Марика Становой – Рождение экзекутора (СИ) (страница 63)

— Ты экзекутор и это тебе не нужно. Мы с тобой уже говорили на эту тему. Ты должен наконец повзрослеть. Ты — ажлисс, и вся твоя смертная жизнь осталась за крышкой инкубатора. И твоё желание выкопать прошлое может навредить Империи. Может всколыхнуть недовольство. У ажлисс нет родных среди смертных. Нельзя создавать преимущества и зависть у людей. Это основы нашего существования. Хочешь парочку тех оленей на остров?

— Им там будет мало места, — насупился Стив. Да неужели непонятно, что олени ему не нужны?

— Хорошо, тогда надо их выпустить в лес около базы — они будут красиво смотреться в контрасте с желтыми парковыми ланями.

Ужин прошел в бессмысленном разговоре. Стив даже не понял, что он ел. Он механически глотал и его заботило только одно — больше не соскользнуть на щекотливую тему, которая так и рвалась в разговор. Потом он соберется с силами и поговорит. Потом!

После ужина Джи часто снова работал, но тут Стив ослабел от благодарности — Джи пошел сразу в спальню. Стив, дрожа, нет, вибрируя нервами, всем телом и душой в ожидании и нетерпении, нырнул в постель, обмирая и еле-еле вспомнив, что надо аккуратно повесить вещи — Джи любит порядок! И умер, переместился через временной портал к моменту, когда Джи оказался рядом и услышал:

— Мне не надо привязывать тебя за руки?

Стив покраснел и прильнул к своему Богу, спрятал лицо у него на плече:

— Нет, не надо. Я никогда больше не… Прости! Я люблю тебя!

— Ты еще ребенок совсем. Любовь проходит и уходит, а в жизни надо просто придерживаться правил. Мне не за что тебя прощать. Я знаю тебя, я специально выбрал именно тебя.

Стив уже не слушал, он уплыл, утонул и растворился в божественном счастье. Джи снова с ним, он снова с Джи и нет ничего кроме…

Потом, много времени потом, когда Стив был и не был… Он был в мыслях и чувствах Джи, ощущал его телом, его руками и, в то же время, он чувствовал его собой. Он не думал, где он, а где Джи, и сейчас было счастье, не было ничего, кроме сейчас, и оно было вечно… Но, чуть было не уснув, Стив вспомнил, что он хотел. Что у него есть одна маленькая, но болезненная проблема. Надо ее решить и избавиться от постоянной занозы, давно сидящей в сердце. Старая мысль выплыла сама и перетекла к Джи:

— Джи, а почему я? Ты бы мог вырастить кого угодно в лаборатории…

— А зачем мне кто угодно? Тело я действительно могу вырастить любое. Тело даже ты, особенно ты, — и он слегка прижал сразу встрепенувшегося и обнимающего его Стива к себе, — можешь вырастить какое захочешь. Но тело безвольно и неинтересно. Никакой андроид не может заменить человека. И не каждый человек может быть экзекутором и сможет быть со мной. Ты можешь. Я напрограммировал необходимые мне характеристики в поисковик, и система, проверив бесконечное множество вариантов, предложила тебя. И моя Крошка сама пришла ко мне. Мне нужно не только твое тело, главное — это твоя душа в этом теле… И к тому же у тебя давным-давно не твое родное тело, а очищенное от дефектов тело ажлисс, построенное по твоим данным и настроенное на твою душу. А твоя душа остается той же самой, независимо от того, в какую морфу ты меняешь свое тело.

Стив блаженно прошептал:

— Мой бог на самом деле демон, крадущий души…

— Я не могу украсть — всё и так принадлежат мне по закону. Но когда хорошо всем, хорошо и мне. Империя сильна и богата, силен и я. Я имею право на спутника, чтобы мне не было одиноко — и поэтому у меня есть ты.

— Я люблю тебя…

— Любовь приходит и уходит, а мне надо чтобы ты никогда не предал меня.

Стив испугался и быстро сел ближе, положив обе ладони Джи на грудь, приникая к нему, ища его взгляд:

— Как я могу тебя предать? Зачем? — чуть не закричал, но спохватился. — Я не могу жить без тебя… Там, на Гайдере, Хакисс чуть не умерла без тебя… От боли. От того, что ты бросил её… Ей было так плохо… А ты выбросил ее в степь, — совсем неслышно добавил Стив. — Я снова чуть не умер там… Но я больше не Хакисс, я не хочу быть Хакисс…

— Хорошо, если тебе удобней Стив, так и будет. Я согласился. Но Гайдера была для тебя необходима — тебя надо было встряхнуть. Ты не развивался, а после шока Хакисс собралась и пробудила резервы. На пустошах ты стал сильнее. И ты почти готов, почти такой, как я и хочу. Тебе это всё пошло на пользу. Быть экзекутором тяжело, а без моего руководства ты бы не поднялся выше обычного ажлисс. А как ажлисс ты бесполезен. Я нужен тебе так же, как ты нужен мне.

— Я боюсь, что тогда Хакисс на самом деле хотела тебя убить, — прошептал Стив. — Ты веришь мне, что я не хочу тебе ничего плохого?

— Я вижу, что ты не хочешь делать мне ничего плохого, — Джи улыбнулся и притянул к себе Стива. — Ты моя частичка. Моя Крошка.

