Мари Лу – Бэтмен. Ночной бродяга (страница 41)
Брюс открыл рот.
— Мадлен, ты правда думаешь, что весь этот замкнутый круг из краж, убийств и разрушения того стоит?
Девушка задрала подбородок.
— Я верю, что наши действия разбудят город, — заявила она, — я не потерплю системы, при которой правящий класс защищает своих жадин и хапуг.
— А что насчет меня? — тихо спросил Брюс. — Вы считаете, что я заслуживаю той же судьбы, что и другие люди, которых вы обрекли на смерть?
— Тебя не должно было быть здесь, — напряженным голосом ответила Мадлен.
Кэмерон посмотрел на сестру и вздохнул.
— А он тебе действительно понравился, да?
Девушка промолчала. Кэмерон покачал головой и направился к двери.
— В любом случае, это уже не имеет значения. Уэйн, пора нам с тобой заканчивать. Открой Мадлен доступ к твоим счетам, и мы осуществим перевод тихо и быстро.
— И с чего бы мне так делать? — прорычал Брюс. — Приставите нож к горлу, если я откажусь? Как и всем остальным?
Кэмерон задрал бровь, словно общался с ребенком.
— С того, Брюс Уэйн, что у нас на балконе куча заложников, готовых ответить за твое упрямство.
Брюс покосился на Мадлен. Девушка наградила его мрачным взглядом в ответ.
— Не заставляй меня делать этого, — прошептала она, слегка покачав головой.
Кэмерон ее не услышал. Он открыл дверь, приготовившись выйти.
— Не задерживайся, сестричка, — произнес он, не оборачиваясь. Кэмерон сделал шаг, дверь за ним закрылась, и Брюс с Мадлен остались одни.
— Мадлен, — в полной тишине произнес Брюс. — Это ведь не ты. Я вижу это по твоим глазам.
Девушка не ответила, продолжая буравить взглядом дверь. Но все ее тело инстинктивно повернулось в его сторону. Ее близость окутывала юношу теплом.
— Это не имеет значения, — тихо ответила она, — наша цель остается прежней.
— А что будет со мной, когда твой брат покончит с переводом моих денег? — прошипел Брюс. — Думаешь, он позволит мне выйти отсюда живым? Думаешь, он просто передаст меня полиции? — Юноша покосился на дверь. — Думаешь, он просто отпустит остальных заложников?
Мадлен ответила не сразу — и пока она колебалась, Брюс понял правильный ответ.
— Тебе есть дело, — прошептал он и наклонился ближе, в отчаянии пытаясь отыскать в их близости хоть что-то настоящее.
— Я никогда не хотела, чтобы ты оказался здесь, Брюс, — прошептала Мадлен, обрушив на Брюса жесткий взгляд.
— Почему?
Девушка посмотрела в сторону, открыла рот, будто хотела что-то сказать, но затем передумала.
— Почему, Мадлен? — мягко произнес Брюс. — Потому что я сейчас скажу тебе правду. Ты действительно мне нравишься. Несмотря ни на что я действительно что-то к тебе чувствую. Не иди по пути своего брата.
Мадлен мрачно посмотрела на него.
— В нашей истории не может быть счастливого финала, — наконец, произнесла она, отворачиваясь в сторону и вставая. — Так что давай покончим со всем этим.
Глава двадцать пятая
Мадлен вывела его из гримерки, и они вместе последовали к зрительному залу. Брюс осматривался по сторонам. На балконах собралась как минимум дюжина Ночных бродяг, все в одежде военного образца, все стоят спинами к нижнему этажу.
Сколько их здесь вообще? Как там дела у полиции со штурмом? Брюс снова огляделся, ища возможность улизнуть. Взгляд зацепился за дверь, ведущую обратно на лестницу. Он поднялся по ней не до конца, в противном случае он очутился бы на плоской крыше концертного зала.
Брюс отвернулся, но мозг продолжал лихорадочно соображать, и новые идеи появлялись одна за другой.
Вдвоем они поднялись по извилистой лестнице, прошли через дверь балконной ложи. Свет здесь был тусклее, но более теплого оттенка: он ассоциировался у Брюса с началом представления, когда оркестр еще только настраивался. В креслах спиной к Брюсу и Мадлен сидела целая толпа народа, словно слушатели концерта, разве что все сидели в напряжении, молча и изредка поглядывая на стоящих в каждом проходе вооруженных Бродяг.
