Марика Полански – Любовница Черного Дракона (страница 10)
- Я тоже искренне рад тебя видеть, Коротыш.
- Сукин ты сын, Дрейк! - гном с чувством ударил кулаком по ноге Натаниэля и всхлипнул. - Год как вернуться, и даже не навестить старого друга! А между тем, я дважды приезжал к тебе.
- Был занят.
Уточнять, чем был занят старый друг, гном не стал. Вместо этого он потеснил Натаниэля и просеменил к дивану.
- Позвольте представиться. Моя фамилия Шанс. Рудольф Шанс. К вашим услугам, - гном галантно протянул руку Нарциссе и склонил голову.
Пристально разглядывать незнакомого человека не совсем вежливо. Таращиться во все глаза с открытым от удивления ртом - так и вовсе за гранью хороших манер. В свое оправдание Нарцисса могла бы сказать, что из-за волнения забыла о правилах приличия. Однако, положа руку на сердце, призналась - она никогда не сталкивалась с подобным.
Стакан задрожал в ее руках. Рудольф подхватил его, повел ноздрями над краешком и устало вздохнул:
- Яманский молочай. Выпейте, вам станет легче.
Не помня себя, обескураженная Нарцисса осушила залпом стакан. Горечь обожгла язык, заставив закашляться. Горло сжал судорожный спазм, однако через секунду по телу разлилось блаженное тепло.
Кабинет начал приобретать краски: вон над комодом висит умиротворяющий пейзаж, а вон на подоконнике за стеклом сидит взъерошенный воробей. На рабочем столе, заваленным различными бумагами, стоит аккуратная хрустальная ваза с нарциссами. Их тонкий аромат щекотал ноздри и успокаивал.
Нарцисса удивилась, вдруг осознав, что ничего этого не заметила. Кроме пугающих инструментов, запертых в стеклянные короба. Да и те уже не выглядели такими уж устрашающими. “Это все яманский молочай”, - напомнила она себе и мысленно отмахнулась. Какая разница что! На душе сделалось спокойно, будто ее коснулось солнце, которое заливало сейчас кабинет, будто одуванчиковым вареньем.
- Какие у вас красивые нежные пальчики! - вкрадчиво проговорил Рудольф, не сводя с Нарциссы восторженного взгляда. Он осторожно потерся губами о кончики ее пальцев. В этом, едва уловимом жесте, было столько интимности и столько откровенного восхищения, что лицо запылало от смущения. - Пахнут бергамотом. М-м-м… Изумительно! Должно быть, вы прекрасно играете на фортепиано. Как вас зовут?
- Нарцисса, - негромко ответила она.
Рудольф мечтательно прикрыл глаза и вздохнул.
- Какое красивое и редкое имя, - и с нескрываемым удовольствием повторил по слогам: - Нар-цис-са… Один из самых моих любимых цветов. Нарциссы такие утонченные, такие хрупкие. Древний эллийцы называли его “Цветком Богов” за его красоту. Знаете, глядя на вас, я теперь понимаю почему...
Внутри что-то дрогнуло. Никто так не говорил с ней прежде. Так тепло, так искренне. Будто она неповторимо прекрасна и, главное, достойна восхищения. Глаза защипало от непрошенных слез.
Рудольф продолжал говорить. Он по-прежнему держал ее ладонь, ласково поглаживая второй рукой тыльную сторону. Его голос становился все тише и вкрадчивее, и вот Нарцисса неосознанно придвинулась ближе к гному.
- Кхм…
Нарцисса поняла, что напрочь забыла о присутствии Натаниэля в кабинете. Он стоял, облокотившись спиной на комод и скрестив руки на груди. Синие глаза метали ледяные молнии, а на лице играли желваки. Приятное чувство злорадства укололо ее, но она взяла себя в руки, стараясь не выдать нахлынувшего удовольствия.
Рудольф демонстративно закатил глаза и с сожалением вздохнул.
- Простите, но надо идти, - он поднялся с дивана и недовольно пробурчал в сторону Дрейка: - И какая нелегкая занесла вашу благородную задницу в наши отнюдь не благородные места?
- Де Виньи, - с непроницаемым ответил тот. - Мне нужно, чтобы ты кое-что проверил для меня.
***
Он не ревнует, подумалось Натаниэлю. Просто стало неприятно от того, как она потянулась к другому, напрочь забыв о всех правилах приличия. Дрейк прекрасно знал: дай Рудольфу волю, - и он соблазнит даже королеву Витторию, о неприступности которой ходят легенды. И, тем не менее, глядя на нежный румянец и трогательную, по-девичьи смущенную полуулыбку Нарциссы, Дрейк почувствовал себя уязвленным. С ним она не была столь щедра на…
Натаниэль выругался. Щедра на что? На улыбки? На стеснение? Он не мог подобрать слова, и это доводило до белого каления. Тоска легла серой тряпкой на плечи, будто он упустил нечто очень важное, и теперь это было недосягаемое далеко.
Сознание услужливо вытащило картину из недавнего прошлого: они едут в экипаже, и Натаниэль в безотчетном порыве накрыл ее руку своей. Возможно, хотел успокоить, а может это был бессознательный робкий шаг к примирению. В кабинете он перегнул палку, и чувство вины подспудно давило на сердце.
