Марианна Алферова – Колдун из Темногорска (страница 57)
Кажется, в первый раз его застали врасплох.
– Надя. Это же видно: ты от нее без ума.
– Ревнуешь?
– Нет, – она покачала головой. – Ну, может быть, самую малость.
Кажется, Лена говорила искренне.
– Значит, я был прав, и тебе до сих пор нравится Стен.
– Что толку! Он меня и раньше не любил, а теперь…
– Теперь он тебя ревнует.
Лена внимательно посмотрела на колдуна.
– И… любит?
– Нет. Но ревнует.
Она вздохнула. Тут он внезапно понял, что же она от него хотела. Не любви, нет, а самого невозможного на свете. Помощи. Как Глаша. Почему-то все они считали, что он может спасти и защитить. Юл, Глаша, Лена, – они тянулись к нему, как слабый инстинктивно тянется под крыло к сильному.
И, в самом деле, он готов был помочь. Он хотел этого.
– Возвращайся к Стену. Ты ему нужна, – бросил колдун небрежно.
– Да я никогда не была с ним! Он все время меня отталкивал! Как ты не понимаешь!
– А теперь будешь, – пообещал Роман.
– Но ты же сам говоришь, что он меня не любит!
– Он никого не любит. Но ему кто-то нужен. Ты – самый подходящий вариант.
– Я так не согласна! – в отчаянии закричала Лена, и несколько прохожих обернулись на скандалящую пару. – Не хочу!
– Можно его заколдовать. Так приворожу – будет с ума сходить от любви. В ногах валяться, несмотря на свою непомерную гордость. Умрет, если ты его отвергнешь. Хочешь? Это просто.
Он взял ее за руку, но она тут же с силой вырвала ладонь – прикосновение колдуна по-прежнему волновало ее. Роман торжествующе улыбнулся – разумеется, это не любовь, а всего лишь власть, но он и не желал большего.
– Ну, так кого ты выбираешь: меня или его?
– Хорошо, приворожи, – выдохнула Лена, будто бросаясь в омут. – Только Стен ничего не должен знать.
– Это на твое усмотрение. Даже если расскажешь, сила заклятия не уменьшится. Иногда приятно показать человеку свою власть над ним. Ох, как приятно! – Роман насмешливо ей подмигнул.
Потом, вновь завладев ее рукой, попросил наисладчайшим, елейным голоском:
– Ты уж Наде не говори о том, как я этого типа заставлял землю глотать.
Лена окинула колдуна торжествующим взглядом. Ага, значит, он эту львицу из Беловодья боится! Надо же, кто бы мог подумать. Она помнила, что Роман слышит ее мысли, но было так приятно побыть немного стервой. «Хорошо, не скажу», – пообещала она мысленно, и Роман ее понял. Улыбнулся в ответ и отпустил ее ладонь. Поторопился: Лена собиралась добавить еще парочку замечаний.
Издали домик выглядел очень уютно. Нижний этаж – из красного кирпича. Верх – деревянный. Посаженные этим летом деревья еще плохо принялись. Зато кирпичный забор и массивные столбы с металлическими шляпами смотрелись внушительно. И главное – ни единой живой души поблизости. Справа в пожухлой траве виднелся заброшенный уже года три или четыре фундамент, слева высилась недостроенная коробка, опять же, запущенная, и уже год стоящая без присмотра с незастекленными окнами и вспухшей от дождя деревянной верандой. За недостроем поднимался густой еловый лесок, такой веселенький посреди осенней мокряди, что, кажется, хватай корзинку, да беги срочно грузди собирать. Впрочем, за достоверность рекогносцировки ручаться было нельзя: обзор местности проходил при свете фар.
– Неплохая дачка, – присвистнул Юл. – Твоя?
Лена, рассмеявшись, чуть не уронила связку ключей.
– Я на такую дачу сто лет буду работать и не заработаю. Дача господина Кирши. Он, удаляясь, оставил мне адресок. На всякий случай. «Для старинного школьного друга», – шепнул таинственно.
– Хороший домик, – заметил Юл. – Надо только его довести до ума. Стен, можешь такой дом построить?
– Нет.
– Почему?
Алексей не стал отвечать.
Роман надеялся, что уж здесь их не выследят: выдавать некому, а в их метаниях по дорогам из Питера в Пустосвятово, потом в Москву и теперь в Ленобласть не было никакой логики, кроме логики спятившего от страха зайца. Но в эту минуту беглецов, казалось, мало волновало, выследят их или нет. Все устали и торопились укрыться за стенами.
Внутри дача выглядела не особенно уютно. Отделаны были лишь две комнаты. Повсюду валялся мусор, клочья обоев. Пахло сыростью. Промозглый холод пронизывал до костей. В одной из кирпичных клетушек, еще не тронутых отделкой, нашлась поленница дров. С третьей попытки Стен растопил камин. Радостный огонек запрыгал по деревяшкам. Сразу стало немного веселее. А когда забулькал, наконец, электрический чайник, сделалось почти уютно. Хотя поблизости никого не было видно, все равно свет в комнатах включать не стали, не желая привлекать внимание случайных прохожих. Ужинали при свете камина.