Брюс принялся рассматривать заложников, выискивая взглядом Дайан и Люциуса. Некоторые плакали, другие выглядели смертельно бледными, словно вот-вот потеряют сознание. У третьих были связаны руки, словно люди пытались бороться. Юноша узнал исполняющего обязанности мэра и нескольких членов городского совета, посещавших его благотворительный банкет.
И Ричарда. Бывший друг Брюса охранял один из проходов. Ощущал он себя, должно быть, странно. Стоять здесь, наблюдать за вывешенными в память о его отце черными траурными занавесами и знать, кто в ответе за все произошедшее. Ричард вздрагивал, словно кролик, при малейшем движении поблизости.
Мадлен старалась не смотреть на заложников, словно так можно было игнорировать их присутствие и дальше заниматься делом. У юноши подступил к горлу комок, но он продолжал искать в толпе знакомые лица.
Вот. Люциус сидел в первом ряду, с невозмутимым видом рассматривая выходящий на главную сцену балкон.
А вот и Дайан.
Она сидела на краешке самого последнего ряда, по соседству с охраняющим этот ряд Ночным бродягой. Брюсу потребовалось все его самообладание, чтобы сию же секунду не броситься к подруге. За спиной девушки начинался проход, ведущий к выходу. Дайан казалась испуганной, но настороженной и, что важнее всего, целой и невредимой. Если понадобится уходить быстро, Дайан не доставит проблем.
Брюс снова взглянул на Мадлен. Сегодня девушка выглядела задумчивой и более потрясенной, чем обычно.
Наконец они подошли к концу застеленного ковром прохода. На полу рядом лежала целая стопка планшетов. Мадлен жестом приказала Брюсу сесть перед ними, а затем примостилась рядышком.
На экранах планшетов виднелись длинные цепочки цифр и букв на фоне черного экрана. Брюс мельком разглядел несколько строчек кода — в них как раз упоминались дроны «УэйнТех». Это был импровизированный командный центр, который Мадлен собрала, чтобы управлять роботами. Юноша покосился на другие компьютеры. На дальнем экране было открыто окошко, на котором отображался один из его счетов. На соседнем мониторе красовался еще один счет. К обоим счетам Люциус недавно подключил свою новую систему безопасности.
— Давай разберемся с этим быстро, Брюс, — напряженным голосом предложила Мадлен, начиная что-то печатать на клавиатуре. — Открой мне доступ ко всем твоим оставшимся счетам, и на этом закончим.
— А что потом? — поинтересовался Брюс. — Твой брат пустит мне пулю в голову? Сделает из меня наглядный пример?
Мадлен ничего не сказала, но на ее нежном лице возникло совсем иное выражение — боли и уверенности.
— Просто сделай уже, Брюс, — прошептала она.
Мадлен использовала эти планшеты для контроля над дронами. Судя по словам Кэмерона, именно дроны были единственным преимуществом, позволявшим Бродягам контролировать ситуацию. Если Брюсу удастся отключить планшеты, то, вполне возможно, он лишит Бродяг управления над роботами.
— Отпустите заложников, — потребовал Брюс, сверля Мадлен взглядом. — Это вовсе не коррумпированные чиновники, они хорошие люди. Некоторые из них мои друзья. Если вы отпустите их, я открою свои счета.
Мадлен молча посмотрела на него. Затем, наконец, кивнула.
— Даю слово. Открой мне доступ к счетам, и я отпущу часть заложников.
Лучше несколько, чем никого. Брюсу потом придется быстро что-нибудь придумать, чтобы освободить остальных.
— Проследи, чтобы Люциус Фокс и Дайан Гарсия были среди тех, кого ты отпустишь. — Он задумался. — И Ричард Прайс, сын мэра.
— Считай, что сделано.
Глубоко вздохнув, Уэйн успокоился и посмотрел на экраны, в окнах которых были выведены его счета. Родители Брюса всю свою жизнь посвятили накоплению этого состояния, они заботливо откладывали средства на будущее своего сына и завещали все эти деньги ему.
Брюс пообещал себе, что Ночные бродяги пожалеют, что избрали его своей целью.
Затем склонился над планшетами и на каждом из них набрал пароль.
Все выглядело так, будто пароль введен верно.
Мадлен не выглядела довольной или удовлетворенной. Напротив, она казалась расстроенной.
— Мне очень жаль, — прошептала она.
— Мне тоже.
Брюс знал, что прямо в этот самый момент, пока они сверлят друг друга взглядами, система безопасности приходит в движение, и вскоре, если все пойдет хорошо, украденные Бродягами дроны перезагрузятся на изначальные настройки. Чтобы вывести отсюда заложников, у него осталось совсем мало времени.