Мари Рос – Ты. История любви рожденная из ненависти. (страница 10)

– Конечно, подпишу. И прошу прощения за эту ситуацию – похоже, где‑то произошёл сбой.

Он, аккуратно подписал его и добавил:

– И ещё кое‑что. Чтобы избежать подобных проблем в будущем, я распоряжусь, чтобы все такие запросы сразу сканировались и сохранялись в электронном виде на руках. Так мы обезопасим и моряков, и себя от случайной потери бумаг.

После этого Марина сделала копию документа с визой командира корабля – на случай, если он снова затеряется. Тщательно проверив, что подпись отчётливо видна, она отнесла оригинал в организацию Андрея.

Там она не просто передала бумагу секретарю, а настояла, чтобы документ сразу зарегистрировали как входящий: проследила, как его вносят в журнал учёта, записала порядковый номер и дату принятия. Секретарь слегка поморщился от такой настойчивости, но выполнил все требования.

– Вот номер регистрации, – протянул он Марине бланк. – Срок рассмотрения – до 30 рабочих дней.

С лёгким сердцем она ушла к себе в кабинет и на какое‑то время перестала думать об этом деле. Теперь у неё были все подтверждения: копия с визой командира, квитанция о приёме документа – можно было заняться другими делами, в том числе подготовкой к созданию группы поддержки для жён моряков.

Однако прошло ещё немного времени – ровно две недели, как гласил регламент, – а ответа не последовало. Марина решила проверить судьбу бумажки и снова пошла в организацию Андрея.

В канцелярии её встретили прохладно:

– По вашему вопросу пока нет решения, – равнодушно ответил тот же секретарь. – Командиру организации было некогда заниматься подобными вопросами, он их попросту проигнорировал.

Марина сжала кулаки, но сохранила спокойствие:

– А есть ли письменный ответ? Отказано? Отложено? Перенаправлено?

– Ничего нет, – пожал плечами секретарь. – Просто лежит в папке «На рассмотрении».

Вернувшись к себе, Марина твёрдо решила действовать иначе. В своём рабочем кабинете она напечатала документ заново, но теперь с важными дополнениями:

указала входящий номер ранее поданного рапорта;

прописала дату его подачи;

добавила отметку «Повторное представление в связи с отсутствием реакции на первичное обращение»;

чётко сформулировала просьбу о рассмотрении документа с указанием сроков – «в течение 5 рабочих дней с момента получения настоящего документа».

Затем она подписала бумагу за мужа (с его устного согласия по телефону), после чего отправилась к командиру корабля:

– Товарищ командир, нужна ваша помощь ещё раз, – сказала она, протягивая лист. – Предыдущий документ проигнорировали. Я составила новый – с указанием номера регистрации и просьбой ускорить рассмотрение. Подпишите, пожалуйста.

Командир внимательно прочитал текст, одобрительно кивнул:

– Грамотно составлено. Вижу, вы подошли к вопросу серьезно.

Он поставил свою подпись.

Окончательно Марина отнесла документ в организацию, где работала сама, – туда, где располагалось управление всеми подчинёнными структурами. Приёмщик, увидев отметку командования, тут же зарегистрировал бумагу как срочную и пообещал:

– Этот запрос точно не потеряется. Я лично прослежу, чтобы его передали на рассмотрение большому боссу в приоритетном порядке.

В бумаге были указаны несколько выплат, которые поставили в ступор многих командиров. Одна из таких выплат – процент за нахождение на территории другого государства. Вот с неё всё и началось.

Отпуск у Андрея закончился, и он приступил к выполнению своих обязанностей на службе.

Утро выдалось очень сложным. Проводя развод, командир корабля – или помощник командира, это до сих пор оставалось загадкой, – акцентировал внимание на бумажке, которая попала в организацию вышестоящего руководства на имя «большого босса».

– Внимание, экипаж! – громко объявил он, держа в руках документ. – У нас тут интересный случай. Разберём его публично, чтобы все усвоили урок.

Он отдал приказ выйти из строя Андрею:

– Ты в курсе, что написанное не соответствует требованиям законодательных документов? – серьёзно говорил ему он. – И что вообще за выплата указана в этой бумажке? Какие проценты ты хочешь получить? Их получают только те, кто проходил службу на Севере нашей страны. Ты почитай, что тут написано, – ошибки грамматические даже допущены. Ты что, писать не умеешь?

Андрей стоял и молчал, пока на него выливали ушат грязи. Что‑то ответить, по существу, о содержании бумажки было ему не под силу: её составителем являлась Марина. Он понимал: если начнёт защищать документ, придётся раскрыть, что за инициативой стояла его жена, а это могло усугубить ситуацию.