Лена с Надей нарезали хлеб и колбасу, Стен открыл банки с консервами. У Эда нашлась бутылка виски, и ее разлили по пластиковым стаканчикам. Роман отказался, все остальные выпили, даже Юл. Ели молча. Говорят, стресс способствует поднятию аппетита, видимо, поэтому стол мгновенно опустел.
Роман исподтишка оглядывал сидящих, будто оценивал, на что каждый сгодится в предстоящей схватке. При красноватом свете горящего камина лица его спутников казались настороженными и печальными. У Лены уголки губ опустились вниз, а глаза покраснели, будто она много плакала. Зато Надя выглядела так, будто вновь собиралась на вечеринку в клуб, хотя уже успела переодеться в свой серебристый комбинезон. Роман едва заметно кивнул Лене, давая понять, что помнит об их уговоре. Надя заметила его жест, и ее ореховые глаза гневно блеснули. Неужели львица ревнует? Занятно!
– Мы не можем убегать вечно! – сказала Надя.
– Разумеется, – согласился Стен. – Особенно, если учесть, что с каждой попыткой где-то укрыться число преследователей всякий раз увеличивается по закону геометрической прогрессии.
– Очень верное замечание. Как видно, с математикой у тебя в школе был полный порядок, – поддакнул Роман.
– Тогда остается одно – нападать, – это предложение поступило от Эда.
– На кого? – пожал плечами Стен. – На Ника Веселкова, Надиного отчима, господина Н.Н. или на Колодина?
– На Колодина, – сказал Роман. – Он самый упорный. И самый опасный.
– Лучший выход – стравить их друг с другом, – мечтательно заметила Надя.
– Поддерживаю, – кивнул Роман. – Пусть кто-нибудь придумает, как это сделать.
– Если бы мы знали, что конкретно нужно от нас Степану Колодину и его сыну Гарри, действовать стало бы проще, – задумчиво проговорил Стен. – Леночка, ты не нальешь мне еще чаю?..
– Сейчас!
Она поднялась и взяла его чашку. Ее движения были слишком поспешны, но, занятые своими мыслями, беглецы не заметили, как Роман, будто ненароком протянул руку над чашкой Стена и мимолетным жестом коснулся поверхности кипятка ногтем мизинца. Губы колдуна при этом беззвучно шевельнулись. С минуту по комнате плыл пряный, дурманящий запах, вызывая легкое головокружение. У Лены захолонуло в груди, потому как поняла отчетливо: вот она, долгожданная минута. Роман с улыбкой смотрел, как Стен пьет поднесенное ему питье. Потом одобрительно улыбнулся Лене: дело сделано. Допив до дна, Стен слегка покачнулся и, верно, выронил бы чашку, если бы Роман ее не подхватил. Сам же Алексей ничего не заметил – несколько секунд полностью выпали из его памяти.
– …Колодин… – задумчиво повторял Меснер, когда Алексей пришел в себя. – Никто не знает, как к нему подступиться и где искать. Но мы должны его уничтожить. Иначе он разрушит Беловодье.
– Я против этого плана, – сказала Лена.
– А я «за», – дерзко объявил Юл. – К тому же Стен обещал прикончить Колодина в отместку за папу.
– Пора тебе успокоиться, дружок, – неожиданно одернул его Роман. – Киллер, убивший твоего отца, давно окочурился. В тот самом особняке, где пытали Стена.
– Что?.. – мальчишка в растерянности смотрел на Романа.
– Я прибил его ненароком. Может, возьмешь меня старшим братом вместо Лешки? Из нас отличная выйдет парочка: я киллера пришил, ты кокнешь самого босса.
– Почему ты молчал?! – крикнул Юл, и из глаз его неожиданно брызнули слезы.
Лена попыталась обнять его и успокоить, но мальчишка вырвался и выскочил из гостиной. Слышно было, как в соседней комнате он споткнулся о поленницу, и дрова рассыпались.
– Юл! – крикнул Стен, вскакивая.
– Иди к черту! – прозвучал ответ.
– В самом деле, почему ты не сказал об этом раньше? – Алексей повернулся к колдуну.
– Не хотел, чтобы подобная случайность вмешивалась в мои планы.
Роман так увлекся своими рассуждениями, что утратил обычную собранность. Стен, сделав мгновенный выпад, ударил Романа в грудь. Удар был не слишком силен, но Роман опрокинулся с шаткой табуретки на пол.
– Стоп! – заорал Эд, вскакивая. – Или я…
– Всё, всё, всё! – засмеялся Роман, поднимаясь. – Просто этот парень меня ненавидит. А я не могу понять – почему.