Марика Крамор – Наследник чемпиона (страница 12)

Чувственное «Анют», сорвавшееся с его губ, повисает в воздухе болезненным напоминанием. Обхожу преграду в виде стола, останавливаюсь прямо возле Назара:

— Садись. Обнажай колено, — киваю на кушетку.

— Анют… — в его голосе звучит предупреждение.

— Анна Юрьевна! — огрызаюсь. — Штанину закатай!

Расстреливаю его глазами, я почти кричу. Почти…

— Да она узкая внизу!

— Значит, штаны снимай! — мой взгляд горит холодным огнем. Я уже не отступлю.

— Ты серьезно?!

— Да! Быстрее!

Он шумно и рвано выдыхает, сдерживаясь, но начинает дерганно закатывать узкую штанину.

— Вот видишь, какой молодец! Ручки золотые! Справился! — моя похвала звучит как язвительная насмешка. — Вторую тоже!

Присаживаюсь на корточки. Оба колена выглядят обычными. Ни отека, ни гематом, ни деформации. Выглядят здоровыми. От этого становится еще непонятнее. Воспоминания о том первом осмотре тревожат душу нежностью. Мне нужно взять себя в руки. Сейчас я не женщина, а врач. И должна думать просто о его колене, а не губах и ночах, проведенных вместе!

— Видишь? Все нормально! — утверждает он, но в его голосе нет уверенности.

— А я тебе больше не верю, Назар, — заявляю, не отрывая взгляд от его колена.

Кладу ладонь ему на надколенник. Кожа горячая. Он непроизвольно вздрагивает.

— Больно? — тут же реагирую я.

— Просто… — бурчит он, глядя в сторону, — у тебя руки холодные.

Я игнорирую. Каждую эмоцию, что встрепенулась в душе. Одной рукой фиксирую бедро, другой начинаю осторожно, но настойчиво сгибать и разгибать ногу, проверяя амплитуду движения. Потом отведение.

Щелчок!

Замираю, поднимая глаза. Проверяю еще раз. Мой палец четко улавливает слабое движение: глухое, едва различимое. Точно щелчок! Я его чувствую. Назару не больно, но он тоже все ощущает.

Поднимаю возмущенный взгляд, и наши глаза встречаются.

— А это что? — уточняю с иронией.

— А что в этом такого ужасного? — он отводит глаза, но тело выдает его с потрохами. Назар очень напряжен: мышцы задубели, ноги каменные.

— Назар! — мой голос срывается на рычание. — Расслабься сейчас же! Мы в детский сад играем?!

— Ты как будто не видишь, что я не могу при тебе расслабиться! — огрызается бесхитростно и полосует отчаянным взглядом.

Мое лицо темнеет.

— Так перейди в другую команду! К другому врачу! Там и расслабитесь!

— А я не хочу другую! — бесится он.

— Значит, быстро расслабился! И дал мне закончить осмотр!

Продолжаю осматривать его колени.

— Ты сама видишь, что все нормально, — рявкает раздраженно.

— Ты шутишь?! — задираю голову, чтобы он видел мое возмущение. — Может, твое тело и работает идеально, но у тебя проблемы! За счет нестабильности в колене идет функциональная компенсация другими мышцами! Из-за некорректной нагрузки появляются скрытые слабые места! Сустав может работать неправильно и давать этот щелчок, который ты тут же компенсируешь! Отсюда твои перекосы! Так нельзя!

Он вздыхает неслышно и молчит. Смотрит на пол. Его плечи немного ссутулились, как у провинившегося пацана.

— Да иначе никак, ты не понимаешь? Мне же не восемнадцать, чтобы я летал как по воздуху.

— Противовоспалительные тоже глотаешь горстями? — не отпускаю я, чувствуя, как подступает беспощадная жалость, которую я гоню прочь.

— Иногда, — признается он нехотя.

— Название! — требовательно цежу сквозь зубы.

— Что с этим будешь делать? Ругать, как щенка?

— Мне необходимо знать, что ты принимаешь! Мне это нужно сочетать с БАДами, следить за воспалительным процессом, корректировать нагрузку! Да и потом, вдруг какие лекарства понадобятся, всегда имеет место ряд ограничений и запрет сочетаемости.

Мои руки все еще на его колене. И вдруг он, все так же глядя мне в глаза, накрывает мои пальцы широкой горячей ладонью.

Меня пронзает ток. Я вздрагиваю и судорожно отдергиваю руку, словно обожглась. Невысказанным возмущением сейчас царапну его!

Тут он сдается и четко проговаривает название. Ну… здесь ничего критичного, я, бывает, и посильнее назначаю…

— Спасибо, — роняю раздраженно и поднимаюсь. — Завтра у тебя МРТ коленного сустава, — объявляю я, возвращаясь к столу. — И бедра. И поясницы. И еще рентген. И только попробуй пропустить! — я бросаю на него непреклонный взгляд. Хватаю стопку направлений. — Анализы крови и консультация ортопеда.

Назар спускает штанины. Приближается.

— А вот это вот все точно надо?..

Протягиваю ему листы, а он не берет. Тогда я с размаху врезаю бумаги ему в грудь. Направления хлестко бьют его по ребрам.

Во мне больше нет злости. Только холодная стальная решимость.

— На льду без снимков катайся аккуратно. Завтра я объяснюсь с тренером.

Он сжимает челюсти. Мускул на его щеке напряженно играет.

— А дальше? На скамейку запасных меня посадишь?

— Я тебе не девушка больше, Назар. Я твой врач. И я не дам тебе калечиться дальше. Снимки с анализами принесешь, вот тогда и поговорим.

— А если они тебе не понравятся?

— Если не понравятся, то ты не играешь. Не тренируешься. И даже не смотришь в сторону льда. Это ясно?

Он устало прикрывает глаза:

— Но в этом же нет смысла. Ань…

Я отрезаю начисто:

— Диагностика, Назар. И это не обсуждается. Свободен.

Глава 13

АННА

Я сейчас разнесу что-нибудь! Он не принес ни снимков, ни анализов! Ничего!!!

Добрую половину тренировки я просидела в кабинете: от греха подальше. А теперь несусь к бортикам, как будто за мной сам черт гонится!

Внешне я ледяная статуя, внутри же все клокочет, шипит, как раскаленный металл, опущенный в воду.

Он что, вообще ничего не боится? Совсем надо мной издевается? Рациональная профессиональная ярость выжигает во мне все, кроме холодной решимости. Я жду. Терпеливо, как хищник. Пока тренер у доски что-то настойчиво чертит маркером, разбирая недавние ошибки на выездной игре, мой взгляд, как прицел, неотрывно ощупывает фигуру в номере тринадцать.

И в момент, когда все расходятся по углам, я, с мертвенной улыбкой, захожу в приложение на планшете, чтобы синхронизировать трекеры с сегодняшней сессией. Пальцы двигаются автоматически. Пока информация грузится, я глупо надеюсь на свою ошибку.

Данные выстраиваются на экране. Я щелкаю по его имени. И мир резко обрывается, уходя в стоп-кадр.