Мариам Гвасалия – Выбор сердца (страница 17)

Наоми повернулась и увидела, как рядом со шкафом стоит Чигук, сосредоточенно застёгивая ремень на своих штанах. Их взгляды встретились, и она, не скрывая нотки недоумения, громко спросила:

– Опять ты ходишь без футболки?!

Смятение охватило Наоми, её щеки тут же зарумянились от неожиданного присутствия Чигука. Смущённо отвернув взгляд, она поспешила вернуться к кровати, чтобы накинуть на себя лёгкий халат.

В это же время Чигук быстро надел черную приталенную футболку. Его лицо оставалось невозмутимым, но в то же время словно обиженным, но он ничего не сказал и, не задерживаясь, вышел из комнаты, оставив её в растерянном замешательстве.

Ощущая себя подавленно и уязвимо, Наоми приняла решение изменить образ. Она открыла чемодан, отыскала легкое зеленое платье с открытыми плечами и, подбирая к нему аккуратные каблуки, начала собираться. Тщательно нанося макияж, она укладывала свои рыжие волосы, стремясь создать образ, достойный нового дня. И вот, уже полностью преображённая, она вышла в холл.

Её внешний вид поразил даже самого Чигука. Как только он увидел её, его взгляд сначала задержался на её красоте, и на мгновение в его глазах блеснула искренняя восхищённость. Но тут же эта искра быстро потухла, сменившись на холодное выражение обиды, словно он не мог принять перемен, которые она претерпела.

Он, оставаясь в стороне, молча наблюдал, как солнечный свет окутывает её, придавая ей неземное сияние. Между ними возникло немое противоречие – мгновение, когда прошлое сталкивалось с настоящим, и оба понимали, что новый день принесёт не только тепло, но и перемены, о которых им ещё предстоит разобраться.

Когда они вновь вернулись в реальность, Чигук, заметив перемену в её образе, с легкой насмешкой произнес:

– Вижу, ты хорошо подготовилась ко встрече с ним.

Наоми лишь молча опустила взгляд, не желая вступать в словесный спор. Неловкость и ожидание смешивались в её душе.

– Довезу тебя на машине, а потом у меня дел по горло, – добавил он, не отрываясь от телефона.

Она кивнула, и вскоре они оказались в тонированном минивене с личным водителем. Интерьер минивена был выполнен в строгом, но стильном оформлении: мягкое освещение, кожаные сиденья, приглушенные тона, создававшие атмосферу приватности и комфорта.

Весь путь Чигук всё время держал телефон в руках, печатая сообщения или просматривая уведомления, но изредка его взгляд скользил по её силуэту. Он невольно задерживался, любуясь стройными ногами, открытыми плечами, нежной шеей и светящимся лицом. Каждый такой миг казался ему мгновением, полным противоречивых эмоций, но он не произнес ни слова.

Наоми же чувствовала, как внутри всё бурлит. Руки слегка дрожали, а сердце учащенно билось. Волнения и смущение переплетались с предвкушением неизвестного. И тут её телефон неожиданно завибрировал. Она подняла устройство и увидела сообщение от Джуна:

«Я на месте».

Эти слова заставили её замереть: голос прошлого, того, кто когда-то завладел её мечтами, внезапно вновь ворвался в её мир. Чигук заметил её изменение, его взгляд мельком встретился с её глазами, но он лишь слегка нахмурился и продолжил смотреть в телефон, словно пытаясь отгородиться от того, что могло разрушить хрупкий покой.

Автомобиль продолжал скользить по городским улицам, а утреннее солнце мягко озаряло город, словно предвещая новый виток событий в их сложной истории. Внутри минивена царила напряжённая тишина, наполненная ожиданием и незаданными вопросами, которые обещали вскоре найти своё разрешение.

Минивен плавно остановился у роскошного здания, скрытого за высокими зелёными насаждениями и окружённого тщательно ухоженным парком. Здесь не было ни души – всё излучало полную приватность и утонченную эксклюзивность. На входе, под сводами мраморного вестибюля, стоял Джун, одетый безупречно, как всегда.

Чигук быстро вышел из минивена, направляясь к Джуну. Они обменялись коротким приветствием, в котором сквозила обычная, почти деловая учтивость, но между ними чувствовалась напряжённая невысказанность.

В этот момент Джун подошёл к Наоми, и едва поклонился. Он мягко взял её за руку, наклонился и поцеловал её в щечку, не забыв засыпать её комплиментами:

– Ты выглядишь просто потрясающе, – сказал он с обворожительной улыбкой, его слова звучали как музыка, способная унести её в мир мечтаний.

Наоми, смущённая и растерянная, попыталась найти слова, чтобы возразить, но в этот момент голос Чигука прорезал атмосферу:

– Сегодня у нас нет съемок, так что она в полном твоём распоряжении!

Эти слова, произнесённые с явной раздражённостью, заставили Наоми замереть. Она хотела что-то сказать, возразить, защитить себя, но слова застряли в горле. Растерянность заполнила её взгляд.

