Мариам Гвасалия – Последний трансфер (страница 3)
Но в голове уже крутилось:
Изабель знала, что в клубе нужны такие игроки. Игроки, которые не просто бегают по полю, а способны изменить атмосферу в команде. Сэм имел все шансы стать именно таким. Однако её сомнения всё равно продолжали терзать. Как будет складываться его карьера? Сможет ли он справиться с давлением? Вопросы оставались, но одно было ясно: он уже стал частью истории клуба, и его путь только начинался.
Глава 3
Первая тренировка и скрытые пункты
06:30. Тренировочная база «Реал Марбелья».
Солнце только начинало пробиваться сквозь утреннюю дымку, окрашивая горизонт нежными розовыми полосами, когда Сэм, одетый в тренировочный костюм клуба, вышел на поле. Он прибыл на час раньше запланированного начала тренировки – привычка, выработанная еще в далекие школьные годы, когда ему приходилось вставать ни свет ни заря и тренироваться до школы, пока улицы Лондона еще мирно спали под покровом ночи. В те дни, когда он оттачивал свои навыки на потрепанных городских площадках, время было бесценно, и каждая минута, потраченная на совершенствование мастерства, казалась инвестицией в будущее.
Бутсы, новенькие, еще пахнущие кожей и клеем, врезались в безупречно ровный газон тренировочной базы. Он невольно сморщился, испытывая легкий дискомфорт. Не то, чтобы он не ценил качество, но… Он ненавидел это ощущение, эту неестественную мягкость под ногами. Это было слишком стерильно, слишком идеально.
– Слишком мягко. – пробормотал он, делая короткий, резкий рывок с мячом, стараясь почувствовать его вес и отскок. – Как ковер в богатом доме. Нельзя почувствовать землю, не чувствуешь сопротивления.
Он вспомнил те времена, когда играл с друзьями на заросших травой полях в районе Ист-Энд, где каждый удар по мячу сопровождался облаком пыли, а кочки и неровности заставляли постоянно корректировать траекторию. Настоящий футбол, по его мнению, пахнет пылью, потом, дешевой травой, пропитанной солнцем и страстью. Пахнет борьбой, адреналином и победами, добытыми в поте лица. Здесь же, на этой безупречной базе, все казалось каким-то… искусственным.
Вокруг него, словно невидимые стражи, располагались современные технологии. На трибунах, казалось, затаились камеры, фиксирующие каждое его движение. Вдоль поля были установлены лазерные датчики, измеряющие скорость, ускорение, угол наклона тела – каждый шаг, каждое касание мяча анализировалось и отправлялось в базу данных. А в раздевалке его уже ждал диетолог, готовый тщательно проконтролировать состав и калорийность его завтрака, чтобы обеспечить оптимальное восстановление и поддержание физической формы. Здесь не было места спонтанности, интуиции, простому футбольному азарту. Здесь все подчинялось строгим расчетам и планам. Он вздохнул, подбросив мяч в воздух и ловя его, пытаясь сосредоточиться на предстоящей тренировке, но ощущение искусственности не покидало его.
К 07:30 подтянулась остальная команда, потягиваясь и зевая после утреннего подъема. Сэм, продолжая разминаться, почти не обратил на них внимания, полностью погруженный в свои мысли.
– Эй, англичанин! – раздался хриплый голос, и капитан Эктор Браво (35 лет, лицо изрезанное шрамами, словно карта сражений, свидетельствующая о многочисленных схватках на поле) бросил ему мяч прямо в грудь. В его взгляде читался вызов, легкая насмешка и желание проверить новичка. Это был жест, привычный в футбольном мире – проверка на прочность, проверка на то, как быстро адаптируется молодой игрок к атмосфере команды.
Тишина повисла над полем. Все игроки замерли, ожидая реакции Сэма. Они хотели увидеть, как он отреагирует на этот недвусмысленный выпад, как поведет себя под давлением. Это был своеобразный тест на характер, проверка его уверенности и умения держать себя в сложных ситуациях.
Сэм поймал мяч, на мгновение задержал взгляд на капитане, и на его лице появилась легкая, почти незаметная улыбка. Это была не самоуверенная ухмылка, а скорее выражение спокойной уверенности в себе.
Развернувшись, он одним, точным движением ударил по мячу.
Мяч, словно выпущенный из катапульты, пролетел над всем полем, описывая идеальную дугу, и с оглушительным грохотом врезался в перекладину ворот. Звук был настолько мощным, что, казалось, проснулись чайки в порту, взметнувшись в небо в испуганном рое.
– Впечатляет? – сказал он просто, не глядя на капитана, лишь слегка кивнув головой. В его голосе не было ни вызова, ни агрессии, лишь спокойное утверждение факта.
Тренер Альваро Рико (бывший защитник, крепкий и коренастый, напоминающий бульдога своей напористостью и решительностью) хмыкнул, оценивающе глядя на Сэма. В его глазах мелькнуло одобрение, но он не стал разглагольствовать.
