Марика Крамор – Своя чужая жена (страница 7)
В голове срабатывает какой-то щелчок, но какой конкретно, я не успеваю уловить.
– Ладно, выздоравливай, созвонимся.
Заеду к маме. По дороге заскочу в детский магазин, куплю Никитке пару раскрасок с машинками и наклейки. Он их обожает.
А мне нужно хоть с кем-то поговорить. Я так не могу уже…
Набираю заветный номер и, услышав родной голос, сразу заявляю:
– Мам, я заеду скоро. Где-то через часик нормально?
– Вообще, конечно, нормально, но у меня форс-мажор. Клиентка не сможет приехать на примерку, а ей заказ нужен кровь из носа через пару дней. Поэтому я сейчас к ней еду сама. Так что дома никого нет. Алечка, я же столько раз тебе предлагала. Взяла бы ключи, дождалась бы меня.
– Нет, мам, всё нормально. В другой раз. Не отвлекаю…
Отключаю вызов. Видимо, придётся возвращаться домой и опять топиться в мёртвой тишине собственного «домашнего уюта».
Глава 6
– Когда ты от него уйдёшь?
Я сама не поняла, как успела отворить дверь и впустить Долохова в квартиру, а теперь он уверенно разбавляет моё одиночество, стоя на пороге, потому как приглашать его пройти я точно не собираюсь.
Скольжу ошеломлённым взглядом по лицу, которое давным-давно мне казалось в
– С чего ты взял, что имеешь право задавать подобные вопросы?
– С чего ты взяла, что я куплюсь на твои отговорки?
– Что тебе нужно?
– Хотел увидеться.
– Мы с тобой не друзья. Не коллеги. Не родственники. Ты не можешь просто так зарулить в гости.
– Ты меня так плохо знаешь?
– Это ты меня плохо знаешь. Если сейчас вернётся мой муж, он меня не поймёт.
– Во-первых, я всегда смогу объяснить доступно. Во-вторых, он не горит желанием возвращаться домой, ты и без меня об этом знаешь. А в-третьих… ты сама не хочешь, чтобы я уходил. Не хочешь сейчас оставаться одна.
Я не знаю, куда мне деваться от правды. Той самой, которая грызёт изнутри. Которая на всю мощь кричит:
– Пригласишь пройти? – он прожигает меня тёмным взглядом. Бесовским. Наглым. И таким знакомым…
– Проваливай, – киваю на дверь. С Колей иначе нельзя. Хотя… с ним и такая настойчивость и жёсткость не всегда «прокатывали».
Я громко сглатываю, не в состоянии спрятаться от своих мыслей. От них не убежать и не скрыться. И они причиняют почти физическую боль.
Долохов упрямо складывает руки на груди. И саркастически выгибает левую бровь. Ну вот, что и требовалось доказать. Припёрся ко мне домой. Ещё и устанавливает свои правила.
– Ладно. Давай по существу. Ты хотел увидеться. Увиделся?
– Ты куда-то торопишься?
– У меня через час встреча.
– Без проблем. Всё понимаю. Могу подкинуть.
– Коль. Я на машине. Разберусь без тебя. Скажи, ты совсем не отдаёшь себе отчёта, что твоё появление… не совсем нормально?
– Не совсем нормально другое. А это вполне ожидаемо.
– Чего ты хочешь от меня? – продолжаю аккуратно обходить его упёртость. Плавно выводя разговор в нужное мне русло. Грубить или иронизировать нет смысла. С этим… бесполезно. Только мягко и аккуратно гнуть свою линию.
Но как только я замечаю его тяжёлый, потемневший взгляд, тут же мысленно хлопаю себя по лбу, потому что понимаю: оступилась…
Ну только не это!
Я отхожу на шаг назад, пытаясь понять, насколько далеко он рискнёт зайти.
Долохов скидывает с себя ботинки и неуклонимо приближается ко мне. И только сейчас я понимаю: достаточно далеко.
Так и двигаемся. Я опасливо отступаю назад. А он прёт напролом и наступает на меня.
Когда отходить уже стало некуда, я останавливаюсь и задираю голову. Понимаю, что опасно. Понимаю, что всегда раньше тонула в его хищном взоре. Но ничего не могу с собой поделать. Ведь не факт, что он решится до меня дотронуться.
Вопреки моим мыслям Долохов кладёт ладони на мои плечи и медленно опускает до локтей.
Наивная. Глупая и наивная. Дотронется. Факт. Ещё как дотронется. Он уже ко мне прикоснулся…
От волнения дыхание сбивается. Вырываться нет смысла. От этого человека не убежать. Пока он сам не позволит, расстояние между нами не увеличится. Что бы я ему ни сказала. Сколько бы усилий оттолкнуть ни приложила.
– Так когда ты от него уйдёшь?
Хорошо, челюсть на месте. А ещё чуть-чуть, и она точно со стуком грохнется на пол.
– Не к тебе ли случайно?
– Нет, конечно. Не случайно, а вполне осознанно. И намеренно.
Его ладони плавно движутся вниз, заставляя руки разогнутся в локтях. Если он скользнёт ниже, то поймает меня за бёдра.
– Коль. Ты ворвался ко мне домой. Предлагаешь несусветные вещи. Хочешь затащить меня в постель, которую я делю с мужем. Ты считаешь, это адекватное поведение?
Брыкаться, кричать, вести себя, как полная истеричка, смысла нет. Вот правда. С Долоховым у меня это ни разу не прокатило в прошлом. Хотя раньше я грешила этим. Пару раз точно было.
– Разумеется, нет, – сейчас на удивление отлегло. Не ждала такого ответа. – Я хочу тебя затащить в свою постель. Но никак не мять простыни Крецкого.
Его руки плавно перемещаются на моё тело. На мне платье, ещё ведь на работу нужно успеть. И я собиралась заранее.
А мужчина жадно изучает моё тело.
– Что смотришь? Забыл, какая я?
– Наоборот, помню.
Обхватываю пальцами его запястья и с невозмутимым лицом, пытаясь оторвать от себя настойчивые мужские пальцы, произношу:
– Пойдём. Я провожу тебя.
Цепляюсь взглядом за его губы, допуская невероятную ошибку.
Долохов подаётся вперёд, резко сжимая ладони, и за бёдра притягивает к себе. Моё дыхание сбивается от неожиданного движения.
В его взгляде уверенность, твёрдость. Он не отступит.
– Не трудись. Я сам знаю дорогу.
Его губы накрывают мои. Коля жёстко проталкивает язык ко мне в рот, наваливаясь на меня. Не позволяет отстраниться или отвернуться. Мои руки он держит крепко.
Дышать тяжело. Сопротивляться ещё сложнее.