Мариам Гвасалия – Выбор сердца (страница 16)
– Полотенца в шкафу, – ответил он, не отрываясь от своих дел.
Наоми кивнула и зашла в ванную. Когда она закрыла за собой дверь, её охватило ощущение лёгкой неловкости. Ванная была большой: джакузи и рядом душ с стеклянной перегородкой. Поскольку она не хотела сразу наглеть, то решила воспользоваться вторым – сразу же включила воду, чтобы расслабиться. Поток горячей воды мягко омывал её, смывая усталость, но, несмотря на это, внутри всё ещё оставалась некая тревожность. В ванной было тепло и уютно, а панорамное окно открывало вид на ночной Сеул, на сверкающие огоньки города, которые казались такими далекими. Она вздохнула и закрыла глаза, наслаждаясь моментом.
Немного времени, когда она смотрела на джакузи, было сложно избавиться от ощущения, что эта роскошная ванная – это тоже часть странной реальности, с которой она сталкивается в последнее время. И тот факт, что она теперь здесь, в одном доме с Чигуком, не помогал ей успокоиться.
Она пыталась успокоиться, но её мысли всё равно вернулись к Чигуку. К тому, что он сделал для неё, как будто неожиданно оказавшись рядом в нужный момент. Этот момент, когда она почувствовала себя в безопасности, несмотря на всю эту странную ситуацию. Но его присутствие не могло не вызывать у неё легкую неловкость, что заставляло её чувствовать себя как-то… не на своем месте.
Когда она вышла из душа, Наоми с удивлением поняла, что чувствует себя немного более расслабленной. Она надела свою атласную белую ночнушку, аккуратно завязав на поясе атласный халат. Всё было настолько мягким, что она чуть не забывала о том, что это всего лишь её одежда, а не какое-то невероятно дорогое платье. Босиком она прошла по кафелю – он был с подогревом, что ещё больше добавляло ощущения уюта.
Наоми выскользнула из ванной и, не найдя Чигука в холле, решила, что будет ждать на кухне. Но едва она сделала несколько шагов, как вдруг услышала открывшуюся входную дверь.
Чигук вошел с пакетами еды, и Наоми не смогла сдержать улыбку.
– Ты как знал, что я голодная? – радостно спросила она, наслаждаясь моментом.
Чигук, разглядывая её, едва сдержал улыбку.
– Красивая ночнушка, – произнес он, подмигнув.
Наоми смутилась и инстинктивно скрестила руки на груди, поправляя свои влажные рыжие волосы, которые начали слегка высыхать и приобретать ещё более яркий оттенок в свете ламп.
– Прекрати смотреть так, – сказала она, пытаясь скрыть свою растерянность, но, несмотря на попытки выглядеть уверенно, в её голосе звучала легкая дрожь.
Чигук не мог не заметить её смущение. Он подошел к столу с едой, тихо смеясь.
– Ты всё так же краснеешь, когда я смотрю на тебя, – сказал он с мягкой улыбкой.
Наоми вздохнула и опустила взгляд, не зная, что ответить. Вся эта ситуация – странная, неожиданная, и всё время она чувствовала, что этот момент непременно оставит след в её памяти.
Наоми, всё ещё немного смущённая недавними событиями, но с искренним любопытством, подняла взгляд на стол, где аккуратно разложенные блюда манили яркими красками и ароматами. Чигук, заметив её интерес, бросил тёплый взгляд и сказал:
– Ты, наверное, не привыкла к корейской кухне. Позволь мне рассказать, что есть что.
– Это точно, в Европе нет таких острых блюд, как у вас, наверное, поэтому мне далеко не всё здесь нравится.
– Я так и подумал, поэтому попросил повара не добавлять много специй.
Он взял небольшую мисочку, полную светло-красного кимчи, и объяснил:
– Это кимчи – ферментированные овощи с острым перцем и чесноком. Оно пикантное, но очень полезное. Попробуй, оно придаст блюдам характер.
Наоми с улыбкой взяла немного кимчи, осторожно пробуя на вкус. Острый, немного кисловатый привкус сразу раскрыл перед ней целый мир новых ощущений. Чигук продолжил, проходя к другому блюду.
– А это – булгоги. Говядина, замаринованная в соевом соусе, мёде и чесноке, а потом быстро обжаренная. Смотри, как она блестит под соусом! – с воодушевлением произнёс он, подавая ей несколько тонких ломтиков.
Наоми, поражённая вниманием к деталям, внимательно слушала его объяснения. Она брала каждое блюдо, аккуратно изучая его, ощущая текстуру и аромат. В следующий момент Чигук указал на тарелку с жареными овощами и прозрачными стеклянными лапшами:
– Это – Чапчхе. Лапша из сладкого картофеля, обжаренная с овощами и подливкой из кунжутного масла. Очень ароматное и слегка сладковатое. Надеюсь, тебе понравится.
Так они сели за стол в просторной столовой, где каждое блюдо было настоящим произведением кулинарного искусства. За столом царила лёгкая, почти интимная атмосфера: между укусами они смеялись, обсуждали странности корейских вкусов, обменивались личными историями и подшучивали друг над другом.