Но Нарцисса молчаливо выдернула руку. Он ждал хоть какого-то отклика, да хотя бы возмущения. Но она не удостоила его даже взглядом. Только по лицу пробежала тень глубокой печали и тотчас скрылась за ледяной маской безразличия.
“Могла бы быть и помягче”, - угрюмо подумал Натаниэль. Безразличие зацепило его больше, чем могло бы зацепить ответное оскорбление.
Глядя, как Нарцисса спокойно и без лишних рассуждений пошла за Рудольфом в дознавательскую камеру, чувство глубокой обиды еще сильнее уязвляло сердце. В конце концов, он же ее не любит, напомнил себе Натаниэль. Да и девчонка оказалась с неприятным сюрпризом. А ревность уместна, когда любишь…
Дрейк смотрел сквозь толстое защитное стекло, как гном помогает устроиться Нарциссе на кресле магического детектора, и пытался подавить зарождающийся гнев и обиду.
- Ну вот, - услышал он мягкий голос Рудольфа из динамика. Гном перетянул ремень на левом подлокотнике и проверил, не передавливает тот руку Нарциссе. - Так удобно?
Дракон внутри собственнически ощерился. Надо же! Он еще и воркует над ней!
- Если вы считаете, что в подобной ситуации можно себя чувствовать комфортно, то, пожалуй, да. Удобно.
Из ее голоса исчезла привычная язвительность. Нарцисса потерянно улыбалась. Но за этой улыбкой отчетливо проскальзывали страх и напряжение.
Рудольф погладил ее руке тем жестом, которым обычно успокаивают лошадей.
- Гуманизм шагнул далеко вперед. Раньше, чтобы определить ведьму, зашивали в мешок и бросали в канал. Или сдирали кожу, чтобы увидеть скрытые ведьмовские знаки.
Нарцисса побледнела и дернулась в сторону. Однако ремни надежно удерживали ее в кресле.
- Тише-тише, - ласково затараторил Рудольф. - Сейчас будет немного неприятно. Никто не собирается сдирать с вас кожу.
Но Нарциссу не успокоили ни медовый голос Рудольфа, ни его речи. Костяшки пальцев, впившиеся в подлокотники, побелели от напряжения. Гном напоследок погладил по руке и вышел из камеры.
- Я так понимаю, ты не сказал Нарциссе, куда везешь ее.
Гном плотно прикрыл дверь лаборантской и тяжело опустился на стул рядом с Дрейком. Он поднял стеклянную крышку панели со всевозможными рубильниками и переключателями, проверил бумагу в магографе и щелчком оживил аппаратуру. Замигали разноцветные лампочки, тихо зажужжал магограф, выдавая прямую линию на магограмме.
- А что я должен был сказать? - угрюмо произнес Натаниэль, наблюдая за манипуляциями Рудольфа. - Что везу ее к мастеру пыточных дел?
Тот наградил Дрейка осуждающим взглядом и тяжело вздохнул:
- Сейчас принято говорить: “Дознаватель первого уровня”. Слово “пытки” считается неприемлемым и пугает потенциальных подозреваемых. Они теперь за это могут в суд подать. За неправомерное истязание во время допроса. Пугливые нынче колдуны пошли. Раньше хоть каленым железом, хоть на дыбу - хрен их испугаешь! А сейчас что? “Ко мне применялось физическое насилие!” - Рудольф скорчил рожу, передразнивая неведомого оппонента, и презрительно плюнул: - Тьфу! Мерзость какая! А, между тем, эта тварь извела всю семью, наслав моровую язву.
- О ком ты?
- Да все ж о Энни Моран. Редкостная стерва. Впрочем, получила свое, - гном щелкнул тумблером и вопросительно покосился на Дрейка. - Ты уверен, что Нарцисса ведьма?
Не сводя взгляда с растерянного лица Нарциссы, Натаниэль медленно кивнул:
- Ты же знаешь, драконы хорошо чувствует ведьм. Но нет ни опознавательных знаков и каких-либо других симптомов. Я видел у нее проявление защитного лунатизма. Я хочу знать ее магический потенциал.
Рудольф кивнул, щелкнул тумблером и подался вперед к передатчику.
- Нарцисса, я включаю детектор.
Женщина в кресле нервно поерзала и ответила:
- Хорошо.
Пальцы ловко пробежались по кнопкам, гном потянул на себя маленький рычажок и тело Нарциссы внезапно вытянулось будто его потянули в разные стороны за невидимые ниточки.
- Эх, ну почему все ведьмы такие женщины! - с сожалением выдохнул Рудольф и едко заметил: - Ты теперь решил всех своих любовниц через магический детектор прогонять?
- Она моя подопечная.
- Оу!
Черные глаза Рудольфа красноречиво заблестели. Натаниэль стиснул зубы и угрожающе прошипел:
- Увижу, что ухлестываешь за ней, привяжу к одному из твоих станков и отрежу то, чем ухлестываешь.
- Что я вижу! Натаниэль Дрейк пылает от ревности! - гном весело загоготал и подмигнул. - Но подопечная - не жена. А я, знаешь ли, мужчина одинокий. Был бы рад видеть такой цветочек у себя в саду. Или ты имеешь на нее свои виды?