Мари Соль – Счастливы вместе (страница 2)
Рома. Роман. Мой роман. Мой супруг. Рома Окунев. Это о нём идёт речь? Или она кабинет перепутала?
– Вы так уверены в этом? – в моём тоне сквозит очевидный намёк: «Ты уверена в том, чей ребёнок? Да мало ли чей? Да мало ли, с кем ты спала, малолетняя дрянь! Прошмандовка. Кривицына Зоя».
Зоя кивает:
– Я абсолютно уверена, – как будто услышав мой гневный посыл, добавляет, – Я больше ни с кем не спала.
«Не спала, значит», – мысли бурлят, кровь кипит. Ощущаю, как пот липким слоем покрывает меня под одеждой. Охота окно открыть, несмотря на холодный ноябрь. Раздеться. Голова идёт кругом. Колени безвольно слабеют. Кажется, встань я сейчас – упаду…
– Чудесно! Вы спали с человеком, зная, что он женат, – я смотрю на её разноцветные ногти. Красный, синий, зелёный. Выглядит так, точно она не могла решить – какой цвет предпочесть…
Зоя сжимает край юбочки:
– Бывают обстоятельства непреодолимой силы. Когда нет выхода, кроме как…
– Кроме как, сделать аборт, – говорю я со вздохом.
– Аборт? – поднимает глаза на меня. В них читается лёгкий испуг, – А разве доктор не должен меня убеждать сохранить жизнь ребёнку?
«На больную мозоль давит, дрянь», – про себя раздражаюсь, – «Скажи мне ещё про пресловутую клятву Гиппократа».
Я сжимаю нагретую пальцами ручку. Перевожу на мерзавку тяжёлый, исполненный ярости, взгляд:
– Бывают обстоятельства непреодолимой силы, – повторяю её же слова.
Усмехается. Этот смешок, он едва ощутим. Но отчётливо бьёт по живому. Окунев, падла! Вот был бы ты здесь… Ну, я бы тебе и устроила.
– Я подумала, – решительно вскинувшись, произносит она, – Я буду рожать.
– Что ж, – отвечаю я, – Ваше право. Вот только, боюсь, что ребёнку придётся расти без отца.
«Я ли это говорю?», – потрясённо, я слушаю собственный голос. Спокойный, как будто скала! А внутри всё бушует. Да так, что рука с ручкой мелко дрожит. Да была б моя воля, я бы её заколола. Прям тут! Этой ручкой…
– У моего ребёнка будет отец, – отвечает она, – Самый лучший.
– Хорошая мысль! – усмехаюсь приветливо, – С этим вам лучше поторопиться. Мужчины такие наивные. Влюбится, будет чужого растить, сам не зная об этом.
По личику Зои скользит незаметная тень. Я решаю добить:
– Если вы рассчитываете на алименты, пожалуйста. Через тест ДНК. Вот только, признает ли Рома отцовство? Поверьте, милочка, у него и до вас, было много подобных нахлебниц! Все норовят влезть в карман.
– Он обещал развестись, – практически шепчет она. И бледнеет. Вот-вот потеряет сознание…
– Эй, ты чего? – я тянусь к ней, трясу за рукав, – Ты не вздумай мне тут, поняла?
Зоя дышит натужно, откинувшись на спинку. И губы бледнеют, и руки дрожат. Я, быстро вынув из ящичка ватку, макаю её в нашатырь.
– Вот, держи! – тычу в нос.
Зоя кривится, кашляет.
– Всё? Оклемалась?
В глазах её слёзы. То ли с нашатырём переборщила, то ли с нажимом…
– Простите меня, Маргарита, – роняет на всхлипе.
«Только этого мне не хватало», – рычу про себя. Позвонить ему прямо сейчас? И дать трубочку ей. Только вдруг… потеряет сознание?
– Послушайте, Зоя, – смотрю на часы, – У меня перерыв через пятнадцать минут. Здесь за углом неплохое кафе, «Базилик» называется. Вам не мешало бы перекусить! И обсудим наше… недоразумение. Вы мне расскажите, как было дело. Вместе примем решение, да?
Я, почти по-матерински заботливо, трогаю хрупкую девичью руку. Она удивлённо кивает:
– Спасибо.
