Марианна Красовская – Светлая душа темного эльфа (страница 28)
— Мягко говоря.
— А ты можешь их вернуть? Ну, Аарона и Орр-Вооза? Как тогда Мари?
— Я пробовал. Почему-то все становится только хуже. Гораздо хуже. Значит, в их гибели был какой-то смысл.
— Кто сказал, что они погибли? — тихо спросила молчащая доселе Аврора.
— Орр-Вооз не пошёл бы на Цитадель. А орки не пошли бы ни за кем, если бы он был жив. А Аарон… он же никогда в стороне не оставался.
— Я видела во сне Орра, — нехотя призналась Аврора. — Точнее, не его самого… а Солу и ее детей. Темненьких.
— Дай Бог… — выдохнул Оскар, потирая грудь. — Дай Бог.
— Что с тобой? — встрепенулась Галла. — Болит? Сердце?
— Защемило, — он поморщился. — Пойду вниз. Проверю оружие.
— А нам что делать? — спросил Павел.
— Молиться. Другого не дано. Спасти Цитадель может только чудо.
Павел и Аврора прибыли в Цитадель вместе с небольшим отрядом воинов из Багряного листа. Сидеть дома, пока единственная дочь пропадает неизвестно где, было им невыносимо. Здесь хотя бы были люди, которые разделяли их тревоги. Здесь была «стая» Павла: Галла, Антон, Ника, Сергей… Не хватало только Мари, но она давно жила в какой-то деревне с каким-то эльфом (разумеется, во грехе) и ни с кем из своих не общалась. Дети Ники и Сергея тоже далеко — ищут свой путь, и чем дальше, тем лучше — нечего им тут делать в такой ситуации.
--
Орр-Вооз оседлал своего коня. Выехал на холм. Отсюда старый замок, обнесенный высокой стеной, был как на ладони. В груди шевельнулось что-то странное, похожее на сожаление. Отчего-то старый замок было жаль. Он казался ему красивым и каким-то близким.
— Почему не осада? — спросил он вполголоса у своего верного длинного спутника в капюшоне. — Крепость хороша. Захватить бы ее целой.
— У них запасы. Это надолго.
— Мы куда-то торопимся? — ехидно поинтересовался орк.
— Войско надо кормить.
— Деревень что ли вокруг мало? Обложим Цитадель. Часть войска вперед пойдёт. Вон Кхан поведёт.
— В Цитадели эльфы. Они сильные бойцы. А распылять силы… ты про Карду слышал?
— Нет.
— Это в прошлую войну было. Разделили войско. Орки пошли на Цитадель. А демоны в Кадру. Там и кончились. Странники во времени дорого продали свою жизнь.
— Их больше нет. Один остался.
— У Князя Времени две дочери.
— Отчего не захватить их? Уж ради детей он откроет ворота. А не он — так его жена. Привезти. Показательно изнасиловать перед воротами…
— Их не взять. Только если половину земель эльфов сжечь. Далеко их увезли, позаботились.
— Ясно. Что ж, значит, Цитадель. Дракон когда прибудет?
— Через пару недель.
Орр-Вооз задумчиво смотрел на замок, где в окнах горели огоньки. Отчего-то ему хотелось вовсе пройти мимо него. Но нельзя — эльфы ударят в тыл. Он покачал головой и поморщился: головная боль в последние дни стала его постоянной спутницей.
— Пусть разожгут костры, как можно больше, — вполголоса приказал он. — И Кхана позовите. Хочу послушать, что он скажет.
Кхан — вождь одного из племен — с недавних пор стал его правой рукой. Он был умен, не любил бессмысленной жестокости и отчего-то мыслил в унисон с Орр-Воозом. Словно они были знакомы сто лет. Только Орр-Вооз совершенно точно его не знал до того дня, как Кхан привёл свой отряд к месту сбора.
У Кхана хорошие дисциплинированные воины. Сильные, послушные и, главное, здоровые. Среди них какой-то целитель есть. Давно пора на него взглянуть, да все некогда.
— Звали, вождь?
— Звал. Красиво?
Если орк и подумал что-то странное про своего командира, то виду не подал. Молча встал рядом, уставился в ночь.
— Восемьсот лет стоит, — наконец, произнёс Кхан. — А мы разрушим.
Погонщик за спиной орков одобрительно хмыкнул, но Орр-Вооз точно понял, что имел в виду Кхан. Орки — разрушители. Народ, который не строит, а ломает, обречен на вымирание. Только при Фергане об этом говорить не стоит.
— Разрушим ли?
— У нас нет выбора.
И снова Орр-Вооз поразился совпадению их мыслей. Качнул головой согласно и скривился.
— Ты говорил, у тебя чудо-лекарь есть? — вспомнил он. — Голова болит которую неделю. И спать совсем не могу, урывками. Пусть поглядит, вдруг поможет.
— Рон убогий у меня. Ноги перебиты. Ходит с трудом. Сам приходи.
— Я не гордый. Приду завтра. А пока пойду стражу проверю. Твои пусть на рассвете держат.
Кхан кивнул. Рассвет — самое сонное, а оттого опасное время. Значит, его отряду вождь доверяет.
Орр-Вооз всю ночь просидел у костра. В последние дни он ощущал себя странно: как-то легко, свободно… но пусто. Словно все мысли и мечты из головы испарились, оставив лишь цель, маячившую перед глазами.
Так определенно было проще жить. Всё понятно, каждый шаг просчитан. Сначала Цитадель. Потом ближайшие деревни — выжечь дотла. Потом, постепенно — к землям эльфов. Нет, Орр-Вооз не дурак, он понимает, что эльфов вот так, с наскока не взять. Нужны будут наемники, люди. Но у орков преимущество в скорости. Эльфы (не считая Трилистников, которые оттого и живут при границе) не спешат воевать. Они сто раз подумают, соберут свои советы, обсудят стратегию и тактику. Зато если уж выдвинутся всей массой — сметут орков напрочь, и никакие драконы ситуацию не спасут.
Если.
Не слишком-то эльфы спешат на помощь людям. Хотя, конечно, когда Князь времени — глава Трибунала, выбора у эльфов нет. Он имеет право приказать. Именно поэтому необходимо уничтожить Цитадель. Тогда ушастые будут в растерянности. Во всяком случае, таков план Фергана.
У Орр-Вооза другой расчет. Цитадель снести, тут без разговоров. И подождать. Эльфы сами придут мстить. Все же их там двести штук внутри, это немало. И придут не полными силами, ибо орков особо не считают опасными. Вот уже потом, когда очнутся… будет поздно.
Как же болит голова! Он обхватил голову руками, едва сдерживаясь, чтобы не застонать. Нет, так жить нельзя! Целитель, говорите?
Глава 29. Священник
Орр-Вооз в недоумении потряс головой. Прочистил уши. Звонкий голос не исчез.
Какого демона? Это что, религиозное песнопение? Богослужение? В лагере орков? В ЕГО, Орра, лагере? Это было настолько невероятно, что Орр-Вооз подумал, что у него всё же галлюцинации от недосыпа.
И тоненький белобрысый эльф, который стоял, запрокинув голову и раскинув руки, и пел в небо — тоже галлюцинация. И уж конечно, вождю чудятся несколько орков, которые сидят на земле неподалеку и с невозмутимыми лицами слушают весь этот бред.
— Какого дьявола тут происходит? — рявкнул Орр-Вооз, сжимая и разжимая кулаки. Он собирался свернуть эльфу шею. Потому что никаких эльфов в лагере орков быть не должно.
Песня прервалась, но в голове Орра неожиданно эхом прокатился последний куплет до странности знакомого гимна: