Марианна Уильямсон – Духовный способ сбросить вес: 21 урок здоровья, стройности и душевного равновесия (страница 30)
Возможно, так обстоят дела не в каждой сфере твоей жизни; во многих областях ты можешь быть весьма деятельна и даже крайне успешна. Но твое подсознание выбрало доступный ему инструмент, с помощью которого оно выражает более глубокую истину скрытой ненависти к себе.
Голос унижающего или умаляющего тебя взрослого никуда не делся, ибо его еще не изгнали. В результате ты подсознательно следуешь указаниям призрака. Ты по-прежнему наказываешь себя; ты по-прежнему отказываешь себе; ты по-прежнему принижаешь себя. Так все и продолжается. Думать о том, что ты можешь побороть такую силу, просто придерживаясь диеты, — почти глупость.
На страницах своего дневника утром и вечером веди диалог с собой о своих истинных мечтах. От поездки в Париж до красивой внешности, от написания книги до собственного бизнеса, от обретения партнера до рождения детей — чего ты по-настоящему хочешь? Какое желание ты действительно хочешь видеть сбывшимся в своей жизни? Каково твое сокровенное желание — ибо, если
Не имеет значения, что мама или папа, твои сестры или братья, твои учителя или кто угодно другой не ценили твои мечты. Их ценил Бог — и продолжает ценить. Пора тебе начать думать как Бог всякий раз, как ты о чем-то подумаешь — включая саму себя.
Процесс ведения дневника — важный инструмент, и не только для снижения веса. Это инструмент для воспитания твоего высшего «я» применительно к любой области твоей жизни.
Прислушиваясь к себе, ты у себя учишься. Внимательно прислушиваясь к голосу собственного сердца, ты вновь устанавливаешь взаимоотношения со своим истинным «я», столь долго отрицаемым.
Начни прислушиваться к себе сейчас — и ты обнаружишь: то, что ты слышишь, — это музыка твоей души. Ее звуки станут сопровождать тебя, пока ты будешь двигаться к той жизни и тому телу, которые природа для тебя наметила. В глазах Бога ты прекраснее, чем представляешь, и более любима, чем думаешь сама.
Размышление
Размышление, которое завершает этот урок, — это поток сознания, который надо применять к каждому моменту своей жизни. Вместо того чтобы спрашивать себя: «О чем ты думаешь?» — и давать себе ответ лишь дважды в день во время записи в дневник, начни вести естественный диалог с собой в течение всего дня.
Напоминай себе всякий миг, как важно для тебя быть в контакте с собственными мыслями и чувствами. Только с такой позиции ты будешь по-настоящему глубоко чтить мысли и чувства других. Если ты отрицаешь себя, ты будешь всегда отрицать других людей. Но, будучи на связи со своей собственной истиной, ты начнешь глубже контактировать с истиной окружающих. Благодаря этой связи ты освободишься от ложной привязанности к пище. С этого момента еда станет настолько важна, насколько важной ей надлежит быть — ни больше ни меньше.
Урок 13
Прочувствуй свои чувства
Единственный способ убрать лишний вес непереработанных чувств — это позволить себе по-настоящему ощутить их.
Мы уже установили, что подсознательная сила пищевой компульсии является результатом непереработанных чувств. Переедая, ты ищешь возможности упрятать куда-нибудь чувства, которые кипят в тебе, — засунуть их поглубже, закрыть заглушкой или вызвать у себя онемение, чтобы больше не приходилось их ощущать вообще.
Опять-таки главной проблемой здесь являются детские шаблоны. Любовь и понимание других людей — а для ребенка этими другими людьми являются родители — обеспечивает вместилище для наших чувств. В более взрослом возрасте, если такое вместилище отсутствовало в детстве, обжора склонен искать в чрезмерном переедании тот сдерживающий фактор, который пища не может ему дать.
Родительская любовь задумана как образец Божественной любви. Когда родительская любовь обеспечивает нам безопасность, мы легче переходим во взрослом возрасте к понятию того, что мы в безопасности в руках Божиих. Если ты не чувствовала, что можешь безопасно передать свои чувства родителю, то сомнительно, чтобы сейчас ты ощущала возможность передать все свои чувства Богу.
Непризнанные эмоции не могут быть полностью прочувствованы. Как можно полностью ощущать что-то, что ты не можешь даже назвать?
Проклятье, конечно, ты голодна! — но это не голод по пище. Увильнув даже от сознательного признания своей боли, ты переходишь прямо к способу ее успокоения. Ты ищешь внешний источник, который обеспечил бы тебе такое ощущение, которое можно найти лишь
Компульсивный обжора часто набрасывается на пищу как на способ избежать того, чтобы ощущать свои чувства; но потом обращается с едой так же, как обращается с эмоциями, — спешит, забывает прожевывать и не может правильно переварить.
Когда твои эмоции прочувствованы, они могут быть признаны, рассмотрены, их уроки — усвоены; а потом их можно вверить Божественному Разуму. Но вместо того чтобы признать и
Эмоции, даже болезненные, возникают для того, чтобы сказать тебе что-то. Они — сообщения, на которые надо обращать внимание. Но как ты можешь обратить внимание на что-то, о чем даже не знаешь? Эмоции следует признавать и
Жизнь могла научить тебя тому, что эмоции опасны. Возможно, когда ты была ребенком, тебе приходилось слышать такие реплики: «Не реви — а то я тебе дам
В одном из предыдущих уроков мы исследовали воздействие травмы. Если ты пережила острую, даже жестокую травму, то ты научилась автоматически оглушать себя, чтобы не чувствовать следующего удара. Это был блестящий приспособительный механизм, созданный твоим подсознанием, — «замораживаться» настолько быстро, что, когда удар тебя настигал, ты уже ничего не чувствовала.
Однако проблема в том, что такой приспособительный механизм был создан исключительно для крайних случаев: он был разработан для спасения тебя от неминуемой опасности, а не для того, чтобы вести тебя по жизни. Он не был рассчитан на то, чтобы фундаментально изменить твою систему эмоциональных реакций, — однако именно это и произошло.
В очень юном возрасте ты подвергалась тому, что твоя психика расценивала как опасность, и теперь твое подсознание не делает различия между настоящей угрозой опасности и вполне терпимым стрессом.
Оно не знает, что можно впустить внутрь, а против чего надо бороться, поэтому противостоит