Наоми заметила, как каждое новое блюдо открывало перед ней маленький секрет корейской культуры. Каждый раз, когда Чигук с терпением рассказывал о тонкостях приготовления, она всё больше чувствовала, что этот мир – такой же многогранный, как и он сам.
Смеясь и наслаждаясь моментом, они постепенно сближались за столом. Наоми не могла не отметить, как естественно и непринуждённо его голос звучал, когда он говорил о еде, как будто он делился не только рецептами, но и частичкой своей души. И в каждом его взгляде, когда он встречал её удивлённые глаза, проскальзывал отблеск нежности.
В один из таких моментов, когда она попробовала очередной кусочек булгоги, её губы невольно растянулись в улыбке, а Чигук подмигнул, как бы говоря: «Видишь, я же говорил, что это вкусно». Именно эти мелкие мгновения сближения – разговоры о вкусах, смех над неожиданными сочетаниями, лёгкое флиртование – делали вечер особенным.
За столом в полумраке шикарного зала, наполненного ароматами традиционной кухни и свежести ночного города, Наоми почувствовала, что постепенно утрачивает ту неловкость, что преследовала её с самого начала. Здесь, в этом роскошном уголке, между блюдами и нежными шёпотами, зарождалось нечто большее, чем просто знакомство с корейской кухней. Это было начало понимания друг друга, взаимного доверия и, возможно, чего-то очень важного, что у обоих ещё только предстояло открыть.
В разгаре тихой послеполуденной идиллии, когда остатки еды только начинали оседать на столе, на телефоне Наоми зазвонил знакомый номер. Она подняла устройство и мельком взглянула на экран – это был Джун. Взгляд её мигом встретился с глазами Чигука, и в них отразилось напряжение. Он напрягся, словно понимая, что этот звонок может нарушить шаткое равновесие вечера.
Наоми немного колеблясь, приняла вызов. Голос Джуна был теплым и чуть настойчивым:
– Привет, Наоми, как ты? Что ты делаешь завтра?
Она попыталась ответить, но слова застряли у неё в горле. Мысли путались, и ей не удалось дать четкого ответа. В конце концов, она произнесла с неуверенностью:
– Завтра… не знаю… может, пообедаем вместе?
Джун сразу подхватил предложение:
– Отлично, договорились. Тогда увидимся. Береги себя.
Наоми кивнула, хоть и беззвучно, и положила трубку. Мгновение спустя в тишине холла Чигук повернулся к ней с резким видом.
– Ты глупая и наивная, – холодно произнес он. – Мы оказались здесь по твоей вине. Если бы не твоя влюблённость в Джуна, всего этого бы не случилось!
Эти слова, как ледяной удар, пронзили Наоми. Она почувствовала, как боль и стыд смешались в груди. В глубине души она понимала, что он прав: ещё вчера она была без ума от айдола, поглощённая мечтами, а сегодня всё сводилось к поиску отговорок, попытке спрятаться за иллюзией.
Чигук вздохнул и добавил:
– Иди уже спать, Наоми.
Её внутренние переживания переплетались с чувством одиночества и замешательства, и она направилась в свою комнату. Закрыв за собой дверь, она достала телефон и набрала номер Оливии для видео-звонка. Её голос дрожал, когда она начала рассказывать обо всём произошедшем за вечер, не стесняясь делиться самыми тонкими деталями: от странного разговора за столом до звонка Джуна и резких слов Чигука.
Оливия, улыбаясь через экран, перебивала её:
– Ну ты знаешь, дорогая, айдолы – это отдельная вселенная. Но, похоже, тебе уже пора серьезно проснуться!
После весёлых поддразниваний подруги, Наоми решила провести мини-экскурсию по комнате. Она медленно показывала камеру: сначала роскошную спальню с огромной кроватью, белыми полупрозрачными шторами и мягким матрасом, затем изящный шкаф, где аккуратно развешаны наряды и аксессуары Чигука, наконец, просторную ванную с джакузи, открывающимся видом на сверкающий ночной город. Оливия не сдерживала своих комментариев:
– О, какой шик! Чигук явно не жалеет денег… Но, может, тебе пора выбраться из этой сказки?
После короткой беседы, когда видео-звонок завершился, Наоми тихо улеглась на кровать, повернувшись боком к большому панорамному окну. Мерцающие огни города мягко играли на её лице, заставляя забыть о недавних переживаниях. Грусть, смущение и одиночество постепенно уступали место лёгкой усталости. В тишине ночи, под шорох ветра за окном, она закрыла глаза и тихо уснула, надеясь, что с новым днем всё обретет хоть какую-то ясность.
Глава 11
Утро наступило неожиданно ярким. Наоми медленно открыла глаза, и её первым ощущением стал ослепительный блеск солнца, проникающий через огромные панорамные окна. Тёплый свет мягко разливался по комнате, обещая новый день, полный возможностей и перемен. Не устояв перед этим великолепием, она поднялась с кровати и направилась к окну, чтобы насладиться первыми лучами утреннего солнца. В этот момент её мысли плавно уносились вдаль, к новым начинаниям и мечтам, когда вдруг сбоку послышался резкий звук падающей вещи.