Марика Макей – Призрачный зов (страница 21)

В конце концов мы подошли к Толстому, и Глеб сразу спросил:

– Как ты? Держишься?

Толстый вздрогнул, выныривая из собственных мыслей, покосился на меня, но быстро перевел взгляд на Глеба, потом пожал плечами.

– Васек сказал, что тебе что-то привиделось. Расскажи подробнее.

– Ага, привиделось, – буркнул Толстый долгую минуту спустя. – Посмотрел бы я на Васька, если бы ему подобное привиделось.

– Ну так что ты видел?

– Призрака, – выдохнул Толстый. – Мертвеца! Он будто смеялся надо мной. Песни пел.

– Песни? – Я, не удержавшись, вклинился в разговор. – Какие песни?

– А есть разница? – возмутился Толстый.

Мы с ребятами переглянулись, и я еле сдержался, чтобы не захохотать. Понял, что Толстый увидел Семена, и развеселился. Хотя это значило еще и то, что горе-свидетель никак не поможет нам с новым отпечатком.

– Ванек, – осторожно начал Глеб, – обычно, если призраки поют, значит, они дают подсказку. Например, как их упокоить.

– А мне это зачем? Я ничего не собираюсь делать, и уж тем более упокаивать мертвецов… Пусть вам мерещатся, раз вы этим занимаетесь.

Как я и предполагал, разговор с Толстым шел туго. Парень был близок к истерике, а такое состояние до хорошего вряд ли доведет. Вытянуть из него что-либо не представлялось возможным, Толстый сразу начинал беситься или умолкал. Он увидел призрака, наконец-то уверовал в потусторонний мир, но почти слетел из-за этого с катушек. Знать, что в деревне происходит чертовщина, и видеть все собственными глазами – разные вещи.

– Я больше не хочу с этим сталкиваться, – оборвал Толстый очередной вопрос Глеба. – И вас я не понимаю, неужели вам не страшно?

– Страшно, – кивнул я. – Но чтобы покинуть Гнездо, мне придется во всем разобраться. Хорошо, что у меня есть такие друзья, как Глеб, Зоя, Рыжий и Кики. Без них я давно лишился бы разума.

– Тебе хоть есть куда уехать, а нам здесь жить! – оскалился Толстый.

– Не обязательно, если получится убрать барьер.

Именинник фыркнул и снова уставился на огонь в мангале. Никто, кроме нас, не обращал на него внимания, даже Васек стоял возле Инги и что-то говорил ей на ухо, отчего девушка постоянно смеялась. Толстый остался один на один со своей проблемой, но были мы.

– Если хочешь, мы тебе все расскажем, введем в курс дела, – предложил Глеб. – А если надо выговориться, можешь обращаться.

– Я что, мелкий сопливый слюнтяй, по-вашему? Один справлюсь! – Толстый немного подумал. – Я и могилы копать не стану, не то что с призраками сражаться. Бред!

– Как бред, если ты сам все видел? – не удержался я.

– А я не знаю уже, что видел. Может, это ваши россказни на меня так подействовали.

Я выразительно закатил глаза и даже выругался. Что бы вокруг этого парня ни происходило, он всегда находил этому будничное объяснение. Оказывается, всему виной – мы!

– Пошел ты, Толстый! – не выдержал я. – У тебя мозг как у пятилетнего! Словам не веришь, глазам своим – тоже. Что вообще тебя сможет убедить? – Я усмехнулся и хотел уйти, но сначала добавил: – Можно сколько угодно отрицать очевидное, но оно не перестанет быть правдой!

Сказал и зашагал прочь. Через минуту меня догнали ребята. Я думал, снова начнут читать нотации, но этого не произошло. Видимо, Толстый умудрился выбесить даже их. Я знал, что этот день рождения ничем хорошим не кончится, но хоть без драки обошлось.

На следующий день, как и несколькими днями ранее, я снова отправился к сгоревшему дому.

Семен появился перед Толстым, так почему же он не показывался мне? Может, конечно, это произошло до того, как я устроил Семену допрос.

Визит мой вновь не увенчался успехом, как я ни старался дозваться парня. А когда выбрался из зарослей ивняка и пошел по дороге возле Плотинки, меня ожидал сюрприз. Только я этому «подарочку» совсем не обрадовался.

– Снова ты тут околачиваешься, горожанин, – просипел Толстый, слегка покачиваясь. – Призраков ищешь?

– Чего тебе? Если в друзья набиться хочешь, то не выйдет. Я тебе не Глеб, чтобы все прощать.

