Мари Микитас – Книжное Королевство (страница 5)
Они вышли из цеха через железную серую дверь. Когда рабочий день заканчивался, над этой дверью загоралась зеленая лампа, что означало: пора отдыхать! Теперь перед ними открывался огромный холл, который выглядел весьма интересно. Он не был похож на ту часть Королевства, что находилась по другую сторону книжного шкафа. В холле были черные стены и пол, светлый потолок и свивающиеся с него лампочки. Никаких сухоцветов и свечей, никаких пуфиков и столиков. Единственное, что объединяло обе части, – это книги, которых в холле было очень много.
– Смотри внимательно и запоминай. В Королевстве три цеха и три этапа наказаний: первый цех и первый этап – это те, кому суд дал наказание в виде перепечатки книг. Во втором цеху сидят те, кто проверяет на ошибки и неточности первых. А третий цех занимается версткой и обложкой.
– У всех одинаковые наказания? – спросила Лиза.
– Смотря, какую книгу ты испортил. Какое наказание у тебя?
– Десять тысяч книг.
– Что? – остановившись от удивления, произнесла Жаклин, выпучив свои большие карие глаза. – О Боже, ты сорвала куш. Впервые слышу о таком наказании. Видимо, ты очень постаралась. Королева Мадлен сама решает, как и за какую книгу наказывать.
– Это бред. Чем так важна книга о Королеве?
– Кто ж знает. Я не читала эту книгу. А ты?
– Всего две главы. Но ничего интересного не увидела.
– Как сказал бы Георг: эта история о человеке, который посвятил свою жизнь книгам. Который старается ради нашего будущего. И несмотря на то, что у Королевы была сложная судьба, но она смогла создать этот невероятный мир. А потому, советую не сомневаться в ценности этой книги! – Жаклин изменила голос, а когда закончила пародировать, рассмеялась.
– Кто попадает во второй цех? – продолжала спрашивать Лиза, снова пощипывая себя за кожу на руке.
– Те, кто выполнил требования суда.
– Но разве после этих десяти тысяч книг я не вернусь домой?
– Ты вообще представляешь, сколько нужно жизней, чтобы напечатать на этой машинке столько книг? – спросила Жаклин, взглянув собеседнице в глаза. – Если честно, мы думаем, что отсюда никто не возвращается. И так, на чем мы остановились? Ах да, экскурсия! В этом месте, по сути, есть все: тренажерный зал, библиотека, столовая, что весьма логично. Есть комната для медитации и игровые. Там можно поиграть в бильярд, настольный хоккей и еще в кучу всего. По четвергам мы играем в Монополию или Твистер. Он неплохо добавляет азарта этому местечку. По пятницам проводим дискотеки. По вторникам ребята с третьего цеха устраивают лепку, все по желанию. Можно пойти даже на плетение бисером. Питание три раза в день, строго без перекусов. Но здесь есть автоматы, всегда можно что-нибудь взять. С голоду еще никто не умер. Туалеты и душевые только в комнатах сна. Сама понимаешь, здесь запрещено уединяться, а потому никаких общих зон «личного» пользования. С ужином дают по две капсулы: одна снотворное, вторая – успокоительное. Желтая и красная. Желтая реально помогает уснуть в этом дурдоме. Красная помогает не срываться, когда выполняешь одну и ту же работу. А это, поверь мне, очень бесит. Предупреждаю сразу: были и те, кто не пил капсулы. Это слишком рискованно. Не советую. Как и попытки сбежать отсюда. Тоже бессмысленное дело. Ничем хорошим это обычно не заканчивается.
– То есть кто-то пытался сбежать? – с ноткой надежды произнесла Лиза.
– Безусловно! Но мы их больше не видели. И поверь мне, это не потому, что у них получилось. Из Королевства невозможно сбежать, так уж оно устроено.
Однако, рассматривая огромный холл, Лиза все же искала глазами выход. Мысли в голове сменялись одна за другой, но каждый раз притормаживали на осознании того, что Королева знает ее семью. Это означало лишь одно: нельзя допускать ошибок, чтобы родные люди оставались в безопасности. Толпа хаотично расходилась по разным сторонам. Отовсюду доносились разговоры и смех, что было странно для людей, застрявших в этом гиблом месте.
Девушки направились к дальней двери с яркой красной вывеской «Зона сна». Там оказался длинный коридор с комнатами по разные стороны. В каждой комнате стояло по две кровати, один шкаф и прикроватные столики. В начале коридора находилась полка под обувь, а на полу постелен зеленый ковер по типу «травы». На светлых стенах висели картины, а также стояли полки с книгами. Все в едином нейтральном стиле. Выделялись лишь окна своими витражными стеклами. В каждой комнате свой душ и санузел. Как и говорила Жаклин.
Дойдя до комнаты с номером «24», Жаклин отпустила ручку, пропустив новенькую вперед.
– Маленькое предупреждение. Двери здесь не закрываются. Во всем цеху. Не переживай, никто из соседних комнат к тебе не зайдет. Иначе этого человека ждет суровое наказание, но в худшем, а может и в лучшем случае – смерть.