В строю повисла тяжёлая тишина. Моряки переглядывались, кто‑то хмурился, кто‑то нервно теребил пуговицу кителя. Виктор, стоявший в третьем ряду, сжал кулаки – он знал, что Андрей тут ни при чём, что это общая проблема.

Командир продолжал:

– Это не просто ошибка. Это попытка ввести в заблуждение. Выплаты по таким основаниям не предусмотрены.

Когда развод закончился, к нему подошли товарищи.

– Не переживай, – сказал Виктор. – Мы все знаем, что ты не виноват. Это же наша общая проблема. Давай разбираться вместе.

Сергей кивнул:

– Да, надо посмотреть, какие выплаты действительно положены. Может, этот процент и правда не подходит, но есть же другие основания?

– Марин, ты представляешь, меня сегодня с утра перед всем личным составом опозорили, выставили на обозрение и такого наговорили, – говорил Андрей печальным голосом.

– Что случилось? Кто это сделал? – отвечала Марина, еле сдерживая свои эмоции. Кажется, она была уже на взводе.

– Помощник командира корабля, – отвечал Андрей. – Ему это даже за радость было. Он вызывал меня к себе в каюту и проводил со мной беседу, рассказывал о жизни, что так нельзя вести себя мужчине, чтобы жена решала за него служебные вопросы.

У Марины словно глаза налились кровью. Она была готова рвать и крушить всё на части: её мужа, который столько всего пережил – находился на территории вражеского государства, под ежедневными обстрелами, – унизили перед всем строем. Для неё было непостижимо, как мог так повести себя командный состав. Разве допустимо подобное отношение к офицеру, выполнившему свой долг?

Она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки.

– Андрюш, – тихо, но твёрдо сказала она, – слушай меня внимательно. Это не твоя вина. Ты все сделал правильно. Мы просто допустили ошибку в формулировках, но это поправимо.

– Да какая разница, – горько усмехнулся Андрей. – Теперь весь экипаж будет считать меня человеком, который прячется за юбку жены.

– Нет, – отрезала Марина. – Они будут считать тебя человеком, который борется за свои права. И который не боится признавать ошибки, чтобы исправить их. А те, кто молчит из страха, – вот кто на самом деле теряет уважение.

Она на мгновение замолчала, обдумывая следующий шаг.

– Слушай, я сейчас же буду решать этот вопрос уже на более высоком уровне. Подготовлю все документы по законодательной базе, и составлю заявление генеральному прокурору, чисто для того, чтобы напугать их и заставить хоть что-то делать. Никаких больше ошибок в формулировках.

– Мариш, но остальные не поддержали меня, – вздохнул Андрей. – Никто из тех, кто ранее писал заявления по таким же выплатам, не поддержал. Все были напуганы, словно раки спрятались в свои домики, позволяя бичевать своего коллегу у всех на глазах.

– Вот именно, – подхватила Марина. – И это их выбор. Но мы поступим иначе. Знаешь, почему? Потому что правда на нашей стороне. Мы не требуем чего‑то незаконного – мы хотим получить то, что положено по праву. И я не позволю, чтобы тебя унижали за это.

Её голос звучал так уверенно, что Андрей невольно выпрямился.

– Я верю тебе, – сказал он. – Просто… я не ожидал такой реакции. Думал, товарищи поддержат.

– Они ещё поддержат, – уверенно сказала Марина. – Когда увидят, что можно бороться и побеждать. Сейчас они напуганы – это понятно. Но когда увидят чёткий план и первые успехи, многие присоединятся.

Она взглянула на часы.

– У меня есть идея. Давай сделаем так: завтра утром я приеду на работу. Встречусь с начальником вашей организации, и предоставлю ему все расчёты и нормативные акты.

Андрей помолчал, обдумывая её слова.

– Хорошо, – наконец сказал он. – Давай попробуем. Но обещай мне одну вещь.

– Какую?

– Не рискуй собой. Не надо идти на открытый конфликт, если это может навредить тебе.

Марина улыбнулась – впервые за этот тяжёлый разговор:

– Обещаю действовать разумно. Но и отступать не стану. Мы получим эти выплаты, Андрюш. И восстановим твоё доброе имя. Вместе.

– Вместе, – повторил Андрей, и в его голосе впервые за день прозвучала надежда.

После телефонного разговора Марина сразу села за компьютер и начала составлять заявление на имя генерального прокурора. Она писала обо всём, что случилось, – от самого начала и до конца: как моряки составили заявления о невыплатах, как документы были утеряны, как её мужа публично унизили за попытку добиться положенных средств.

Понимая, что был нарушен Гражданский кодекс в некоторых вопросах, она указывала малейшие подробности. Тщательно проверяла формулировки, чтобы не оставить места для трактовок. В тексте заявления появились ссылки на конкретные статьи.