Мари Соль – Не ищи нас, бывший (страница 6)
- Я просто хотела примерить, - прячусь за тканевой занавеской примерочной, - Чисто ради того, чтобы знать!
- Ну, конечно, дорогая, - поощрительно произносит он, - Ты обязана это делать! Каждую вещь должна пощупать, примерить и оценить.
- Эм…, - вожусь я с молнией на платье, - А вы хотели Веронику Адамовну? Она ещё с утра не появлялась!
- Да? В самом деле? И где же её носит, голубу мою? – посмеивается он.
А у меня образовалась проблема! Молния заела намертво. Кажется, волос застрял… И я никак не могу изогнуться в достаточной мере, чтобы её расстегнуть.
И порвать боюсь! Так как вещь дорогая. Тогда без зарплаты останусь. А мне она, ой, как нужна!
- Извините, Игнат Арнольдович, - выглядываю из-за занавески, - А вы бы не могли мне помочь?
Вид у меня виноватый. И он, вальяжно стоявший у стойки с ремнями для брюк, обернувшись, приподнимает кустистые брови.
Он чем-то похож на актёра… Ну, этого… Как его там? Он ещё в сериале бандитском играл! Забыла, как называется…
- Конечно, Аннушка! Помогу, что случилось? – глубоким и низким голосом, произносит он моё имя. Он всегда называл меня так, как только нас представили друг другу.
«Аннушка», - как-то по-стародавнему. Наверное, так звали бы меня в девятнадцатом веке? Но я не решилась исправить впервые. Так не решаюсь и сейчас! Аннушка, так Аннушка.
- Застряла молния, - робко выдвигаюсь я из-за занавеси и демонстрирую ему свою маленькую проблемку.
В отделе сейчас никого. Ниночка, моя сменщица, с которой мы обычно принимаем товар, убежала. У неё у ребёнка температура. Тот в детском саду, пришлось срочно забрать! Я, как никто понимаю.
Потому и не хочу отдавать нашу Полинку в детский сад. Она у нас такая ранимая и нежная девочка. Хотя, знаю, что придётся! Но тяну до последнего. Вот прямо перед самой школой и отдам. В подготовительную группу. Для адаптации.
Вероника Адамовна обещалась взять меня на постоянную работу, уже с полным окладом и премией. У неё все девочки трудоустроены по договору. И должность моя будет называться не просто «продавец-консультант», а «консультант-имиджмейкер».
Ткну Стасу в лицо, пусть завидует!
- Ох, беда, так беда! – восклицает Игнат Арнольдович и цокает языком, - Помогу тебе, конечно, Аннушка, - делает он шаг ко мне, - Но только при одном условии!
Звучит это не слишком обнадёживающе. Неужели, попросит о чём-то неприличном…
По моей спине бежит холодок. Я кусаю губу, и уже намереваюсь отказаться от помощи. Но Игнат Арнольдович говорит:
- Если ты будешь звать меня просто Игнат, хорошо?
Я с недоумением смотрю на него. Это всё?
- Ну-ка, попробуй! – щёлкает пальцем.
- И-игнат, - произношу его имя.
- Отлично, дорогая! – раскрывает он руки, как будто хочет меня обнять, - А то, когда вы, мои пташки, зовёте меня по имени-отчеству, я кажусь себе старым. Но, я же не стар?
- Вы? Эм… Нет! – спешу поощрить его эго.
Игнат приближается так, что я слышу его дыхание у себя за спиной. Он высокий, и я достаю ему до шеи, стоя босиком на примерочном коврике.
- Милая, можешь привстать на пуфик? – просит он.
- Э… Да, конечно, - обнажаю разрез на платье, в котором мелькает бедро, и залажу на пуф.
Теперь уже он мне по шею. И его глаза на уровне моих грудей. Только я задом, и могу видеть в зеркале, как он корпит над застёжкой.
Убираю волосы, одна прядь остаётся. Она-то и застряла!
- Совсем всё плохо? – вздыхаю.
