Marig Zhultad – Эффект безнаказанности. Часть 1 (страница 15)
– Да нормуль все будет, сейчас человечку брякну. – набирает номер телефона Гошан, потягивая сигарету в открытое окно. – Володя, удобно?
– А, Гошан, здарова. – послышался после гудков голос Владимира. – Выкладывай, чего там.
– Короче, магазинчик появился у нас, недалеко… ну ты понял. Надо перетереть лично.
– Давай по трубе, я не в городе пока что.
– А-а, понял. Магазин алкашки, там с товарняком даже. Хозяин уехал далеко и надолго, нам бы документы переоформить и заверить. Можешь своих людей подтянуть.
– Нормальный такой подгон, Гошан. Благодарю, не забуду.
– Все легально, с поставщиками тоже… по бумагам все на мази. Еще намечаются другие поставки, с ними уже сам разбирайся.
– Придумаем, не баран же я.
– Часть себе, часть в общак, ага-а? Почисти там все, уборщиков найми. Остальные вопросы через Гогу решай.
– Все понял, Гоша, сделаем как надо. Давай, отбой, я на трубе, если что.
– Связь. – сбросил вызов Георгий. – Ну вот и все, Витя. Если даже они обосрутся, то мы не при делах.
– Хитрожопый ты, Гошан. С каждым разом тебе удивляюсь.
***
Молодой афроамериканский парень развалился перед телевизором, переключая каналы и жалуясь на отсутствие хоть какого-то развлекательного контента. Время от времени потягивает бонг с марихуаной и чешет свои промежности. Трэнделл Клиффорд был типичным представителем Восточного Централа. Как и ему подобные подростки тусовался с друзьями на районе, занимался мелкими правонарушениями и частенько влипал в неприятные ситуации и прочие проблемы. Несмотря на это он был доволен своей жизнью. Телефонный звонок заставил его оторвать свою пятую точку от дивана и снять трубку.
– Какого хрена там надо? – пробухтел Трэнделл.
– Эм… мистер Клиффорд?
– Ага-а, это я. Чего такое?
– Мистер Клиффорд, у меня для вас не самые приятные известия. Даже не знаю с чего начать…
– Представься для начала, мудила.
– Кхм, да-да. Это офицер полиции Восточного Округа, сегодня к нам поступила информация, мы ее проверили и нам удалось найти вашего дядю.
– И где этот козел? Уже месяц ни слуху, ни духу!
– Сэр, вашего дядю нашли мертвым в лесной местности. Мне очень жаль.
– Вот дерьмо, ниггер, да ты шутишь!
– Трэнделл! Такими вещами не шутят. Скоро с вами свяжутся для получения дополнительных деталей и вам будет необходимо…
– Да пошел ты, говнюк! – повесил трубку Трэнделл.
Парень сел обратно на диван. Мысль о кончине родного дяди немного сбила его с толку, но в силу характера Трэнделла, долго он печалиться о чем-либо не мог. Именно по этой причине он ”заварил” себе свежую порцию марихуаны и разлегся на диване, вспоминая всю свою жизнь. В его голове мелькали картинки из детства и юности.
Трэнделл родился в бедной семье в районе Кипарис-Парк в Восточном Централе. Отец Трэнделла, Келвин, подрабатывал охранником в баре “Пять бутылок водки”, но, конечно же, основной деятельностью отца была продажа наркотиков. Мать парня, Кейт, не работала, сидела дома. Родители мальчика поженились только из-за его появления на свет. Ребенок рос агрессивным и неуравновешенным, однако очень общительным, всегда легко заводил новых друзей. Трэнделл, или как звали его на блоке “кореша” Пёс, пошел в школу в возрасте семи лет, но позже перестал ее посещать, так как считал это ненужным и абсолютно бесполезным занятием. Спустя семь лет мать Пса скончалась от передозировки наркотиков, а еще через два года отец бросил своего сына на произвол судьбы. Единственным оставшимся близким и родным человеком для Пса был его дядя Джек. Трэнделл жил у него, пока тот не завязал с прошлыми делами в весьма сомнительном обществе, представляющими из себя одних бандитов афроамериканцев, и не переехал в Куайтвилль с намерением начать свою жизнь с чистого листа.
***
Старое и изжившее себя кладбище Пайк-Бэй даже днем наводило ужас с первого взгляда. Кривые, перекошенные надгробия чуть ли не сдувало при порыве сильного ветра. Часть могил были пустыми, простые вырытые два на два метра земляные ямы. Местные власти давно бы прикрыли это кладбище, но “пиджаки свыше” всеми способами не дают этого сделать. Винс Хоффманн любил здесь прогуливаться в темное время суток, но его сегодняшний утренний путь лежал через данное злополучное место. Проезжая мимо него, он заметил знакомую девушку.
– При-приветствую… Оливия? Ты ли это? Ты чего тут? – подходил к девушке Хоффманн.
– Что? Кто вы? – отвлеклась девушка и поникше посмотрела на маньяка, кладя цветы на надгробие своего погибшего отца и стряхивая листья с него.
– Эм… это я Винс… помнишь? Мы учились вместе, а?
– Помню-помню, зачем ты пришел? Сейчас не лучшее время для таких встреч. – с непониманием и отвращением Оливия взглянула на бывшего одноклассника.
– Ам… да это я… песика своего проведать… умер недавно… я его тут и закопал. Отец, да?
– Да-а-а… – еле сдерживая слезы, шептала девушка.
– Что с ним стряслось? Он же вроде работал на пирсе, верно?
