Марика Полански – Любовница Черного Дракона (страница 30)
- А есть что-то про счастливую любовь? - торопливо произнесла Нарцисса, с ужасом понимая, что после чтения подобного проведет неделю, давясь от слез и бессильной злости на автора, допустившего подобное. - Без трагедии.
- Вам из классики или современное?
- Неважно. Лишь бы после этого хотелось жить и верить, что любовь существует.
Юноша кивнул и скрылся темно-зеленой шторкой. Послышался шуршание и скрип передвигаемой лестницы. Спустя несколько минут, лоританец (или эспиец?) появился с двумя книгами.
- В таком случае смею предложить вам поэму Эльвиго-Старшего “Воин в драконьей шкуре”. Древнее сказание о юноше, который совершал подвиги ради своей любви к лоританской царевне Эсминье, - на прилавок легла тонкая с золотым тиснением книжица. Рядом с ней лавочник положил более увесистый роман в зеленой обложке. - “Мечты на восходе” Элиз Тэмпест. Про любовь между вампиром из Золотого Клана и бедной галантерейщицей. Между прочим, одна из самых популярных сейчас книг.
- Возьму обе, - улыбнулась Нарцисса и достала из ридикюля вышитый кошелек.
Через четверть часа довольная покупками ведьма вышла из магазина и направилась в сторону парка Святого Эдмунда. Мимо, с размеренным цокотом о булыжные мостовые, проносились экипажи и повозки. То и дело слышались удары хлыста да громкие выкрики возниц, подгоняющих лошадей. Из стеклянных дверей универмага выпорхнула стайка девушек, больше похожих на разноцветных птичек, за которыми присматривала пожилая дама в черном строгом платье. Нарцисса отметила про себя, что дама уж очень похожа на ворону - не только цветом одежды, но и важностью походки и таким же спесивым выражением лица.
Ведьма перешла на другую сторону улицы, свернула в переулок с говорящим названием “Кофейный” и замерла. Прикрыв глаза, она с улыбкой втянула воздух, пропитанный ароматами кофе и свежевыпеченных булочек, и поднялась на веранду открытого кафе.
Официантка расторопно предложила меню, однако Нарцисса отказалась и попросила принести лимонный чай и вишневый штрудель. Согретая солнцем, она погрузилась в размышления. Ей вовсе не хотелось вспоминать о том, что было, и представлять будущее. В конце концов, все, что есть сейчас, это настоящее. Так почему бы им не насладиться сполна.
Нарцисса с замиранием сердца наблюдала за прохожими. Вон две барышни, прячущиеся от солнца под белыми ажурными зонтиками, медленно прогуливаются вдоль улицы. К ним спешит молодой усатый офицер в синем военном мундире, явно желая вернуть как бы случайно оброненный носовой платок. А вон небольшое семейство решило выбраться на прогулку: отец, по виду конторский служащий, приветливо улыбающаяся мать, и две девочки лет восьми и десяти.
Сердце замерло, стиснутое грустной надеждой. Может и у нее, Нарциссы, все когда-нибудь наладиться? Может и она сможет вот так идти под руку с любимым человеком и говорить о каких-то незначительных пустяках? Интересно, а какой бы женой она могла стать? А матерью? Наверняка бы души не чаяла в муже и детях.
Впрочем, надежда, такая далекая и такая мучительно-манящая, тут же угасла. Ну кто захочет жениться на ведьме? Да еще в ее возрасте. Да еще и с ее прошлым.
Нарцисса тяжело вздохнула и принялась ковырять вилкой штрудель, внезапно оказавшимся кислым до оскомины.
Впереди весенний сезон. Разумеется, Дрейк сделает все, чтобы пристроить свою подопечную. Но если не получится, то у нее будет право женщины свободной профессии.
От этого делалось совсем горько. Нарцисса поймала себя на том, что ей в общем-то не слишком и хочется становиться этой женщиной. Она мечтала о своей семье, а не о том, чтобы всю жизнь доказывать, что ни в чем не уступает мужчине. Хотя, определенно, с аттестатом ей будет спокойнее. Нет любви - нет разочарования. Нет разочарования - нет мучительной боли, похожей на смерть.
Мимо проехал экипаж, запряженный четверкой вороных. Он остановился поодаль от кафе, безотчетно приковав к себе внимание ведьмы. Из экипажа вышла высокая брюнетка, и что-то в этой даме заставило Нарциссу недовольно поежиться. В брюнетке она узнала Аннабель.
“Надо же”, - едко усмехнулась ведьма, наблюдая, как леди Блекхарт скрылась за тяжелой дверью кафе. - “Приставучая, как репей”.
Ее уже не радовало ни кафе, ни чай, ни тем более кислый штрудель. Одним глотком допив остатки чая, она подозвала официантку и расплатилась. Но прежде чем покинуть кафе, она вдруг увидела то, что болезненно сжало сердце в тисках и выбило воздух из легких одним ударом - вслед за леди Блекхарт за дверью скрылся Натаниэль.