– Друзья, – усмехнулся он, а потом снова повторил врастяжку: – Друзья-я-я…

– Да что с тобой?

– Не выспался, – ощетинился Толстый.

И впрямь, он выглядел так, словно неделю не спал: огромные мешки под глазами, серая кожа, покрасневшие глаза. Вчера, возможно, я не обратил на это внимания из-за сумерек, но сейчас, когда солнце стояло в зените, недосып был очевиден.

– И почему ты не спал?

Толстый усмехнулся вновь, и от этого оскала у меня внутри все похолодело. Интуиция подсказывала, что добром наша встреча не кончится.

– Из-за вас! Точнее… из-за призраков. Но вы-ы-ы… – Толстый шагнул ко мне и ткнул пальцем в грудь. – Вы всему виной! Вы сделали так, чтобы я помнил! Вы-ы-ы!

Он ревел как разъяренный медведь. Я машинально попятился, понимая, что от парня можно ожидать чего угодно, тем более – когда он в ярости.

– Я не понимаю…

– Не понимаешь?! – брызжа слюной, выкрикнул Толстый. – Мне вчера исполнилось восемнадцать! Сегодня я должен был проснуться с чистой памятью, без воспоминаний о призраках, без страха… Но из-за вас этого не произошло. Вы все испортили!

Толстый замахнулся. Я отшатнулся, оступился и упал – только это спасло меня от удара в лицо. Не мешкая, я пнул Толстому в колено, он взвыл от боли. Я знал, что на него не подействуют уговоры, не поможет красное словцо, поэтому пришлось действовать решительно.

Мне повезло, что бессонные ночи вымотали Толстого, иначе с такой махиной я точно не справился бы. Но и сейчас этот разъяренный бугай был опасен. Поэтому я вскочил на ноги и пустился наутек. А в спину мне летели проклятия Толстого.

Глава 21

Наводка с того света

– И что, он просто на тебя набросился?

Мы все собрались дома у Зои, чтобы обсудить насущное и решить, как действовать дальше. Сидели за столом, Зоя разлила чай по кружкам, но я к своей так и не притронулся.

– Не просто, а с обвинениями, – буркнул я, исподлобья взглянув на Глеба.

Почему-то я злился именно на Глеба, хотя меня хотел избить вовсе не он, а Толстый. Но вера друга в здравомыслие Толстого выводила меня из себя. Я не понимал, почему он до сих пор не сбросил этого хряка со счетов.

– Мы же ему говорили, что забвения больше нет, – пожала плечами Зоя. – Видимо, не поверил.

– Вот только не надо его жалеть! – Я состроил гримасу и как можно противнее протянул: – О, бедный-несчастный Ванька, как же ему сложно! А давайте его поддержим. Пусть он всю злобу на нас выместит, ему же сейчас так плохо. – И добавил уже нормальным голосом: – Вот только достается от него мне одному.

– Имеешь полное право злиться, – положив руку мне на плечо, кивнул Кики. – И мстить. Хочешь, я возьму биту и мы вместе его отделаем?

Я не смог сдержать улыбки, но Глеб быстро стер ее с моего лица.

– Не будем мы никого отделывать. Не забывайте, кто наши враги.

– Толстый и есть враг, – стиснув зубы, ответил я. – Отпечатки хоть не в своем уме или защищаются, а этот придурок просто прицепился.

– Так уж и просто? – хмыкнул Глеб. – Тебе ли не знать, как чертовщина действует на людей? Вспомни, что ты устроил на похоронах Карасева.

Это заставило меня замолчать, напомнив о выходке, которую я учинил.

Заметив мою растерянность, Глеб быстро добавил:

– Но я все равно не позволю Толстому распускать руки. Даже если он до смерти напуган, это не оправдывает драки. Так проблему не решить.

Я ничего не ответил, просто сделал вид, что согласился. Глеб уже столько раз пытался приструнить Толстого, нянчился с ним, объяснял, а эффекта – никакого.

– Толстого я возьму на себя, – подытожил Глеб. – Давайте лучше решим, что делать с Семеном.

– А что с ним сделаешь, если он просто исчез?

Я кивнул, соглашаясь с Рыжим.

Наш лидер в задумчивости прижал указательные пальцы к губам, а потом обратился ко мне:

– Вы с ним вроде ладите. Предложи ему игру.

– Игру?..

– Когда он появится, тебе снова захочется расспросить его. Не делай этого. Попробуй задавать наводящие вопросы, на которые можно отвечать мимикой и жестами. Чем черт не шутит? Вдруг это обезопасит его от сущностей и мы получим ответы.