Мари Лу – Бэтмен. Ночной бродяга (страница 39)

Брюса трясло, но он не был уверен, от чего — то ли от злости на своего бывшего друга, то ли от сочувствия ему же. «Ты угодил прямо в их капкан, Ричард», — горько подумал юноша. Но Мадлен точно так же завела в западню и Брюса, разве нет?

— Что вы пообещали дать ему в обмен на его услуги? — поинтересовался юноша сквозь стиснутые зубы.

— Скорее, что мы обещали ему не сделать, — пожав плечами, ответила Мадлен.

«Его семья. Мама, сестра». Они что, угрожали и им тоже?

— Да вы просто дикие звери, — прорычал Брюс.

— Я просила тебя уехать из города.

— Ты послала своих убийц расправиться со мной и Альфредом в моем собственном доме. — Голос Брюса дрожал от гнева, и юноша даже не пытался скрыть это. — Очень мило с твоей стороны.

Мадлен раздраженно фыркнула.

— Ты и правда считаешь, что я могла принимать такие решения, сидя в «Аркхэме»? Не будь идиотом. К тому же они пришли вовсе не за тем, чтобы тебя убивать. Нам требовалось от тебя кое-что другое.

— Так вот что тебе было нужно. Только не лги мне. С меня хватит твоего вранья.

— Я не лгу, — сказала девушка, пожав плечами. — Я всего лишь сказала тебе то, что знала в то время. Я могла и вовсе тебе не помогать, хотя ты все равно меня не услышал.

— И что же вам было нужно? Доступ к моим счетам? Вы хотели, чтобы я проспонсировал ваши новые жуткие акции, точно так же, как предыдущие жертвы?

— Ты уже нас проспонсировал, — Мадлен отвесила издевательский поклон, — благодарю за щедрость.

— Да, я заметил, — грубо ответил юноша, — как вы получили доступ к моим счетам?

— Точно так же, как я взломала начинку твоих корпоративных дронов, — девушка подмигнула, — твои сотрудники работают над крайне продвинутыми технологиями, Брюс. Недостаточно надежными, но мне пришлось попотеть.

— Поэтому я до сих пор еще жив? — Брюс попытался выпутаться, но оковы от его усилий, кажется, сжались еще сильнее. — Вы хотите, чтобы я дал вам доступ к остальным счетам?

На лице Мадлен отразилось раздражение. Другого доказательства, что девушка пыталась добраться до его новых счетов, но не преуспела, Брюсу и не требовалось. Мадлен хотела, чтобы Брюс сам открыл ей доступ.

Девушка указала на дверь за своей спиной.

— Я не хочу твоей смерти по ряду причин. Босс считает, что я смогу получить доступ ко всем твоим счетам. Но похоже, что на оставшихся счетах ты установил замки, которые только тебе под силу открыть. — Мадлен наклонилась вперед. — Я просила тебя держаться подальше. Но раз ты здесь, они захотят, чтобы ты сам предоставил доступ ко всем счетам. Они и близко не будут церемониться с тобой так, как я.

Босс. Брюс вспомнил человека, которого он видел в своем доме за считаные мгновения до того, как заявилась полиция. Неужели это его голос с требованиями о выкупе разносился от громкоговорителя? Заметив выражение лица Мадлен, он прищурился.

— Ты подставила меня, — выдавил из себя Брюс. — Ты оставила записку, благодаря которой я угодил на допрос с пристрастием в участке. Ты отправила меня за решетку. Очень мило с твоей стороны. Почему я должен верить твоим словам?

Мадлен обиженно посмотрела на него.

— А ты не думаешь, что я написала в этой записке то, что действительно хотела сказать?

Брюс напряг мускулы, но оковы держали крепко.

— Не оскорбляй меня. Подумать только, я действительно верил, что в тебе скрывается нечто большее, чем хладнокровный убийца. Пожалуй, я ошибался. Чего еще я о тебе не знаю, Мадлен? Тебя хоть так зовут? Ты лжешь шутки ради? Тебе было приятно издеваться надо мной? Тебе понравилось придумывать истории о своих мертвых родителях, просто чтобы поиздеваться над моим горем?

Мадлен поморщилась, и поток претензий Брюса мигом иссяк.

— Думаешь, что раскусил меня?

— Если бы ты была честной, мне бы это не понадобилось.

Какое-то мгновение двое молча сверлили друг друга глазами. То странное влечение, которое Брюс ощущал во время всех своих визитов в «Аркхэм», вернулось в полной мере и тяжело повисло в воздухе.

Наконец, он тряхнул головой.

— Кто ты?

Мадлен долгое время пристально смотрела на него. Поджала губы, словно пытаясь подобрать правильные слова. Впервые в жизни Брюсу показалось, что она готовится сказать ему правду, какую угодно правду. Девушка посмотрела на залитые светом зеркала, отражения Брюса и Мадлен уставились на нее в ответ.

— Мое настоящее имя Мадлен Уоллес, — начала она, — и я один из лидеров Ночных бродяг.

Слова звучали по-настоящему, весомо. Равно как и все то, что она говорила раньше, конечно же… но Брюс не перебивал, в надежде, что она продолжит.