Чигук, не дождавшись ответа, с тяжёлым сердцем вернулся в минивен, его глаза, наполненные обидой и упрёком, встретились с её растерянным взглядом на секунду, прежде чем он закрыл дверь и, не оглядываясь, уехал по делам.

Оставшись одна в этом роскошном, но холодном месте, Наоми почувствовала, как в ней борются смущение, растерянность и скрытая грусть. Голоса прошлого, комплименты и резкие слова – всё смешалось, оставив ей только неясное чувство утраты контроля над собственной жизнью.

После бурных событий прошлых дней, Джун устроил для Наоми обед, который обещал стать воплощением мечты и романтики. Он забронировал целиком роскошный зал в эксклюзивном ресторане, расположенном на вершине современного здания с огромными панорамными окнами. Зал был пуст, словно специально созданный для их двоих, чтобы ничто не могло помешать их общению. Величественный интерьер поражал: кристальные люстры мягко освещали белоснежные стены, а изысканные цветочные композиции на столах добавляли лёгкости и элегантности. За столом, украшенным скатертью из тончайшего льна, Джун встретил её с неподдельной улыбкой и нежностью в голосе.

– Наоми, ты сегодня словно светишься, – тихо произнёс он, проводя её к столику, – я всегда мечтал услышать, что движет тобой, какие увлечения наполняют твою душу.

Они уселись, и разговор быстро перешёл к её увлечениям. Наоми рассказала о своей любви к фотографированию, о бесконечном восхищении красотой мира, о особенной любви к ведению блога в социальных сетях, о мечтах -путешествовать по миру. Джун слушал её, словно сам погружаясь в её мир, его взгляд был проникновенным, а голос – мягким, как шелк.

– Твои слова, – сказал он, нежно взяв её руку, – для меня как музыка. Твоя страсть к фотографиям, твоя мечта – это то, что заставляет мир вокруг казаться ярче и добрее. Ты – источник вдохновения.

Каждое его слово проникало прямо в сердце Наоми, заставляя её забыть о прошлых сомнениях и страхах. Обед проходил в атмосфере искренности, где каждое новое блюдо, искусно поданное и рассказанное Джуном, становилось символом нового начала, полного нежности и взаимопонимания. Но в моментах всплывали воспоминания вчерашнего ужина с Чигуком: хоть стол не был таким роскошным, но моменты казались более родными и искренними.

Когда трапезу завершили, Джун предложил ей небольшую прогулку. Заказав заранее, он забронировал целиком уединённый сад, расположенный на окраине территории ресторана. В этом саду расцветают разнообразные деревья и растения, среди которых выделяется сакура, но она цветёт исключительно весной. Здесь царила абсолютная тишина и спокойствие, словно весь мир сошел на нет, оставив лишь их двоих.

Солнечные лучи играли на гроздьях винограда, а лёгкий ветерок нежно шуршал в листьях. Джун достал из корзины бутылку белого полусладкого вина, аккуратно завернутую в бархатную ткань, и протянул её Наоми.

– Ты знаешь, что алкоголь для меня запрещен, – сказал он с лёгкой улыбкой, – но я хочу, чтобы ты насладилась этим вином. Пусть оно станет символом нашего сегодняшнего дня, символом нежности и новых надежд.

Наоми приняла бутылку и открыла её, делая первый глоток. Вино оказалось изысканным: нежное, с легкой кислинкой и тонкой сладостью, которое будто рассказывало историю летнего заката. С каждым глотком она чувствовала, как волнения уходят, уступая место мягкому опьянению, дарящему ей ощущение лёгкости и блаженства.

Они шли среди рядов разнообразных деревьев, где всё вокруг казалось созданным для романтики: аромат спелых фруктов, теплый солнечный свет, ласковый шелест листвы. Джун, не употребляя ни капли вина, всё время внимательно слушал её рассказы о мечтах, планах и тайных увлечениях, его глаза то и дело задерживались на её сияющей улыбке, на её блестящих глазах, отражавших нежность и мечтательность.

В такие моменты он говорил ласковые слова, обещания и комплименты, искренне стараясь покорить её сердце. Его голос был тихим, но проникновенным:

– Я хочу, чтобы ты была счастлива, Наоми. Пусть каждый миг будет наполнен светом, как сегодня. Ты заслуживаешь всего самого прекрасного в этом мире.

Наоми слушала его, чувствуя, как каждое его слово согревает её душу. Под влиянием вина, она чувствовала себя почти невесомой, будто находилась в другом измерении, где царили лишь мечты и любовь. В этот волшебный момент она забыла о прошлом, о сомнениях, о боли – осталась только она и он, их разговоры, смех и тихий шелест листьев деревьев.

Так романтический обед превратился в настоящую симфонию чувств, где каждая мелочь, каждый взгляд и каждое слово становились частью их новой истории, обещающей нежность и взаимопонимание.