Глава 12
У мадам Пинкертон была любимая присказка: “Ты хочешь знать правду или быть счастливой?” Модистка часто задавала этот вопрос какой-нибудь даме, обнаружившей переписку мужа с девицей сомнительной репутации.
Однажды Нарцисса спросила, почему Эржабет задает всем один и тот же вопрос. Устроившись в глубоком темно-зеленом кресле в своем кабинете, мадам Пинкертон подкурила сигарету широким жестом, спустила прямоугольные очки на кончик носа и вполне резонно заметила:
- Кто ищет, тот всегда находит, - и выпустив пару сизых облачков терпкого табачного дыма, пояснила: - Леди Энн читала письма своего мужа, желая уличить его в измене. И она этого добилась! Ее Генрих действительно влюблен в актрису из королевского театра.
- Не понимаю, - удивилась Нарцисса, помешивая ложечкой сахар в чашке с чаем, - почему тогда леди Энн плачет, если именно этого она и добивалась?
- Ах, дитя мое! Ведь это же так прекрасно, когда тебя все жалеют! Теперь для всего общества леди Энн - святая женщина, положившая на алтарь семьи всю себя. Все будут рассказывать о ее мужественной жертве, терпении и искренне сопереживать ее горькому состоянию. В то время, как ее мужа будут чистить во все корки и желать этой паскуде оскопления. Как по мне, сэр Генрих заслуживает большего участия. Но, разумеется, каждый получит свое: сэр Генрих уйдет к актрисе и будет жить в любви, а леди Энн останется одна, всласть упиваясь своим горем. Предвижу этот грандиозный развод! - Эржабет одним глотком опустошила рюмку с коньяком и не поморщившись закусила лимоном. - Если за человеком долго и пристально следить, то всегда что-то вскроется. И вот тут встает вопрос - а что потом делать с этой правдой?
Почему-то именно этот разговор всплыл в голове у Нарцисса, когда она нерешительно остановилась перед дверью, за которой скрылись лорд Валлори и леди Блекхарт. На мгновение ей сделалось стыдно - зачем ей знать, почему Натаниэль и эта девица решили встретиться? В конце концов, он ей не жених, и ничего не обещал.
Но злая ревность терзала сердце, как обозлившийся пес - кусок мяса. Потоптавшись на месте, ведьма направилась прочь от кафе. Не зачем себе душу травить. Как говорила незабвенная Эржабет: “Любить себя надо больше, чем остальных”.
Нарцисса не запомнила, как добралась домой. Отказавшись от обеда, она заперлась в своей комнате и, забравшись с ногами в глубокое кресло, дала волю слезам. Ведьму трясло от обиды и досады. Но хуже всего было от осознания, что ее внезапно пробудившаяся любовь оказалась игрой собственного воображения. Надежда на счастье треснула и разлетелась на осколки, подобно хрупкому стеклу. И также, как острые осколки ранили душу.
Над головой послышалось хлопанье крыльев, и малиновка села на вздрагивающее плечо. Птичка покрутилась на плече и ласково куснула Нарциссу за мочку ухо.
- Видишь, как бывает, Кроха, - ведьма шмыгнула носом и осторожно погладила малиновку по серой головке. - Кого-то любят просто так, а кому-то суждено провести жизнь вот так. В одиночестве. Неважно, насколько ты добрая и хорошая - тебя или любят, или нет.
Кроха покосилась на Нарциссу и перелетела на подоконник.
- Ну и куда ты меня зовешь? - устало проговорила ведьма, наблюдая, как пташка беспокойно топчется по подоконнику, поглядывая то в окно, то на Нарциссу. - Хочешь, чтобы я пошла за тобой?
Малиновка громко цвиркнула, будто соглашаясь и снова засуетилась.
- Ладно, быть по-твоему.
Вскоре Нарцисса петляла между деревьями буковой рощи, стараясь не упустить из виду Кроху. Когда из глубины рощи послышались грубые окрики рабочих и глухие удары, ведьма замедлила шаг. Ей вспомнилось, как Стивен сообщил, что Натаниэль приказал обнести забором рощу, чтобы беспокойная госпожа Ливингстон ненароком снова не оказалась на обрыве рядом с Драконьим Источником.
Впрочем, вряд ли рабочие за три дня успели возвести стены. Хитро подмигнув Крохе, опустившейся на низкую ветку, Нарцисса свернула вправо и шла до тех пор, пока возгласы не стихли.
Драконий Источник встретил ведьму тихим хрустальным перезвоном. Лица коснулся ласковый ветерок, и в ту секунду Нарциссе вдруг показалось, что она встретилась со старым другом, которого очень давно не видела. В груди разлилось тепло и сделалось так хорошо и легко, как будто кто-то вскрыл старую рану, очистил ее и тут же залечил.
Щемящее чувство тоски покинуло ее - Источник исцелял то, что не было видно простому человеческому глазу. Он пел о древних временах, о вечности, о бескрайней красоте и свободе. Это не было похоже на тот туман, который охватил разум, когда Нарцисса впервые оказалась на поросшем яркой зеленью обрыве. Сейчас все было по-другому.