Марианна Кисс – Запретная. Враг отца (страница 14)

Уже через десять минут, восемь болтиков валяются на полу в кухне, а я тяну решётку на себя. Она на удивление быстро поддалась. Я осторожно поставила её на крышку ближайшего шкафа.

Открылась тёмная дыра вентиляционной шахты. Страшновато. Заглядываю. Нужно решаться, а я всё стою.

А что, если я там застряну где-нибудь и меня не спасут?

Туда-то я смогу пролезть, а вот обратно…

А зачем мне обратно? Мне обратно никак нельзя.

Доберусь до ближайшего другого отверстия, прихвачу с собой нож, может, удастся снять заглушку… или людей позову.

Ладно, думать можно долго, а время не ждёт. Взяла самый острый нож. Ещё бы если бы фонарик был, вообще хорошо, но терять время на поиски фонарика я точно не стану.

Всё, пора!

Закусила зубами нож, не острой стороной. Просунулась в отверстие, легла на живот, как тут пыльно. Оттолкнулась от стула, и он с грохотом упал со столешницы.

Всё, назад дороги нет…

Давид

— Твою же мать, — не веря в то, что вижу, уставился в экран телефона.

Ни фига себе пианисточка.

Да она любому фору даст в том, как сбегать из дорогущего, напичканного технологиями пентхауса.

Обыкновенно — открутить несколько шурупов обычной кухонной вытяжки.

Я выскочил из машины. Сейчас реально понимаю, что могу потерять девчонку из поля зрения. Уже потерял, когда её ноги исчезли в вытяжной шахте.

Теперь нужно понять, куда она полезла — вправо, влево, вниз, вверх?

Охренеть.

Я-то думал, достаточно закрыть её в квартире и дело сделано.

А нет.

Софья

Ползу по тоннелю. Тут не совсем темно, постоянно встречаются мелкие решетки, сквозь которые проникает в шахту дневной свет. Хоть и очень тусклый, но этого достаточно, чтобы видеть направление и если что не свалиться в одну из дыр, которые постоянно встречаются на пути.

Скорее всего, они ведут в квартиры ниже, но мне как-то не очень хочется падать, пусть, даже если там не сильно высоко.

Пока ползу только по горизонтали. Куда приползу — неизвестно.

Надеюсь, это будет чья-то квартира. Типа такой, как у Давида.

Находиться тут и страшно и неприятно, всем телом ощущаю холод метала, пыль и запахи. Но я должна ползти дальше. Страх посещения тюрьмы меня подстёгивает.

Пока не знаю, что буду делать, когда сбегу отсюда. В полицию точно не пойду.

Скорее всего, вернусь домой к папе. Пусть позаботится обо мне. Кто ещё должен это делать, как не он.

Слышу где-то недалеко разговор. Приближаюсь к кухне, где кто-то разговаривает.

Я поторопилась, подлезла к вентиляционному отверстию. Сквозь мелкую решётку вижу двух женщин в одинаковых платьях и белых фартуках горничных.

— Помогите! — выкрикнула, они испуганно посмотрели на решётку.

— Кто там? — спрашивает одна.

— Я случайно упала в вентиляцию, — говорю первое, что пришло мне на ум, — теперь не могу отсюда выбраться.

— Сейчас я позову хозяйку, — говорит вторая и исчезла в дверном проёме.

Через минуту вошла с женщиной лет пятидесяти одетой в роскошное, домашнее кимоно.

— Смотрите, вон она, — горничная указала пальцем на решетку, за которой я притаилась в ожидании.

— Немедленно вызывайте полицию! Это же воры, и так ясно! — возмущённо заголосила хозяйка.

— Пожалуйста, не надо. Я просто хочу попасть домой, наша квартира рядом, — миролюбиво пытаюсь уговорить.

— А зачем ты туда залезла?

— Я потянулась за серьгой и свалилась…

— Ну, конечно, кто тебе поверит. Вызывай полицию, я сказала, — приказывает горничной.

— А что говорить?

— Говори — воры и мошенники. Не ясно, что ли, Вера, ну какая же ты тупая.

Горничная скрылась, а я начала выкручивать шурупы, пока та полиция приедет, я уже успею сбежать. Ползти дальше уже как-то не хочется. Даже если и приедет полиция, я сумею что-нибудь им наврать.

Главное — успеть до прихода Давида.

Я вроде бы не увидела в его кухне ни камер не сигнализации.

Пока хозяйка причитала, вторая горничная принесла из кладовки лестницу стремянку, помогла мне вытащить решётку и спуститься вниз со столешницы.

— Простите. Я действительно очень виновата, и мой папа будет очень меня ругать, — говорю хозяйке.

— Твой папа? — нахмурилась она, разглядывая мою пижаму и понимая, что никакая я не воровка.

— Да, мы ваши соседи, Нечаевы, — улыбаюсь приветливо.

— Странно, я не знала, что у Давида есть взрослая дочь. Вы откуда-то приехали.

— Да, я его дочь от первого брака. Сейчас живу у папы, -

Надеюсь, я похожа на девушку подростка. Вроде бы мне всегда говорили, что я на свои двадцать не выгляжу.

— Нечаев твой отец? — моргает приклеенными ресницами хозяйка, — Вера, не звони в полицию, мы разобрались! — крикнула она в направлении проёма.

— Да. Можно мне идти? А то папа будет очень зол, если увидит что со мной случилось.

— Ну, конечно, иди за мной.

Она провела меня к входной двери.

— Большое вам спасибо, я вам очень благодарна.

— Ну, что ты, передавай привет своему отцу, — женщина открыла мне дверь, я вышла и остановилась, прямо перед нами стоит Давид, только напротив двери в свой пентхаус.

Когда дверь открылась, он обернулся.

— Софья? — удивлённо нахмурился.

— Давид, здравствуйте, что же вы не закрываете вентиляцию? — заговорила дамочка, вылезая вперёд меня.

— А что случилось? — он недовольно осматривает мою грязную пижаму.

— Ваша дочь чуть не погибла!

— Моя дочь? — хмурясь, перевёл взгляд на соседку.