Марианна Кисс – Девочка для Беса (страница 17)

А потом он резко отпустил мою руку и сказал:

— Пошла вон.

25. Ева

Отдернулась, словно коснулась кипятка. Схватила куртку машинально и вон из комнаты.

И снова моя ненависть проснулась. Выскочила, как чёрт из табакерки. Напомнила о себе. Заплясала новыми красками. Как же я могла он ней забыть?

— Придурок, — сказала я уже в прихожей, остановилась и куртку на крючок вешаю.

Примяла ладонью, собралась уже уходить, даже повернулась, когда почувствовала что-то твердое под пальцами. Остановилась, как вкопанная. Догадка промелькнула мгновенно, и действие мгновенно родилось. Без мыслей, просто, скользнула пальцами в карман, нащупала рукоятку и достала пистолет.

В полутьме прихожей, двумя руками обхватила его и смотрела. Не веря, но понимая, вот он — у меня в руках. Тяжелый, железный, идеальный. Пальцы скользнули по нему, погладили. Почему, зачем?

И какой-то злой, отчаянный, обиженный импульс толкнул в ту комнату, где на диване лежал Бес.

Торопливо, чтобы не передумать, я вошла. И уже пистолет лёг в руку мягко и удобно. Одним лёгким движением, будто знающее мои цели существо, занял ладонь, и обхватил пальцы. Не пальцы его, а он пальцы. Как будто, так и было всегда.

Я подошла в Бесу и наставила на него пистолет.

— Ненавижу тебя, — сказала.

Я вложила в эти слова свою обиду и горечь. Всё, в чём виноват он и не виноват. Наверное, это было что-то такое, отчего хотелось либо броситься к нему, либо нажать на курок. Одно из двух.

Сейчас этот пистолет стал решением всех моих проблем. Каких, я и сама не знала. Главное наставить его на Беса.

Бес — вот моя основанная проблема.

Он повернулся. Черты неясные, но снова вижу взгляд.

— Сюда целься, чтобы сразу, — положил палец на лоб, — Что не мучился, не истекал кровью, не кричал от боли.

Говорил он спокойно и это меня сразу успокоило. Утихомирило. Обезоружило. Прогнало желание нажать на курок. Я вдруг растерялась. В одно мгновение пришло осознание, что именно сейчас я могла совершить непоправимую ошибку. Страшную ошибку.

Всего на одно мгновение я в замешательстве замерла. Потеряла связь с реальностью, зависла. Но этого хватило, чтобы Бес схватил меня за руку, крутанул её, нажал на пальцы и пистолет с тяжелым стуком упал на пол. А я упала на диван.

Упала, пружинно, мягко. Не успела ничего понять, как Бес оказался на мне. Прижал своим телом, придавил силой. Я почувствовала его ногу у себя между ног. Его живот прижатый к моему, и увидела его лицо прямо над моим.

Он лежал на мне, держал руки, чтобы все дерганья сводить на нет, только лишь лёгким нажатием.

— Ну что? Хотела меня прикончить?

— Пошел ты сам — вон, — проговорила, напомнила его послание.

— Хочешь, чтобы я тебя трахнул, признавайся?

Он надавил на руку и от боли я стала выкручиваться ещё сильнее.

— И не мечтай. Ты и твоя банда, можете только брать и насиловать, только это больше ничего. Ну, давай попробуй, изнасилуй. Я поду в полицию и ты сядешь не только за похищение, но и за изнасилование.

Он несерьёзно как-то усмехнулся, и это прямо обидело меня.

— А ты не такая тихоня, как я думал.

— Давай попробуй, я засажу тебя до конца жизни, — я выкручивала руку, пыхтела под его телом и чувствовала, как попадаю под его гипнотический аромат.

Вырываюсь, а сама не хочу, дергаюсь, а сама ещё сильнее к нему прижимаюсь. Не специально, а так по движениям получается.