– Ну, вот, – улыбаюсь, – Идите туда. Я сейчас подойду. Вы пока что меню посмотрите. Берите всё на свой вкус, я плачу, – поднимаюсь я из-за стола, на ходу принимаюсь расстёгивать пуговки на униформе.
– Хо-рошо, – Зоя тоже встаёт. И, одёрнув короткую юбочку, устремляется в сторону двери, – Тогда я… пойду?
– Вы идите, идите, – киваю я одобрительно.
И лишь когда дверь закрывается, трогаю лоб. Он весь в мокрой испарине. Так и простудиться недолго! Вытираю салфеткой подмышки и шею. Всё потное. Так перенервничать! В пору самой нюхать свой нашатырь.
К слову, нюхаю. Вынимаю из ящичка спящий гаджет. Нахожу переписку с Романом. Пишу ему:
«
Он отвечает секунд через тридцать:
«
«Не я», – порываюсь ответить ему. Но решаю пока не вводить в заблуждение. Он сам должен узнать. Я устрою им очную ставку! Я хоть и врач, но сериалы смотрю регулярно.
«
Окунев тут же звонит. Беру трубку, и слышу тревожное:
– Что? Это правда, Марго?
– Пошутила, – вздыхаю.
– Ты дура совсем, или как? – удивляется он.
– У меня для тебя есть сюрприз, – говорю, – Приезжай!
Он вздыхает на том конце провода. Знаю – не смог, так бы сразу сказал! Значит, может:
– Окей. Через полчаса буду.
Я одобряю указанный срок. Нам с Зоей хватит полчасика, чтобы узнать друг друга получше. Пока мой родной, обожаемый муж, словно Бэтмен, спешит к нам на помощь.
Глава 2
Я была ровесницей Соньки, когда впервые увидела Рому. Он – на два года старше меня, старшеклассник, спортсмен, гордость школы. Кто бы сказал мне тогда, что я буду его женой, посмеялась бы! Где уж мне? Кроме прыщей, лишний вес. Кроме стеснения, комплексы! Наши папы дружили. А мамы общались, и часто, как сейчас говорят «тусили» парами. То на одной из квартир, то на другой. И меня, «потому, что я девочка», оставляли присматривать за малышнёй. У меня – младший брат, а у Ромки – сестрёнка. Сам же он уходил с пацанами гулять. А мне было обидно…
Потом он надолго пропал. Точнее, отцы разругались, на время. И встретились снова, когда умерла моя бабушка. Там, на похоронах, всё сложилось иначе. Мне было двадцать, ему – двадцать три.
– Ого! – только и сказал Окунев, увидев меня со спины.
Я – вся в чёрном. И волосы гладко зачёсаны. К этому возрасту сбросила лишнее, стала повыше. Кожа разгладилась, грудь подросла.
Он тоже подрос. Хотя, куда уж больше? Волосы вьются копной, зачесал их назад. На лице ровно стриженный ёжик щетины.
– А я познакомиться собирался, – сказал он, неловко кусая губу.
– Знакомы, – отрезала я, с холодной решимостью прошествовав мимо него.
После этих похорон как-то всё и срослось. Не сразу, конечно! Сперва мы встречались. Но оба знали как будто, что всё решено. Что нам предначертано быть вместе. Свадьбу играли пышную! Наши папы устроили «батл», кто кого переплюнет. У одного – своя клиника. Другой производит лекарства, владеет сетью аптек. Платье было дизайнерским. Торт, лимузин. И поездка на море.
Пожалела ли я? Не скажу! Наш брак был счастливым, по крайней мере, первые несколько лет. До тех пор, пока Ромка был верен. Пока он не взял руководство «Ленфарм» на себя. И, в то время как я разрывалась между вечно орущей Сонечкой и пятилетним Севкой, мой муж у себя в кабинете приходовал шлюх…
В «Базилике» снимаю одежду, повесив за дверью кафе, в небольшом закутке. В столовой клиники тоже неплохо готовят. Но разговаривать там, на глазах у коллег. Ну, уж нет! Выглянув из-за ширмы, я вижу её. Сидит спиной к выходу, смотрит в окно. Интересно, о чём она думает? И ведь не ушла!
Бросив взгляд на часы, выхожу. До приезда Окунева не так много времени. Так что, не будем терять ни минуты!
– Ну, что? Заказала уже? – уточняю, садясь.
Бросив сумочку возле себя, раскрываю меню.