Мариана Запата – Ты будешь мне стеной (страница 83)
– Пожалуйста.
Я попыталась улыбнуться двум расплывающимся силуэтам.
– Я знаю, ты говорил, что у тебя нет времени на отношения, но это не проблема. Если у тебя не будет времени присматривать за щенком, знай, что я полюбила его, как только увидела. Я уже почти передумала дарить его тебе, хотела все переиграть, сказать, будто купила собаку себе, но тут как раз ты вошел…
Он быстро кивнул, слишком быстро, чтобы мое сердце успело с этим справиться.
– Да, ты права, я смогу найти время.
Эйден облизнул губы и стрельнул в меня быстрым взглядом, от которого я снова примерзла к месту. Никто и никогда еще не смотрел на меня так открыто и радостно.
– Я начинаю понимать, что всегда можно найти время для того, кто тебе важен.
Несколько часов спустя мы сидели на полу в гостиной с новой любовью Эйдена, и я начинала думать, что это лучшее Рождество в моей жизни. К моему удивлению, весь день мы провозились со щенком. В глубине души я ожидала, что Эйден заберет своего нового друга и исчезнет, чтобы насладиться общением с ним в одиночестве, но не тут-то было…
Как только Эйден понял, что щенок еще весь мокрый, он посмотрел на меня и спросил:
– Что теперь?
В течение следующего часа мы сушили пока безымянного щенка, выводили его гулять, потом Эйден под моим присмотром мыл его грязную клетку. Затем он наполнил купленные мной миски водой и кормом. Мы вместе позавтракали на кухне, пока малыш, который носился вокруг, не написал прямо там, и его пришлось выводить опять. Эйден без раздумий вытер за ним пол.
Потом я, приняв душ, спустилась вниз, чтобы посмотреть телевизор, а там уже был тоже помывшийся Эйден… со своим пушистым другом на руках.
Это зрелище просто убило меня. Великан, баюкающий на руках песика весом не более трех килограммов. Господи, помоги! Мне срочно надо найти несколько щенков и подходящих парней-моделей. Можно сварганить убийственные календари.
Или именно Эйден с любимым песиком на руках кажется мне таким привлекательным?
Но я очень быстро решила не углубляться в анализ.
В газовом камине горел огонь, на елке сверкали фонарики, вокруг царил покой, прекрасный день заканчивался. После душа я позвонила своей разбредшейся семье – брату, Диане и приемным родителям – и пожелала им счастливых праздников.
Вытянув ноги, я смотрела на светлый комочек, мирно свернувшийся на полу рядом с моими ступнями, как вдруг Эйден, пристроившийся рядом, повернулся ко мне и сказал:
– Я еще не вручил тебе подарки.
Я моргнула. Он еще что не сделал?.. Я ничего и не ожидала от него и, почувствовав себя полной идиоткой, воскликнула:
– О… – Потом опять моргнула. – Ты приготовил мне подарки?
Он слегка прищурил глаза, будто подумал обо мне то же самое, что и я секунду назад, и кивнул.
– Ага.
Затем легко, без усилий, которые, казалось бы, требовались человеку такого размера, он кивнул в сторону лестницы.
– Пойдем…
Потом мы вместе поднялись по лестнице, потом пошли по коридору и направились прямо в его кабинет.
Зачем нам его кабинет?
Эйден открыл передо мной дверь и кивком пригласил войти. Я помедлила перед дверью, наблюдая, как он наблюдает за мной. Эйден протянул руку перед моим лицом и включил свет. На большом столе из крепкого дерева стояли два подарка, бережно завернутые в полосатую бумагу мятного цвета. Мне не надо было спрашивать, кто их заворачивал, было видно, что потрудились не чужие, а именно эти большие заботливые руки.
От одного этого в носу защипало.
– Открывай сначала этот, – проинструктировал меня Эйден.
