Marian Felis – Ромашка в Академии Морока (страница 2)

Вздрогнув от неожиданности, я вскочила на ноги и огляделась. Из-за тусклого света парочки настенных бра не сразу заметила высунувшегося из-за дверцы шкафа Баринова. Он широко улыбался и выглядел безумно довольным жизнью.

— Я всё же попытаюсь, — буркнула в ответ и снова встала на колени, подобрав подол шикарного платья.

— Кстати, тебе идёт, — прокомментировал мужчина едва слышно. — Похожа на принцессу.

Только вот планировала нарядиться трупом невесты, но ничего страшного. Мишка же всё равно слился.

— Ага, только вас не спрашивали, — прошипела в ответ и осторожно дунула в пространство между полом и кроватью. Не знаю, на что рассчитывала. Надеялась, что никто не выбежит после этого и не вцепится в моё лицо.

К счастью, в пугающей темноте никто не жил. По крайней мере, я надеялась на это, когда попыталась влезть внутрь.

— У тебя это… — замялся Александр Юрьевич. — Платье в филейной части слишком пышное. Не войдёшь. Или потом не выйдешь. Вытягивать тебя оттуда, как Винни Пуха, я не стану, и не проси.

— Так вас никто и не просит, — рявкнула.

Вообще-то обычно я вела себя спокойно. Всё же преподаватель и студентка, пусть даже разница в возрасте каких-то пять лет. Хотела получить отлично за экзамен и успокоиться. А для этого требовалось выкрутить на максимум смирение. Особенно рядом с Бариновым.

— Не знаю, может, это не в юбке дело, — продолжал размышлять мужчина. — Может, Федька прав…

Я моментально выпрямилась и постаралась взять себя в руки. Мысленно уговаривала себя не вестись на провокации. Щёки пылали и покраснели, мне стало невыносимо жарко. Мой брат всегда намекал, что природа наградила меня слишком пышными формами. Причём исключительно нижними.

Уж не на это ли намекал Баринов?

— Что вы имеете в виду?

Но мужчина не успел ответить. В коридоре раздались голоса. Причём громкие, раскатистые, совсем близкие. И мозг поплыл. Я запаниковала, стала оглядываться и ломанулась к тёмно-синим плотным шторам, как вдруг крепкие руки схватили меня за талию и приподняли над полом.

Знакомый запах лаванды.

— Отпустите, — постаралась вложить в голос максимум строгости.

— Тихо ты, — шикнул мужчина, силой затолкал меня в большой платяной шкаф и сам разместился рядом. Он бесшумно прикрыл дверцы. — Молчи, Ромашкина, иначе всё испортишь.

Я бросила на преподавателя испепеляющий взгляд, только вот в полутьме шкафа он вряд ли мог его уловить и оценить.

Голоса снаружи ненадолго затихли, словно компания вошла в одну из комнат, и Александр Юрьевич шумно выдохнул. Он топтался на месте, отчего его дурацкие сапоги мерзко поскрипывали.

— Вы сами-то можете не шуметь?

— Могу, — отозвался он и повернулся так, что своим плечом стал упираться в моё. И ладно бы просто задел, так ведь наглец почти навалился на меня!

Тут-то и началось неладное. Пока мы спорили, холодная рука схватила меня за ногу, а после и вовсе потащила в странную светящуюся дымку. Всё, что я чувствовала ногой — там было жутко холодно. Хоть Баринов попытался меня спасти, облапав при этом, ничего не помогло. Нас поглотил этот голубой огонь, и сознание затянуло пеленой.

Последняя мысль перед тем как отключиться была: “Вот ты и попала, Сонька!”

Глава 2. Добро пожаловать в академию

Первое, что я ощутила — холод. В голове сразу мелькнула мысль, что нас затащили в тайную комнату со сломанными окнами и колючими ветрами. Или вообще оставили в стене. Может, чёртов дом напичкан тайными ходами?

Вот чувствовала, что наша поездка похожа на начало малобюджетного ужастика! Кто бы сомневался, что будет иначе?

Следом я почувствовала крепкую хватку на своей талии. Тёплые руки сжимали так сильно, что дышать становилось трудно. Но мне совсем не хотелось освобождаться или вырываться — рядом с Бариновым было капельку спокойнее, особенно после произошедшего. Если маньяк рядом, то ему придётся делать выбор между слабой девушкой и крепким опасным мужчиной. А умирать второй по счёту приятнее.

Кое-как я повертела головой, но всё тело отозвалось моментальной ноющей болью. Словно бегала всю ночь без подготовки и вот теперь проснулась.

