Мариам Тиграни – Картвелеби (страница 34)
– Именно! – улыбнулся Шалико, довольный тем, что она так легко его поняла. – Мы решили, что он может быть одним из них, и скоро я поеду на завод Мгелико Зурабовича, чтобы проверить эту теорию…
– Возьми меня с собой! – заклянчила она, а он бессильно рассмеялся. – Ну пожалуйста! Я не хочу пропускать всё веселье!
– Вот ещё! Ты видела свою ногу? Она ещё не зажила. К тому же я уже договорился с Айком Вазгеновичем…
– С Айком Вазгеновичем?
– Да, это городской пристав. Брат Арсена Вазгеновича. Оба Адамяны. И оба готовы нам помочь.
Воцарилась тишина, и несколько секунд молодые люди провели в ней, не найдя нужных слов. Шалико казался обиженным до тех пор, пока Нино крепко-крепко его не обняла. Он прижал её к своей груди и ещё долго не отпускал.
– Будь осторожен, генацвале, – ласково зашептала девушка и невинно улыбнулась. Его сердце пропустило удар, когда он увидел её такой податливой. – Не оплошай там, с заводом! Не попади в беду!.. Я не вынесу.
«А я не вынесу, – подумал Шалико, хотя наяву строил из себя саму невозмутимость, – если придётся отдать тебя Сосо. И что ему только не сиделось со своей Лизонькой в Петербурге!..»
8
В тот день в Сакартвело пришло два письма, предопределивших дальнейшую судьбу Саломеи и Тины. Каждая из них, погружённая в свои собственные думы, так и не заметила, как переполошилась другая от визита приказчика, но зато Нино, которая не получила ни одной весточки даже от подруг из пансиона, где когда-то училась, не преминула удивлённо посмотреть сёстрам вслед.
Спустя полчаса Саломея и Тина зашуршали пышными юбками внизу, и Нино, вслушивавшаяся во все звуки из гостиной, сорвалась на первый этаж, чтобы поймать сестёр с поличным. Она успела к тому моменту, когда девушки встретились на лестнице и так друг на друга посмотрели, что младшая из княжон уверилась в своих опасениях.
– Я слышала, ты собираешься в Ахалкалаки, чтобы навестить Диану Асхатовну, – натянуто улыбнулась Тина, убрав сбившийся локон волос за ухо. Она оделась совсем не по-домашнему и наверняка не один раз продумала в своей голове этот диалог.
– Да, – непринуждённо рассмеялась Саломея, стараясь не вспоминать свою последнюю встречу с этой женщиной. – На днях она уедет домой в Крым, и, поскольку мы стали большими подругами, мне хочется повидаться с ней перед разлукой.
– Ах! – закатила глаза средняя сестра, не заметив, что Саломея надела своё лучшее платье и слишком замысловато уложила волосы для простой дружеской встречи. – А мне бы раздать милостыню тем детишкам из церкви Святого Креста! Ты помнишь, в прошлый раз мы с Давидом Константиновичем…
– Я помню, – поспешно отрезала старшая, что не ускользнуло от внимания Нино, наблюдавшей за этой сценой из-за угла. – Ты бы хотела, чтобы я взяла тебя с собой?
Саломея довольно быстро раскусила сестру и постаралась взвесить, насколько сопровождение Тины будет для неё обременительным. За этим делом она в очередной раз вспомнила письмо Давида, которое перечитала за сегодняшнее утро не менее десяти раз. Он писал… не прямо, подписав конверт именем Дианы Асхатовны, чтобы домашние ничего не заподозрили:
– Ах, даико, я буду тебе так благодарна! – Тина повисла у Саломеи на шее и вернула её на жестокую землю из мира грёз. – Отец не отпустит меня одну, но с тобой – совсем другое дело!
Средняя из княжон затаила дыхание, когда даико заколебалась с ответом, но уже через несколько секунд всё-таки дала своё неохотное согласие:
– Ну хорошо, хорошо! – Саломея заставила себя улыбнуться. – Мы с Павлэ оставим тебя у церкви, как и в прошлый раз. Но будь осторожна – я не хочу неприятностей!
Тина сделала всё от неё зависящее, чтобы облегчение на её лице не выглядело чересчур явным. Ей придала сил мысль, что через пару часов она подоспеет на помощь больной матери, о которой в завистливой театральной среде наверняка никто не позаботится…
То письмо, которое она получила сегодня утром из рук Тимура, пришло от Гурама Аристарховича, с первых же строк поведавшего ей не самые радостные вести:
Тина ни на минуту не задумалась о своём собственном не слишком устойчивом иммунитете и, не помня себя от нервов, стремглав бросилась к сестре. Намерения Саломеи очень кстати совпали с её собственными! Maman болеет, за maman никто не ухаживает… Нужно срочно бежать на выручку!
– Вы едете к Диане Асхатовне? – наконец вышла из тени Нино и остановилась на последней ступеньке лестницы. – И меня с собой возьмите! Я в прошлый раз не поехала с вами. Мне тоже интересно!
– Нет!.. – в один голос заспорили сёстры, так что младшая из них вздрогнула от неожиданности.
– Ты ведь ещё не до конца выздоровела, – судорожно оправдывалась Тина, – после пожара.
– Твоя нога, – поддержала её Саломея. – Тебе не следует напрягаться, она только начала заживать. Прости, дорогая! Но на этот раз тебе придётся остаться дома.
Нино обиженно надула губки и ещё долго не сводила подозрительного взгляда с исчезнувших в дверях сестёр. Саломея взяла Тину под ручку, и они шутили и смеялись всю дорогу до кареты, а со двора ещё долго раздавались звуки оживлённого разговора, пока они просили у papa разрешения отправиться в путь. Георгий Шакроевич, безоговорочно доверявший своим дочерям, немного поворчал, но всё же не отказал им и дал наказ Павлэ, чтобы глядел в оба. Потом он смягчился и попросил передать Диане Асхатовне свои сердечные приветы и поклоны ремеслу, которым она занималась.