- Нет, не совсем, - приглушённо говорит Игнат.
И я чувствую, как его пальцы, поддев молнию, гладят меня по спине. Нет, точнее, не гладят! Он просто касается. Но это так непривычно… Чтобы кто-то посторонний. Не врач, не парикмахер, и даже не массажист! Касался меня вот так, как сейчас Игнат…
Но делать нечего, приходится закрыть глаза и терпеть. Не могу сказать, что это неприятно! Хотя я и пытаюсь вызвать в себе неприязнь. Но никак не могу!
Запах парфюма окутывает меня, а его бормотание убаюкивает. И я, как в полудрёме, покачиваюсь на этом пуфике, балансирую на нём босиком…
И тут Игнат дёргает молнию вниз. Так что я, от неожиданности, валюсь назад, взмахивая руками, как крыльями. Но я не птица, и летать не умею! И поэтому падаю прямо Игнату в руки.
Он ловит с триумфальным возгласом:
- Опа!
Я хватаюсь за рукав его рубашки, болтаю ногами, пытаясь запахнуть разрез на платье, который бесстыдно разъехался в стороны, обнажая не только бедро, но и кончик трусов…
Игнат, однако, недолго любуется, а, поняв, как мне неловко, быстро ставит на ноги.
- Простите, - шепчу я.
- Да что ты, пташечка! Это я виноват, не рассчитал силы, - гладит он по плечу.
«А вот это уже лишнее», - думаю я, но руки не снимаю.
- Не ушиблась, малышка? – голос его такой ласковый, почти по-отечески.
- Нет, - еле слышно шепчу.
Ощущаю, что молния сзади расстёгнута.
- Вы не возражаете, если я…, - показываю жестами, что хочу снять платье.
- Оу! Да, конечно! – он выходит из примерочной и задёргивает штору.
А я ощущаю, как сердце бьётся и как дыхание срывается на всхлип. Вот была бы засада, если бы сейчас вернулась Ниночка! Или того хуже. Сама Вероника пришла…
Щёки красные, как у помидора. Я пытаюсь вернуть себе равновесие. Ничего такого не случилось! Просто форс-мажор.
И хорошо, что Игнат Арнольдович оказался поблизости. А то ходила бы я в этом платье до самого вечера. И потом объясняла хозяйке, что это «исключительно с целью демонстрации товара на себе»…
Выхожу из примерочной с платьем на плечиках. Уже переоделась в привычные джинсы и пуловер.
Игнат не ушёл.
- Я тут подсмотрел, пока разбирался с молнией, - подмигивает он мне заговорщически.
И кладёт на кассовый столик банкноту.
- Что это? – удивлённо смотрю на деньги.
- Я купил его, - кивает он взглядом на платье, - Мне очень понравилось, как оно сидит на тебе.
Я смущённо опускаю глаза. Вероятно, купил для одной из своих… Как бы это назвать? Фавориток. Какой ужас! Если честно. Покупать подарки любовнице в магазине жены.
Но это не моего ума дело! Это их семейная жизнь. И, если обоих устраивает…
- Вам чек выписать? – предлагаю по-деловому.
- Нет, дорогая! Я не думаю, что он пригодится, - подмигивает он, намекая, что такие подарки не возвращают.
Платье и правда, шикарное. В пол. С полупрозрачным слоем поверх трикотажного. Он расшит стеклярусом по низу. Игра света создаёт ощущение, что ноги окутаны дымкой. Я бы такое надела! Вот только, не знаю, куда…
На корпоратив к Стасику? Ну, у них там в таких ходят разве что жёны директоров. Но директорат отмечает отдельно от «простых смертных». А среди прочих я буду смотреться в таком, как принцесса среди подданных.
«Стоп», - остужаю свой собственный пыл.
С чего я взяла вообще, что могу себе позволить его? Или что-то из новогодней коллекции? Всё, что я могу себе позволить, так это клатч из текстиля, или топик с вышивкой. К слову, почему бы и нет…