– Тебе-то какое до этого дело? Я не в настроении от этой школьной встречи.
– Эй-эй, я ведь тебе ничего не сделал… я… я просто пытаюсь помочь… – сказал Винс, не желая спугнуть Оливию раньше времени, ведет себя сдержанно и дружелюбно.
– И чем ты можешь помочь моему мертвому отцу?
– Слушай… давай пропустим по стаканчику и ты мне все расскажешь… что думаешь?
– Я не пью. – выражает явную неприязнь к Винсу из-за негативных моментов в детстве.
– Да ладно тебе… ты до сих пор злишься?! Мы же были детьми.
– Я не злюсь, я до сих пор не понимаю, какого черта тебе нужно?
– Ну и хрен с тобой, дура, ты все такая же дрянь какой и была в детстве! – плюнул на могилу отца Оливии и быстрым шагом направился к своей машине.
– Уматывай отсюда, идиот безмозглый!
Несколько минут Винс сидел в машине и пытался успокоиться. Ему очень хотелось прикончить девушку прямо на кладбище, но он сдерживался и продолжал следить за ней.
– Вот же проклятая сука! Я убью эту мразь! – замечает как Оливия покидает территорию кладбища, заводит двигатель. – Сдохни, проклятая сука!
Хоффманн выжимает газ и сбивает на полном ходу девушку, отчего та перелетает через капот, ударяется об столб, падает и несколько раз перекатывается по асфальту, оставляя за собой кровавые следы.
– Ну что, получила?! Вонючая проститутка! – тащит истекающее кровью тело в багажник своего автомобиля.
Еще один труп оказался на совести ненормального психопата. Как и всегда он знал наперед куда ехать. Винс отождествлял себя с разными хищниками леса, которые были неуловимы, грациозны и всегда справлялись со своими жертвами без каких-либо усилий. Багажник открылся. Маньяк вытащил Оливию и швырнул к дереву, недалеко от своей заброшенной лачуги.
– Очнись, тупая скотина, очнись! – бил по щекам девушку. – Поганая дрянь! Не хочешь меня видеть говоришь?! Тогда ты вообще больше ничего и никогда не увидишь!
Маньяк выхватил отвертку из боковой дверцы своей машины, потянул за волосы девушку и по очереди воткнул инструмент в оба глаза. Из глазниц полилась кровь, левое яблоко осталось на отвертке. На мгновение девушка очнулась и закричала от мучительной боли, но из-за болевого шока обратно потеряла сознание.
– Ха-ха-ха, твои сраные шары я добавлю в бульон вместо перепелиных яиц, дура! Тихо! У тебя был шанс остаться со зрением! – достал свой половой орган и начал им водить по телу несчастной жертвы. – Соси, поганая сука, соси! Скоро ты отправишься к своему паршивому папаше! Ха-ха-ха! Угадай кто его завалил! Я! Это был я!
Эйфория Винса разрасталась в геометрической прогрессии, его уже было не остановить. Он выхватил старый ржавый нож и принялся резать Оливию. За несколько минут ему удалось срезать всю кожу от горла до пяток, после чего он аккуратно сложил ее на заднее сиденье своего автомобиля. Истязания продолжались. Хоффманн с трудом отпилил конечности девушки и разбросал их по разным кустам поблизости, в направлении юга, востока, запада и севера. Он называл такой ритуал “Пазлы”. Ему приносило удовольствие, когда в местных газетах писали о том, что очередную жертву маньяка находят по частям в разных местах леса.
– Твоя шкура станет моим оберегом! Я сделаю себе костюмчик! Не волнуйся… часть твоя семья получит обратно! Хм-м… что же я забыл… ах да… пора придать тебе хрустящую корочку! Передавай привет своему паршивому папаше! – смеялся Винс, обильно поливая свою жертву бензином из канистры, приготовленной заранее. – Ты наверное уже с ним… что? Что!? Нет-нет-нет, я тебя не оставлю… ты пока прожаришься, но я потом вернусь… поужинаю тобой, ха-ха! Запеченные половые губы с хрустящей корочкой, надеюсь, что ты сегодня подмывалась. До скорого, дорогая Оливия!
Маньяк швырнул прикуренную сигарету в истерзанное тело и поспешил убраться подальше. Изуродованное тело несчастной девушки быстро начало гореть. Винс разделся до трусов и бросил свою черную шляпу, плащ и брюки в разгорающийся “костер”.
– Пожалуй слишком многие меня видели в этом… пора избавляться от старой одежды. – прощался психопат со своим фирменным платочком, оформленным в стиле флага штатов. – М-м-мне страшно… они прямо за спиной. Поганый скот дышит… просто дышит… в спину…
Вечером того же дня Винса одолевали смутные мысли. С ним такое происходило часто после очередного убийства. С одной стороны он был рад, что “удалил ненужный мусор” с лица земли, а с другой стороны – остатки, точнее сказать крохи здравого смысла, не давали ему спокойно “переварить” содеянное в голове. В таких случаях, для собственного успокоения, он искал новую жертву. Хоффманну попалась на глаза стопка новостных газет за прошлый год. Искра в безумных глазах и его новый план уже созрел в голове, готовый к исполнению. Винс надел свою старую рабочую одежду, которая была не стирана со времен правления прошлого президента. Он лицезрел себя в зеркало перед очередной вылазкой. Старая потертая рубаха, штаны, пропитанные потом, грязью и экскрементами фермерских животных, и ботинки, над которыми кружили мухи даже во время ходьбы хозяина.