Прежде чем войти в кабинет и взять в руки подарок, я быстро взглянула на Эйдена. Медленно развернув бумагу, я вытащила плоскую коробку. Я поняла, что это такое, в тот же момент, когда взглянула на название компании-производителя. Это был новейший топовый графический планшет. Большинство дизайнеров пускали при виде его слюну, но, как правило, не покупали, потому что в конце концов уговаривали себя приобрести
Прижимая планшет к груди, я с открытым ртом повернулась к Эйдену:
– Я…
Он поднял руку и закатил глаза.
– Будешь благодарить после того, как откроешь следующий.
Почти готовая броситься к нему на шею, я все-таки решила быть хорошей девочкой и сначала открыть вторую коробку, тем более когда тебя так мило просят. Она была больше, чем первая, чем-то похожая на прикольный футляр для шарфов, который я видела в колледже у своей соседки по комнате, она хранила там свои вещички. Медленно, как и предыдущий подарок, я развернула бумагу и вытащила коробку в форме идеального куба.
Открыв крышку, я не смогла удержаться от восклицания, когда увидела внутри целую кучу ночников. Там были два совсем крошечных с присоединенными к ним брелоками, три разных плафона: один в виде Юпитера, другой в виде звезды, а третий представлял из себя простую колонну, похоже, он будет лучшим. Кроме того, там было четыре фонарика различных размеров и цветов: розовый, красный, бирюзовый и черный. Я взяла в руки тот, который был розового цвета.
– Они напомнили мне цвет твоих волос.
Ох, нет…
– Эйден…
– Знаю, что все это не сравнится с твоим подарком, но, думаю, для первого раза справился. Я уже несколько лет не дарил никому подарки.
– Этого вполне достаточно, дурачок, – сказала я, глядя на Эйдена через плечо и держа в руках самый продуманный подарок, который когда-либо получала.
Эйден откашлялся.
– Нет. Недостаточно. Я тебе должен.
Он мне должен?!
– Ты ничего мне не должен. Это… это великолепно. Больше, чем великолепно. Спасибо!
Гребаные ночники. Кто бы подумал?
Большие руки опустились мне на плечи.
– Вэн, я должен тебе. Поверь мне…
Так же быстро, как появились, его руки исчезли с моих плеч, и он добавил:
– Это не подарок. Просто протяни руку.
Я сделала, как он сказал, подняв руку высоко над плечом, недоумевая, что он собирается дать мне. Жевательную резинку?
На ладонь легло что-то маленькое и холодное. Довольно тяжелое.
Когда я опустила руку, вся слюна тут же перекочевала в какие-то другие части тела.
– Это не подарок. Просто ювелир вчера сказал, что оно готово. Я собирался отдать его тебе, но…
Сначала я подумала, что это камень. Большой светло-голубой камень. Должно быть, я была так смущена, что не сразу заметила ободок из белого золота, лежащий на моей ладони. Потом меня как ударило: это же кольцо! Я держала его, а перед глазами проносились годы, когда я была вынуждена делать покупки исключительно в секонд-хендах экономкласса. Мерцающий голубовато-зеленым светом камень – если быть точной, это был аквамарин, камень моего рождения, – покоился на тонкой оправе. С каждой стороны было по три бриллианта. К простому ободку из белого золота изящно прилегал еще один, инкрустированный бриллиантами.
Оно выглядело как одно из тех коктейльных колец, которые носили в пятидесятых… за исключением того, что, как подсказывало мне сердце,
– Я подумал, что тебе нужно обручальное кольцо. Не думаю, что ты фанат бриллиантов. Кажется, такой камень тебе больше подходит.
– Замолчи. – Я пожирала взглядом кольцо, стало трудно дышать.
– Нет, – пошел он на попятную, – если тебе не нравится…
– Помолчи, Эйден. Это самое прекрасное кольцо, которое я когда-либо видела.
Поднеся руку к лицу, я в оцепенении потрясла головой и посмотрела вверх, прямо ему в глаза, на кончике языка трепетало мое сердце.
– Это для меня?
– А для кого же еще? Для моей другой жены? – спросил этот зануда.
Он подарил мне кольцо.
И оно было…