Мари Стефани – Тебе подошло бы быть моей женой (страница 23)
От рыданий голос пропал, остался лишь сип.
– Куда уезжаешь? У нас самолёт только через два дня!
– А я уезжаю сегодня! – поднимаю на подругу заплаканные глаза. – Я не хочу оставаться здесь не одной лишней минуты!
– Что еще произошло? – напряженно глядя, на меня спросила она.
– Ничего. Мной всего лишь попользовались и отправили в отставку, – сквозь рыдания ответила я.
– Это он тебе сказал?
– Нет, – усмехнулась я, – его невеста. У него даже духу не хватило со мной объясниться, даже посмотреть мне в глаза.
– У него есть невеста?!
– Да! Красивая, взрослая уверенная в себе в дорогих шмотках и знающая о его времяпровождении. Представляешь, она даже нисколько не приревновала его ко мне. Да я ей и не соперница, мне до нее как вершины горы ползти лет десять.
– Хочешь сказать она знает о том, что между вами что-то было?
– Знает! "А вот, я его невеста! А теперь проваливай, девка! Я вернулась, больше твои услуги не понадобятся!" Дословная ее фраза. – процитировала я блондинку. – За что? Зачем он так со мной? Я никогда бы не подумала, что он такой. Он был таким нежным, заботливым, осторожным, и от этого его предательство больнее во сто крат. Я ему доверилась, открылась душой, а он туда нагадил. Он разрушил мое доверие к мужчинам! Я никому больше не смогу доверять, – рыдала я на груди у Риты.
– Даша тебе надо успокоиться. Давай выпьем, переждем два дня и поедем домой.
– Нет! Я улетаю сегодня! Домой, в свою жизнь, туда, где я нужна, где мне ценят и уважают! Там, где мне вверяют свои жизни! С сегодняшнего дня для меня существует лишь работа!
ГЛАВА 19
Я вошла в трехэтажное кирпичное здание с высокими белыми потолками и арочными окнами. В нос тут же ударил запах лекарств. По коридорам заведения сновал медперсонал. При виде меня каждый считал долгом поздороваться.
Я по широкой лестнице поднялась на второй этаж и отправилась в комнату персонала, переодеться. Надев свой свеженький кораллового цвета медицинский костюм, я вышла из комнаты. Уже на подходе к ординаторской, где должна была состояться пятиминутка с заведующим отделения, я столкнулась с коллегой.
– Дарьяна Сергеевна, с выходом, – подошёл ко мне высокий мужчина средних лет.
– Спасибо, Кирилл Андреевич.
– Как отдохнули? – глядя мне в глаза, произнес он.
– Отдыхать всегда хорошо, но я рада вернуться. А что нового у нас в больнице?
– Все по-прежнему. Одни пациенты выписываются, другие поступают.
– Как Васильев? – спросила о своем пациенте, попавшим ко мне с трудным случаем.
– Отлично ваш Васильев, за две недели заметен прогресс, появилась чувствительность. Ждёт не дождётся вашего возвращения, чтоб похвастаться результатами и построить вам глазки.
– Пусть строит, если ему это помогает выздоравливать, – улыбнулась я.
– А я могу построить вам глазки и пригласить на свидание? – вдруг спросил мужчина.
– Если вам это поможет в лечении пациентов стройте. А на свидание не пойду.
– Даша, я же с искренними намерениями! – перешёл на ты коллега и схватил за руку.
– Простите, Кирилл Андреевич, но я не могу ответить вам взаимностью, – холодно произнесла я и поспешила в ординаторскую, где уже начиналась пятиминутка.
– Доброе утро! – поздоровалась с коллегами.
– Доброе утро, Дарьяна Сергеевна, с выходом! – ответили они.
– О, Дашенька, ты уже вернулась? – посмотрел на меня поверх очков наш заведующий.
Ему было под семьдесят, но он до сих пор возглавлял отделение и при этом руководил железной рукой.
– Да, Вадим Карлович, вернулась и готова трудиться.
– Это хорошо, хорошо. У меня как раз для вас есть пациент. Но об этом поговорим потом. Дежурные врачи, доложите, что в отделении было на выходных.
– Дежурство в выходные прошло спокойно. Никаких непредвиденных случаев, температурящих больных не было. В пятницу вечером при приеме смены в отделении было пятьдесят три пациента, на утро понедельника тоже число, – отчиталась Анна Павловна, строгая женщина лет пятидесяти.
– Хорошо, – ответил заведующий. – У нас сегодня три поступления. Три молодых мужчины. Один после ДТП, прикован к инвалидному креслу полтора года. Был прооперирован, восстановительный этап протекал удовлетворительно. Чувствительность сохранена, рефлексы присутствуют. Кирилл Андреевич, это ваш пациент.
– Хорошо, Вадим Карлович, – взял протянутую историю болезни коллега.
– Второй мужчина, падение с высоты год назад. Сочетанная травма позвоночника, перенес несколько операций, в том числе и по декомпрессии спинного мозга. Анна Павловна он ваш.
– Спасибо, Вадим Карлович.
– И последний наиболее сложный пациент ваш Даша. Молодой мужчина со спортивной травмой. Прикован к креслу около четырех лет. Перенес несколько операций, в том числе и в Германии. По снимкам в позвоночнике все идеально. Чувствительность сохранена частично, рефлексы присутствуют, но поставить на ноги его не могут. Как могла догадаться прошел не один реабилитационный центр. По рекомендации попал к нам. Вот его история.
– Спасибо Вадим Карлович, я все изучу.
– Пятиминутка окончена, всем спасибо.
Народ поднялся и потянулся к выходу.
– Даша, задержись, – обратился ко мне заведующий.
– Вы что-то хотели Вадим Карлович?
– Да, Даша. Пациент богатый, они очень просили самого лучшего реабилитолога. Ты уж постарайся.
– Вадим Карлович, для меня хоть богатый, хоть бедный, пациенты все получают одинаковое внимание.
– Да, да, конечно. Это я так сказал, чтоб ты серьезнее отнеслась к его проблеме. Молодой мужчина четыре года прикован к инвалидному креслу, без видимых причин. Родственники очень переживают, а он вот-вот опустит руки. Мы его последний шанс.
– Я сделаю все от меня зависящее.
– Спасибо, Дашенька. – Вадим Карлович был знаком с моими родителями, поэтому относился ко мне как дочери или внучке и иногда забываясь обращался ко мне по-домашнему.
– Там ещё одно, – начал он. – Они просили люксовую палату, но она занята эту неделю, положи его пока с Васильевым. Надо как-нибудь деликатно разрулить этот вопрос.
– Конечно, Вадим Карлович.
– Ну все беги.
Все утро я бегала по своим пациентам, пытаясь наверстать упущенное за время отпуска. Тщательно изучала их динамику и корректировала план лечения. К моему огромному удовольствию у всех наблюдалось улучшение. Я так увлеклась, что совсем забыла о новом пациенте.
– Дарьяна Сергеевна, там новенький вместе с родственниками шумит, – подошла ко мне медсестра.
– Какой новенький? – оторвала я взгляд от листа назначения.
– Вольский, которого вы велели подселить к Васильеву.
– А он уже поступил? – удивилась я.
– Поступил с полтора часа назад, но уже всех поднял на уши.
– Сейчас им займусь. Принесите мне пожалуйста историю Васильева, заодно и его посмотрю.
– Хорошо.
Пока ждала, стала листать историю, врученную мне Вадим Карловичем. Нового пациента завали Вольский Константин Алексеевич, тридцать семи лет.
От этого имени, на сердце заныла застарелая рана. Отбросив ненужные воспоминания, я продолжила читать.