— Помо… — прохрипела едва слышно и испуганно замерла, ведь руки на талии даже не дрогнули.

И всё внутри похолодело ещё сильнее.

Александр Юрьевич ведь не мог откинуть коньки от стресса? Всегда выглядел здоровым, вроде даже с братом в зал ходил.

Через силу я всё приоткрыла глаза. То ли от боли, то ли от стресса по щекам покатились слёзы. Пришлось щуриться, ненадолго опускать веки, чтоб снять напряжение, и снова пытаться осмотреться.

Библиотека?! Кажется, мы лежали на полу в тёмном углу среди пыли, стопок книг и какого-то старья, отчего хотелось чихнуть. Я едва пошевелилась и сразу вляпалась ладонью во что-то липко-сухое, неприятное и почти неосязаемое.

— Нет, — прошептала и начала трясти непослушной рукой. — Только не паутина.

Вдруг в тишине помещения раздался странный шорох, и я замерла. Что за…

Впереди, метрах в пяти от нас, стояло шикарное кресло. Высокая спинка откидывала тень, и я не сразу заметила, что в нём кто-то сидит. Или что-то? Нечто странное, очень пушистое, похожее на игрушку.

Я проморгалась и попыталась сфокусироваться на необычном предмете в кресле.

— Всего лишь кукла, — облегчённо выдохнула и ткнула локтем в рёбра преподавателя. — Алек… — осеклась и без раздумий отбросила лишний официоз. — Саша! Вставай сейчас же.

Мужчина не двигался, а я тем временем пялилась на игрушку.

Синий, пушистый, шерсть торчала в разные стороны и делала его похожим на медведя или кота. Не очень высокий и явно коренастый, с книгой в руках и большими глазами цвета молочного шоколада. Это чудо отчасти напоминало известного кота Бегемота. Медвежьи лапки с длинными белыми когтями и свисающий с кресла длинный красный хвост.

— Кто тебя такого придумал? — усмехнулась я и чуть расслабилась.

Никаких маньяков. Никакой угрозы смерти.

Пронесло.

Стоило мне подумать об этом, как игрушка шевельнулась, отложила книгу на крохотный столик рядом с креслом и встала.

— А-А-А.

— Кхр буул кхр, — раздались странные булькающе-шипящие звуки.

— А-А-А, — продолжила орать я, пока животное надвигалось. — Не подходи! Убью! Саша, вставай!

Без стеснений лупила локтем по рёбрам мужчины и не отводила взгляда от котомедведя, пока тот медленно шёл вперёд.

— У меня есть защита! — верещала как безумная и сильнее вжималась в торс мужчины. — Он сейчас встанет и открутит тебе голову! Уйди! Брысь!

Руки на моей талии дёрнулись и сжались чуть сильнее, отчего в голову пришла единственная мысль: усилить напор и разбудить мужчину.

— Саша, проснись, — плаксиво просила я. — Пожалуйста, ты мне сейчас очень нужен.

— М-м, — сзади раздалось мычание. Синий зверь замер, чихнул, и на его пушистой мордашке отпечаталось удивление.

Неужели это животное ещё и эмоции проявлять умеет? Чудеса!

— Саша, — прошептала я нервно и дрожащей рукой стёрла покатившиеся по щекам горячие слёзы, — вставай.

— Ромашкина, — захрипел мужчина тихо, — помолчи минутку, а? Башка раскалывается.

Живая игрушка стояла неподвижно, будто нарочно замерла и теперь просто походила на куклу. Может, мне всё это привиделось от стресса? Наверное. Ведь не может игрушка ходить! Конечно.

Стоило немного расслабиться, как синее чудо произнесло:

— Буул кхр. — И снова зашагало вперёд.

Я боялась отвернуться от котомедведя, поэтому кое-как взяла в руки книгу для защиты и ещё чуть выше забралась на мужчину.

— Что за… — пробормотал тихо Баринов. — Ромашка, ты тоже это видишь? Это что, робот какой-то?

— Вижу. И это явно не робот, — пискнула я и зажмурилась, яростно мотая головой, ведь необычный зверь протянул ко мне свою когтистую лапу.

Сердце бешено колотилось и было готово в любой момент выпрыгнуть из груди.

Тук-тук.

Шершавая лапа с большими когтями дотронулась до лба. Мягко, ненавязчиво, будто совсем не планировал нас убивать. Я замерла. Застыла статуей и не двигалась, старалась не провоцировать чудовище и всячески старалась избежать незавидной участи.

Ведь я даже не целовалась! Как же можно умирать?