– Ладно, Самуэль, сегодня работаем над твоим слабым местом.
Сэм, не теряя самообладания, ответил:
– У меня их нет.
Рико, не моргнув глазом, лишь усмехнулся, демонстрируя свои крепкие зубы.
– Наглость. В этом клубе сначала доказываешь на поле, а потом болтаешь. Здесь слова ничего не значат, важны только действия. Пора начинать работу.
Кабинет Изабель. 14:00.
Солнце, проникая сквозь жалюзи, отбрасывало на стол приглушенные полосы света, освещая кипу бумаг. Изабель решила сегодня изучить контракт Сэма, тщательно просматривая каждую строчку мелким шрифтом. Она уже привыкла к долгим часам работы, но этот контракт вызвал у нее неприятное беспокойство.
Внезапно ее взгляд зацепился за странный пункт:
«§12.3: В случае дисквалификации игрока более чем на 5 матчей, клуб оставляет за право расторгнуть соглашение без компенсации».
– Почему я этого не заметила раньше? – её пальцы замерли над клавиатурой, а на лице отразилось недоумение и легкое раздражение. Она перечитала пункт еще раз, убеждаясь, что не ошиблась.
Такого не было даже в контрактах с самыми проблемными игроками, с теми, кто имел репутацию хулигана или склонен к скандалам. Этот пункт был слишком жестким, слишком несправедливым. Кто-то заранее готовился к его провалу, подстелил солому, чтобы избежать финансовых потерь в случае, если молодой англичанин не оправдает ожиданий. Это была не просто предосторожность, это было явное предупреждение.
Дверь распахнулась без стука, впуская взволнованного секретаря.
– Сеньорита Гарсия! – секретарь задыхался, пытаясь отдышаться. – Вы видели, что он сделал?
Он протянул ей телефон, на экране которого было видео с тренировки. Сэм, демонстрируя невероятное мастерство, исполнял тот самый «удар скорпиона», подбросив мяч себе на ногу и, перевернувшись в воздухе, отправив его в сетку через себя. Зрители на тренировочной базе разразились аплодисментами.
Подпись под видео гласила: «Новый король Марбельи?»
Изабель нахмурилась, ее брови сошлись на переносице. Она смотрела на видео, и ее мысли метались в хаотичном вихре. Он был слишком хорош. Слишком опасен. Его талант был очевиден, его потенциал – огромен. Но этот странный пункт в контракте, в сочетании с его невероятным мастерством, вызывал у нее все больше вопросов. Кто-то явно не хотел, чтобы этот парень стал звездой «Реал Марбельи». Изабель почувствовала, как в ней просыпается интуиция, подсказывающая, что за этим скрывается нечто большее, чем просто стандартная страховка от неудачного трансфера.
18:00. Кабинет Президента клуба
– Этот пункт – ловушка, – она швырнула папку на стол. – Его хотят вышвырнуть при первом же промахе.
Рауль Вильялобос потягивал виски.
– Все новички под прицелом. Особенно те, кого я лично выбрал.
– Кто вставил это в контракт? Я ведь лично составляла документы, и этого пункта там не могло быть.
– Совет директоров. Они боятся…, что он не оправдает надежд, и тогда…
– И тогда вы просто избавитесь от него?
Президент усмехнулся:
– Только не говори мне, что ты за пару дней успела проникнуться этим англичанином.
Изабель уже ничего не удивляло в футбольном мире.
– Не прониклась… Просто не люблю, когда меня ставят перед фактом. Вы прекрасно знаете, как я отношусь к подобным вещам. Особенно когда это касается моей работы. Ведь с самого начала именно я нашла этого парня, вела переговоры, и я, как никто другой, заинтересована в его успехе.
Рауль отпил еще виски, наслаждаясь моментом. Он знал Изабель, как облупленную. Ее прямолинейность, упрямство и преданность делу делали ее незаменимой, но иногда это играло против нее.
– Изабель, успокойся, это всего лишь страховка. Мы должны быть готовы ко всему. Футбол – это большой бизнес, а в бизнесе бывают разные ситуации. Ты же не думаешь, что я бы позволил кому-то тронуть твоего протеже без твоего ведома?
Изабель вздохнула, стараясь успокоиться. Она понимала, что Рауль прав. Футбол – это мир больших денег и жестокой конкуренции. Но ей все равно не нравилось, что за спиной плетутся интриги.
Ладно, – сказала она – но если с этим англичанином что-то случится, я спрошу с совета директоров.
Рауль улыбнулся, зная, что Изабель не шутит. Он был уверен, что с англичанином все будет в порядке. Изабель не позволит никому испортить ее работу. А если кто-то попытается, он сам встанет на ее защиту. Потому что Изабель была не просто сотрудником, она была частью его команды. И он ценил ее больше, чем любой контракт или совет директоров.