– То есть, допустим, нельзя зайти к подружке в соседнюю комнату?
– Нет! С подругами общайтесь в цеху. Комнаты только для сна. Если не хватает острых ощущений, можешь и нарушить правила. Только не говори потом, что я не предупреждала.
– Острых ощущений мне более чем достаточно. – Задумчиво проговорила Лиза, заметив на аккуратно заправленной постели стопку с вещами, а внизу белые кроссовки. На прикроватном столике лежала зубная щетка, паста, кусочек мыла, бутылка шампуня и одноразовый станок для бритья.
– Ах, да. Это все твое. И кровать, кстати, тоже. – Проговорила Жаклин, упав на свою заправленную кровать.
Лиза задумчиво взглянула на вещи. Помимо униформы там было несколько пар новых носков, нижнее белье и майки с плотными чашечками вместо бюстгальтера. Пара темных футболок, пара джинс и один серый свитер.
– Эти вещи новые. Откуда они знают мой размер? – Задумчиво произнесла Лиза, почувствовав странную тоску внутри.
– Эти вещи – некая база. То, что дают всем при поступлении или когда износятся. Остальную одежду можно взять в магазине.
– В магазине? На улице? – Выпучив глаза, предположила Лиза.
– Нет, конечно! – Рассмеялась Жаклин. – Здесь есть одна большая комната, в которой лежат вещи. Мы называем это место магазином. Белье, пижамы и предметы гигиены приносят в спальню лично. Всегда новое. А вот наряды можно подыскать как раз в «магазине». Надоела кофточка, отнесла ее в эту волшебную комнату. Кто-то ее взял, но вернул свои брюки. Иногда появляется новая одежда, но не та, что с ярлыками дорогих брендов. Новая – это та, которую наш первый цех еще не видел.
– Звучит ужасно!
– Довольствуемся малым! – Улыбнулась Жаклин. – После стирки могут случайно перепутать магазинные вещи или отнести их обратно. Но твои вещи, те, что ты получаешь новыми, никогда не потеряются. На них внутри есть три цифры. По этим цифрам они и идентифицируют тебя. У меня, например, число 298.
Взяв в руки одну из футболок, Лиза заглянула внутрь, и увиденное заставило ее испытать странный ужас.
– У меня 607, – еле слышно проговорила она.
Заметив, как изменился голос новенькой, Жаклин постаралась подбодрить ее.
– Слушай, это всего лишь цифры. Понимаю твои чувства, мы все проходили через это. Но здесь не так уж и плохо.
Присев на вполне мягкую кровать, Лиза посмотрела на Жаклин. Да, в привычном мире в таких, как она, всегда влюбляются парни. С такими хотят дружить. На прикроватной тумбе Жаклин стоял стакан с водой, книга и косметичка. Над ее кроватью висела гирлянда и портрет нарисованной карандашом девушки.
– Красиво. Это ты нарисовала? – поинтересовалась Лиза.
Странная грусть промелькнула в лице Жаклин.
– Да. Это нарисовала я.
– Кто эта девушка?
Сделав паузу, Жаклин приняла более удобную позу и, бросив пристальный взгляд на портрет, наконец-то ответила.
– Ее звали Мэри Клайд. Она была старше всех. Мы жили в одной комнате. Перед своим восемнадцатилетнем она заболела. Кашель был таким, будто ее легкие пытались вырваться наружу. Ее забрали в госпиталь при Королевстве. Но больше мы ее не видели.
В комнате нависло молчание. Ощутив чувство ужаса, Лиза взглянула на кровать, на которой сидела.
– Не переживай, после «уходящих» все моют и меняют. Даже матрасы с подушками. – В голосе Жаклин послышались нотки осуждения.
– Мне очень жаль, что с близким тебе человеком случилось подобное. – Совершенно искренне проговорила Лиза.
– Никто от этого не застрахован. Она мне нравилась. Знаешь, есть такие люди, которые в любой ситуации находят положительные стороны. Так вот, Мэри была одной из них. От нее исходило столько света, что время от времени мы забывали про окружающий нас ад.
– Думаешь, она мертва? – Осмелившись, поинтересовалась Лиза.
– Не знаю. Я лишь надеюсь, что сейчас она в лучшем мире.
Теперь каждая из них погрузилась в свои мысли. Поправив подушку, Жаклин легла на спину, уставившись в потолок. Из коридора доносились оживленные разговоры.
– Зачем им обустраивать нам жилье? – Желая сменить тему, спросила Лиза.
– Затем, что нам здесь жить. И нам здесь умирать. Ты еще у второго зала в корпусе не была. Там так красиво. У третьих вообще рай. Им не нужны недовольные. Здесь есть все для того, чтобы ты просто смирился.
– И это срабатывает?
– Еще как! – Ответила Жаклин. – Подросткам нужна свобода, а здесь они свободны. Да, пять дней в неделю занимаются какой-то дрянью, но по факту они свободны. В это трудно поверить, но, как я уже говорила, люди привыкают ко всему. Кстати, что тебе говорил Невесомый? – Повернувшись на бок и подложив под руку голову, заинтриговано спросила Жаклин.