приходится выйти за ней из комнаты. Попутно я замечаю, что она очень тщательно закрывает за собой двери.

Вот она задергивает тонкие газовые занавески… Я начинаю краснеть. Мне нужно забрать тест на беременность, прежде чем Шарлотта увидит его.

– Подождите, я только схожу высморкаюсь. Я сама потом спущусь вниз.

И я спешно ретируюсь в ванную комнату, где с экранчика теста мне невинно подмигивает плюс. Положительный.

По моему лицу катятся крупные капли пота. Желудок внезапно бунтует, я ощущаю, как к горлу подступает скудный завтрак, и падаю перед унитазом на колени.

Потом встаю, полощу рот, утираю его и допиваю оставшуюся воду. Продолжать таскать с собой уже использованный тест довольно глупо, так что я аккуратно запихиваю его в упаковку и прячу в мусорную корзину – в картонной упаковке из-под зубной пасты, под горой мятых салфеток.

Когда выхожу из ванной, слышу шаги Шарлотты этажом ниже. Но что действительно странно – это то, что до меня доносится звук смыва, а она сама сказала мне, что туалет сломан.

Голова у меня кружится – и от тошноты, и от результатов этого чертового теста. Когда я медленно спускаюсь по лестнице, то встречаюсь взглядом с Шарлоттой, выходящей из туалета. Она утирает рот рукой.

Интересно, у нее тоже токсикоз, как и у меня?

– Все хорошо?

– Да, все в порядке, – слабо улыбается мне Шарлотта.

– Разве вы не сказали, что туалет сломался? – обличительно спрашиваю я. Шарлотта выглядит ошарашенной моим тоном.

– Просто нужно было вернуть на место эту маленькую штучку… Такую пластиковую штуковину в бачке, – объясняет она. На моем лице отражается непонимание, и Шарлотта трясет головой. – Неважно. Я не знаю, как она на самом деле называется. Ной мне по Скайпу показал, что надо сделать.

Теперь я чувствую себя идиоткой. Я хочу спросить, когда Ной снова приедет, но не уверена, стоит ли. После моего опрометчивого вопроса Шарлотту как подменили – плечи сгорбились, губы сжаты в тонкую прямую линию.

– Я собираюсь пойти прилечь. Ты ведь доберешься сама?

– Да, конечно, – отвечаю я, натягивая кеды. – Спасибо, что согласились поговорить со мной.

– Приятно было повидаться, Элли. – Шарлотта улыбается, но ее глаза остаются холодными. – Приятного тебе вечера и удачи.

– Шарлотта… – зову я ее и она оборачивается ко мне. – У нас все в порядке?

– Да.

Она стоит, подбоченившись, и молча смотрит, как я тяну за задвижку и открываю дверь. На прощание я киваю.

В мыслях полная неразбериха, меня одолевает вопрос – что мне делать дальше? Я знаю, что мне нужно поговорить с Джастином, но сама мысль об этом меня ужасает.

Это будет правильно. Он должен знать.

Вопрос только когда. Мне нужно решить, когда сказать Джастину.

Еще не решив точно, чем мне заняться и куда податься, я ловлю первый автобус. Перспектива вернуться к себе домой звучит угнетающе, но ехать на разговор с Джастином и того хуже.

Я напоминаю себе, что он мне нужен. В конце концов, я же не сама собой забеременела. Мы, может, и расстались, но он же был моим парнем весь этот год.