Ещё немного и я перестану вырываться, обмякну и прижмусь. Но всё ещё борюсь настойчиво, исступленно. Показываю нежелание и злость.

— Хочешь, — как будто ловит мои мысли, чувствует и усмехается.

— Отвали, ненавижу тебя, отпусти, — выдыхаю, но уже не со злостью, а действительно с горячим желанием, чтобы не отпускал.

Его лицо совсем близко, губы замерли над моими губами.

Чувствую всё, пропадаю, отдаюсь, согласна…

— Я не буду трахать тебя. Подожду, пока сама будешь умолять, чтобы я тебя трахнул.

Он вдруг приподнялся и встал с дивана. Включил свет и с нахальной улыбкой меня осмотрел.

А я подскочила, оскорблённая и униженная.

— Никогда этого не будут, не мечтай! — и кинулась из комнаты.

Утром на кухне я готовила завтрак. Возмущённо вздыхала и прислушивалась.

Вот он встал, пошел в ванную, повернул ручку душа.

Вода льется плескаться. Затихла.

Дверь открылась. Бес на пороге кухни. Белое полотенце обхватило бедра. Голый торс, плечи, грудь, мокрые волосы. Я скользнула по нему взглядом и быстро отвернулась.

Слышу, как он подходит. Руки мои дрожат, ноги подкашиваются. Вздохнула. Он обнял сзади. Его тело прижалось к моему. Ладони легли на талию, скользнули по животу. Я замерла.

— Значит, говоришь — никогда этого не будет?

26. Ева

— Никогда, — шепчу, и себя не слышу.

Жар, огонь. Пламя. Здесь, рядом со мной. Оно трогает, по частице опаляет тело, охватывает, занимает пространство. Удушает. Дышать не могу. Задыхаюсь.

Теплые ладони Беса проникают под футболку, ложатся на грудь. Легко касаются, нежно нажимают. И я больше ничего не могу. Прижимаюсь спиной к его телу и просто воспаряю над миром. Вижу себя со стороны и ничего больше не знаю, только эти касания и горячее дыхание воле уха.

— А я хочу. Всё время тебя хочу. Днём и ночью хочу. Трогать вот так…

Он рушит сопротивление, успокаивает ненависть, прогоняет её совсем.

— Целовать вот так, — губы Беса касаются шеи, — и ты этого тоже хочешь.

— Ты врёшь, я не хочу… — как я ещё могу такое говорить.

Как могу отказываться?

Боюсь, но не шевелюсь, не разбиваю момент, не порчу его упрямством. Не хочу портить. Сопротивляясь собственному желанию. Выдыхаю.

— Не вру, — шепчет Бес, — тебе — не вру.

Его губы приникли к шее. Жарко, жадно. Тело прижимается плотно. Заставляя дышать чаще. Пытаться надышаться и шагнуть уже в эту пропасть. А может не пропасть.

Дрожу. Охваченная ароматом вымытого тела. На плечо упало несколько капель воды с волос Беса. Мои ладони безвольно легли на поверхность стола. Словно в поисках спасения. Но его не будет. Оно и не нужно.

Вот сейчас может осуществиться тайная мечта, с которой я жила. Днями, и тем более ночами. Каждый сон о нём. Каждую ночь слушаю и жду. Надеюсь. Может не настоящая эта его холодность, может, прорвётся хоть какая-то частичка тепла.

А теперь получается, что это было в нём, только мне не показывал. Получается хотел, но сдерживал себя, не позволял.

Боялась повернуться посмотреть в его лицо, потому что всё это он увидит и поймет, что я тоже каждый божий день — жду.

И вот, ожидание прекратилось.

Чувствую, как стучит его сердце и как ладони сжимают грудь. Напряглась от непривычки, от испуга, но затихла от понимания неизбежности.

Одним движением он повернул меня к себе и мы остановились, глядя друг на друга. Я смотрела в них и видела чувства бездонную пропасть. Безумное желание, замершее и ждущее.

И я уже не во власти — разрешить или нет.