— Все, что я говорила тебе о моей матери, правда, — продолжила она, — моя мать была гениальным учителем. Она научила меня и брата всему, что знала сама. Мы оба начали программировать с детства, но настоящих успехов добилась только я. Я продолжала учиться, когда мой брат серьезно заболел. — Мадлен перевела взгляд на Брюса. — Мама потеряла работу, пытаясь ухаживать за братом. Все это ты знаешь. Она сделала то, что должна была.

— Убила лечащего врача.

— А ты бы не убил? — прохладно ответила Мадлен. — Скажи мне, благородный Брюс Уэйн, что бы ты сделал, если бы твоих родителей убил не какой-то случайный грабитель, а выдающийся врач? Если бы ты осиротел в гетто, а не в своем престижном районе? Скажи мне, ты бы стал тем же человеком, каким являешься сегодня? Или ты бы иначе взирал на справедливость? Ты что, считаешь, что всем нам в этом мире даны одинаковые привилегии?

Воспоминания о смерти родителей моментально трансформировались. Брюс представил, что его маму с папой отравили, их отравил человек в медицинском халате. Юноша вообразил, что убийца остался на свободе, а не сгнил в тюрьме. «Ты что, считаешь, что всем нам в этом мире даны одинаковые привилегии?»

— А что насчет всего остального, о чем ты мне рассказывала? — спросил он, силой выдавливая из себя вопросы. — Зачем ты оставила мне записку в камере? Зачем ты привела меня к подземному арсеналу Ночных бродяг и подставила свою собственную команду?

— Я знала, что мы по большей части вывезли оттуда содержимое. Мне нужно было дать тебе что-то, чтобы завоевать твое доверие. Ради этого мы с тобой и беседовали, Брюс… ты был частью моего билета наружу. Ты милашка. И весьма полезен.

Лгунья. Эксплуататорша. Брюсу хотелось кинуться на нее, заставить страдать за всю сказанную ложь.

— Что касается записки… я оставила ее затем, чтобы полиция тебя арестовала, зачем же еще? — Мадлен закатила глаза. Брюс пытливо уставился на нее. Девушка сделала это преувеличенно напоказ, словно пыталась скрыть свои настоящие мотивы. — Если бы ты очутился за решеткой, никто бы не смог до тебя добраться.

«Никто бы не смог до тебя добраться».

— Ты… ты пыталась защитить меня? — недоверчиво спросил он.

Мадлен вздохнула. Еще одна трещина в стене, еще одна эмоция, которую она скрывала под панцирем.

— А ты что думал? — пробормотала она. — Ты оказался в списке жертв задолго до того, как я познакомилась с тобой лично. Знаешь ли, я говорила тебе правду. Я просила тебя немедленно уехать из города. Вместо этого ты направился домой и угодил прямиком в очевидную ловушку.

— Я пошел внутрь, чтобы спасти Альфреда, — ответил Брюс, — я не собирался бросать его.

Мадлен пожала плечами.

— Ты сделал это на свой страх и риск.

Брюс наклонился вперед. Он был ограничен в передвижении, и даже такое маленькое действие вызвало неимоверную боль.

— Я не понимаю, почему ты пыталась спасти меня, — произнес он.

Мадлен печально улыбнулась. Затем наклонилась к нему поближе, так, что их лица оказались в считаных сантиметрах друг от друга. Он почувствовал ее теплое дыхание на своей коже, ее темные волосы коснулись его руки.

— Я не всегда говорила тебе правду, Брюс Уэйн, — пробормотала она, — но я сказала правду в том письме.

И прежде чем он успел ответить, она преодолела эти сантиметры и прижалась губами к его губам.

Казалось, что та нить, что связывала их все крепче и крепче, внезапно оборвалась, выбив Брюса из равновесия. «Не надо». Но он ответил на поцелуй, почувствовал, как она тянется к нему. Что она пыталась сделать? Что все это значит? Мысли скакали, как зайцы, мускулы предостерегающе напряглись, но Брюс лишь закрыл глаза, да покрепче прижался к ее губам. Он не мог, не хотел разрывать эту связь. Мадлен издала мягкий, щемящий стон. Может, ему снова все снится, может, сейчас он проснется дома в холодном поту… но ее губы были теплыми и мягкими, ее ресницы словно перышки касались его щек. Юношу охватил жар. В ушах стучала кровь. «Не делай этого». Но Брюс ничего не мог с этим поделать. Он хотел продолжения. Он хотел ее.

Наконец, Мадлен оторвалась от его губ. Девушка, тяжело дыша, моргнула, и на ее лице появилось выражение беззащитности и уязвимости.

— Я не понимаю, — прошептал Брюс, и инстинктивно потянулся вперед, чтобы снова ее поцеловать. — Что ты делаешь?

Какое-то мгновение Мадлен выглядела такой же ошарашенной, как он сам. Она отклонилась подальше, нахмурилась и попыталась собраться с мыслями. Вернулось ее обычное расчетливое поведение.

— Я сама решила отправиться в «Аркхэм», — наконец произнесла она. — Но я совсем не ожидала, что встречу там тебя.

— Зачем ты решила отправиться в лечебницу?

Она снова приняла ожесточенный вид. В комнате заметно похолодало.