— Я люблю тебя, — Стив убрал руки и положил голову своему императору на грудь. — Я умираю, когда ты отсылаешь меня… Но я никогда не предам тебя! Я не хочу тебя убивать не потому, что не могу, а потому, что не хочу, и я люблю тебя!

— А ты бы хотел попробовать жить без меня?

Стив задрожал… представив себя без Джи, он испугался, нет, ужаснулся и схватился за своего бога, прижимаясь изо всех сил, пытаясь оставить свое тело и перебраться полностью в его сознание.

— Нет! Я хочу быть с тобой, всегда хочу! Я не могу без тебя, совсем…

И получил легкий щелчок по носу. Джи засмеялся и выкинул его обратно.

— Не дерзи! И не лезь. Я знаю. Поэтому я тебя и взял — ты отдаешься целиком и полностью.

Джи отбросил его и лег на спину.

Стив тихо лежал ничком и паника понемногу начала овладевать им. Гайдера пошла ему на пользу? Пустоши пошли ему на пользу? Что еще за вопросы, мог бы он жить без Джи? Куда Джи собирается его отослать? И все-таки Джи не верит! Как сказать, чтобы понял? Как доказать?

— Джи, я никогда не сделаю тебе ничего плохого, — снова начал Стив тихо в подушку.

Джи прогладил его ладонью от поясницы к голове и ухватил за косу, приподнимая голову.

— И можешь не говорить, что ты любишь меня, я это вижу. Крошка, не выдумывай, я же вижу тебя насквозь и я знаю что ты думаешь. Наука идет вперед и сложно решить, можно ли давать людям ее блага. И какие. И как, — Джи потянул на себя, и Стив положил голову ему на грудь.

— Мы — первые ажлисс: я, Джул, Вик и другие; мы основали эту империю и многие из нас до сих пор работают дознавателями на передней линии отбора. У нас нет войн, практически нет болезней, очень мало преступлений. Жизнь для людей безопасна и приятна. Но бессмертие — тяжелое бремя, и нельзя давать его всем. А ты мне помогаешь понять, что давать, а что могут использовать лишь избранные. Ты — избранный, ты человек, который получил почти всё. И от того, насколько ты сможешь научиться контролировать сам себя, зависит очень многое. Даже когда у тебя есть возможность сделать кому-то плохо. Ты мне помогаешь найти решение, как воспитать идеального человека.

— А кочевники считают, что экзекутор — сосуд для всего зла…

— Нет, ты еще совсем дитя! — засмеялся Джи. — Ну какая разница, что думают люди? Главное, что ты делаешь для Империи и для меня. Главное, что ты помогаешь мне помогать другим. Поэтому я тренирую тебя, я понимаю, это тяжело, но ты уже многое умеешь. И поэтому у тебя больше ответственности. Например, кроме тебя никто не имеет права убивать. Но ты должен научиться лучше сдерживать свои желания, держать свое слово.

— Я держу свое слово. Но дознаватели тоже убивают…

— Дознаватели не убивают, они решают, кто не сможет быть членом общества; достаточен ли ему ошейник и ограничение прав или и это не поможет — и тогда человек уходит на переработку. Его погружают в счастливый сон и он уходит во благе. Они видят человека до дна, но не могут изменять его, никто не может изменить человека, кроме него самого. Например, ты можешь управлять человеком, но когда ты отпустишь его, то он вернется в себя прежнего. Но я приведу тебя к идеалу, если ты не предашь меня.

Стив молча придвинулся ближе к своему божеству. Ему не хотелось думать, куда поведет его Джи. Призрак так старательно спрятанной Гайдеры опять ожил и пробежал ледяными пальцами по сердцу. И про Криса так и не спросил. Но Джи видел его дневник и ничего не сказал, значит, все так и должно быть. Стив прогнал по телу спазм, расслабляя мышцы, разгоняя кровь и согреваясь. Натянул одеяло, прижался под бок к Джи. Боясь и не желая спрашивать, он все-таки прошептал вопрос, который мучил его давно:

— А кто учил тебя?

— Предыдущий император, естественно, — Джи переложил его поудобнее под руку, но Стива подбросило:

— Нет! Я… Я не хочу остаться вместо тебя! Не хочу, чтобы…

Джи удержал его и крепко прижал к себе.

— Я знаю, но я не собираюсь уходить. Спи, дурашка!

— Джи, — вдруг вылезла давняя беспокоящая мелочь, и Стив сел. — Ты наказал воров?

— Каких воров?

— Ну… — Стив послал воспоминание с забавной песенкой и кочевниками, утаившими ящик батареек. — В Сар Дижоне я казнил воров, а это то же самое, нет?

— Крошка, ты действительно думаешь, что у меня есть столько времени — жить в твоем дневнике? Забудь. Это мелочи. Если там появится большая нехватка, то андроид сообщит дознавателю дозена, и дознаватель будет решать. Такая ерунда не стоит внимания. Никакие законы и правила не могут быть универсальными. Люди должны сами по чуть-чуть изгибать рамку правил по ситуации. Иначе человечество действительно превратится в овец и цивилизация погибнет — нам неоткуда будет брать следующих ажлисс, вместо уставших и потерявших цель. Ажлисс тоже люди. Но скажи, тебе хочется казней? Или любви и эмоций? — Джи провел пальцем по груди Крошки, разрывая обратной регенерацией кожу и тут же заращивая рану.